Исаев Алексей Валерьевич/Краткий курс истории ВОВ/Наступление маршала Шапошникова/Любаньская наступательная операция (январь — март 1942 г.)

< Исаев Алексей Валерьевич | Краткий курс истории ВОВ/Наступление маршала Шапошникова
Версия от 19:45, 8 мая 2010; M-sveta (Обсуждение | вклад)
(разн.) ← Предыдущая | Текущая версия (разн.) | Следующая → (разн.)
Краткий курс истории ВОВ
Наступление маршала Шапошникова

автор Исаев Алексей Валерьевич

Любаньская наступательная операция (январь — март 1942 г.)

Несмотря на свое общее отрицательное отношение к наступлению по всему фронту, даже Г.К.Жуков вряд ли бы стал выдвигать возражения против операции по снятию блокады с Ленинграда. Помимо вполне очевидных проблем снабжения миллионного города продовольствием имелись соображения оперативно-стратегического характера, вынуждавшие искать пути для деблокирования Ленинграда. Положение советских войск, оборонявших город, определяли два фактора. Во-первых, их снабжение было крайне скудным в силу ограниченности поставок с «большой земли» и практически остановившейся оборонной промышленности Ленинграда. Соответственно их возможности по [183] ведению интенсивных боевых действий были крайне ограниченными. Во-вторых, они не могли быть значительно усилены в случае начала штурма города немцами. Немецкое командование могло накопить силы и обрушить на город удар, который его защитники просто не смогли бы парировать. Единственным средством воздействия на обстановку в руках советского командования были войска на внешнем кольце окружения. Только их действиями можно было оттянуть основные силы группы армий «Север» от Ленинграда. В идеале войска Волховского фронта должны были вынудить противника отойти от Ленинграда под угрозой окружения и тем самым восстановить коммуникации между страной и городом. Поэтому возможность выбора стратегии у командования Волховского фронта отсутствовала: нужно было только наступать. Эти соображения на год вперед определили стратегию советского командования на внешнем фронте блокады Ленинграда. Весь 1942 г. прошел в тяжелых наступательных и оборонительных боях на Волховском фронте, вынуждавших войска группы армий «Север» забыть о наступлении на Ленинград. Бои хотя бы вдесятеро меньшей интенсивности на подступах к городу могли привести к крушению его обороны.


Файл:любаньская.gif

В начале января 1942 г. советские войска на внешнем и внутреннем фронтах окружения Ленинграда занимали следующее положение. Вследствие географических особенностей и воздействия противника они были разделены на несколько групп. Первую группу составляли оборонявшиеся фронтом на север и северо-запад на Карельском перешейке три стрелковые дивизии 23-й армии. Фронт обороны армии совпадал с рубежом по укреплениям на государственной границе 1939 г. Гарнизон собственно укреплений составляли семь отдельных пулеметно-артиллерийских батальонов. Общая численность войск 23-й армии на 1 января 1942 г. составляла 31 562 человека (средняя укомплектованность [184] дивизии 7640 человек), 52 танка, 791 орудие и миномет (229 орудий калибром 76,2 мм и выше). Приморская оперативная группа в составе одной стрелковой дивизии и двух стрелковых бригад занимала плацдарм в районе Ораниенбаума. Общая численность войск группы составляла 19 145 человек, 30 танков, 626 орудий и минометов (111 орудий калибром 76,2 мм и выше). Основной фронт обороны южнее города занимали три объединения — 42, 55 и 8-я армии. Войска 42-й и 55-й армий обороняли рубеж Лигово (северо-восточнее Урицка) — Пулково — Колпино — устье р. Тосно; войска 8-й армии — от устья р. Тосно по правому берегу р. Нева до Ладожского озера, имея небольшой плацдарм на левом берегу реки в районе Московской Дубровки (восточнее Колпина). Самой слабой в этой группе была 8-я армия, всего 12 500 человек (средняя укомплектованность дивизии 4424 человека). Самой многочисленной из оборонявших Ленинград объединений была 55-я армия генерал-майора артиллерии В.П.Свиридова, численность ее войск составляла 56 545 человек (средняя укомплектованность дивизии 5086 человек), 72 танка и 1719 орудий (410 калибром 76,2-мм и выше). Третья, 42-я армия генерал-майора И.Ф.Николаева, была по своему состоянию ближе к 8-й армии и насчитывала 22 455 человек (средняя укомплектованность дивизии 6914 человек), 8 танков, 1111 орудий. Последнюю группу войск составляла 54-я армия генерал-майора И.И.Федюнинского, находившаяся на внешнем фронте окружения без локтевой связи с армиями по периметру обороны города. Она обороняла частью сил рубеж Липка — Вороново — Лодва, одновременно пытаясь главными силами прорвать оборону противника в районе Посадникова Острова и соединиться с 8-й армией. На 1 января 1942 г. 54-я армия была самой многочисленной из армий, подчиненных штабу Ленинградского фронта: в ее составе было 65 104 человека (при средней укомплектованности [185] стрелковой дивизии 5654 человека), 629 орудий и минометов, 108 танков в трех танковых бригадах и двух отдельных танковых батальонах.

Таким образом, из войск Ленинградского фронта только находившаяся на внешнем фронте блокады города 54-я армия имела возможность участвовать в наступательной операции, так как только для нее могло быть обеспечено относительно устойчивое снабжение боеприпасами. Как мы увидим далее, она должна была сыграть важную роль в Любаньской наступательной операции. Остальные армии Ленинградского фронта получили задачу лишь «содействовать» проведению операции.

Любаньская операция была задумана советским командованием в форме глубокого прорыва с одновременным окружением занимающей оборону на рубеже р. Волхов группировки противника. Своими смежными флангами Ленинградский и Волховский фронты должны были нанести удар по сходящимся направлениям на Тосно (примерно в 20 км от фронта 55-й армии). В соответствии с этим замыслом 54-я армия получила наступательную задачу, сформулированную в Директиве Ставки ВГК № 005822:

«54-й армии в составе 128, 294, 286, 285, 311, 80, 115, 281, 198 сд, 3-й гв. дивизии, 6-й мор. бригады, 21 тд, 81 и 882 гап перейти в наступление одновременно с войсками Волховского фронта с задачей: во взаимодействии с 4-й армией Волховского фронта, наступающей в направлении Тосно, окружить и истребить противника, выдвинувшегося к Ладожскому озеру и блокирующего Ленинград с востока и юго-востока» (Русский архив: Великая Отечественная: Ставка ВГК. Документы и материалы. 1941 г..... с.338).

Таким образом, убивались два зайца — прорыв блокады и окружение непосредственно осуществляющей блокаду группировки противника.

Если 54-я армия Ленинградского фронта [186] образовывала северную «клешню» окружения, то 4-я армия Волховского фронта должна была наступать на Тосно, образуя южную «клешню». Ее задачи формулировались в директиве Ставки ВГК № 005826 от 17 декабря 1941 г. следующим образом:

«4-й армии в составе 4-й гв. дивизии, 191, 44, 65, 377, 92 и 310 сд (последняя передается из состава 54-й армии Ленинградского фронта), 27 и 80 кд, 60 тд, 46 тбр, 881 ап, 6-го гв. мин. дивизиона, 119, 120, 128-го отд. танковых батальонов наступать в общем направлении Кириши, Тосно и во взаимодействии с 54-й армией Ленинградского фронта окружить и уничтожить противника, выдвинувшегося севернее Мги к Ладожскому озеру» (Русский архив: Великая Отечественная: Ставка ВГК. Документы и материалы. 1941 г.....с.339).

Направления ударов 54-й и 4-й армий образовывали настолько острый угол, что, несмотря на наступление на один и тот же пункт, они должны были в основном окружать не войска противника между своими смежными флангами, а прорываться к Ленинграду почти по параллельным маршрутам, отсекая от тылов мгинскую группировку противника.

Так же, как и в других наступательных операциях зимы 1942 г., техническая возможность для Волховского фронта перейти от обороны к наступлению достигалась вводом в бой армий из свежесформированных соединений. Они оказывали двоякое воздействие: во-первых, механически усиливали войска фронта, а во-вторых, занимали свой собственный участок фронта и переуплотняли боевые порядки своих соседей. На Волховский фронт Ставкой были последовательно направлены 59-я и 26-я (вскоре получившая наименование «2-я ударная») армии. Получившая свой номер в наследство от сгинувшей в киевском «котле» армии Ф.Я.Костенко, 26-я армия формировалась в Приволжском военном округе осенью 1941 г. Возглавил ее бывший заместитель наркома внутренних дел генерал-лейтенант Г.Г.Соколов. Наименование «ударной» она [187] получила в декабре 1941 г. во время перевозки на Волховский фронт. Состав армии был типичным для формирований поздней осени 1941 г.: она почти полностью состояла из стрелковых бригад: в ее первоначальном составе дивизия была одна, а бригад — восемь. «Возраст» соединений был около 2,5 месяца. Так, 59-я стрелковая бригада формировалась с октября 1941 г. в Саратовской области. 22, 24 и 25-я стрелковые бригады формировались в Ворошиловграде с 20 октября 1941 г. Формируемые бригады отходили вместе с Южным фронтом на восток. Несмотря на сложную обстановку в бой необученные подразделения не бросали и вывезли в Сталинградскую область, где они продолжили обучение и сколачивание подразделений. 327-я стрелковая дивизия формировалась в сентябре — ноябре в Воронежской области.

В декабре 1941 г. соединения 2-й ударной (тогда еще 26-й) армии получили ватники, стеганые брюки, валенки и дополучили винтовки, минометы и автоматы. После короткого марша до ближайшей станции войска погрузились в отапливаемые «буржуйками» ва-гоны-»теплушки» и понеслись по идущей через заснеженные леса железной дороге навстречу неизвестности. Остановились «теплушки» на вокзале, купол здания которого зиял проломами от огня артиллерии. Выгружалась армия в недавно освобожденной Малой Вишере. В процессе перевозки на фронт 2-я ударная армия в полной мере ощутила на себе проблемы слабой сети коммуникаций на северо-западном направлении и суровую зиму 1942 г. Сосредоточение армии шло медленно, к фронту соединения двигались пешим маршем по глубокому снегу. Точно так же, как в ходе подготовки к Торопецко-Холмскои операции 3-й и 4-й ударных армий, выходили из строя и оставались без горючего автомашины. Фактически все оружие и боеприпасы армии пришлось нести на себе.

На 1 января 1942 г. 2-я ударная армия насчитывала [188] 43 970 человек, 71 танк в двух танковых батальонах, 462 орудия (из них 113 калибром от 76,2 мм и выше). В полтора раза более многочисленной была 59-я армия — 65 452 человека, 381 орудие (143 от 76,2-мм и выше). Соединения армии были в целом хорошо укомплектованы. Например, численность 327-й стрелковой дивизии составляла 11 832 человека, 23-й стрелковой бригады — 4524 человека.

Задача армии была сформулирована в Директиве Ставки ВГК № 005826 от 17 декабря:

«2-й ударной армии в составе 327 сд, 22, 24, 25, 3, 57, 53, 58, 59 стр. бригад, шести лыжных батальонов, двух отд. танковых батальонов, одного ап арм. типа, трех мин. дивизионов наступать в направлении ст. Чаща, раз. Низовский с дальнейшим ударом на Лугу» (Русский архив: Великая Отечественная: Ставка ВГК. Документы и материалы. 1941 г.....с.339).

Как мы видим, армии ставилась задача на большую глубину с целью перехвата железных дорог, питающих осаждающие Ленинград войска противника. Задача была непропорциональна силам армии, состоящей преимущественно из слабых по своей организационной структуре стрелковых бригад.

Намного сильнее 2-й ударной была армия, переданная в состав Волховского фронта еще в декабре, — 59-я. Эта армия также была типичным представителем «перманентной мобилизации». Она была сформирована в Сибирском военном округе по директиве Ставки ВГК от 2 ноября 1941 г. В отличие от «бригадной» 2-й ударной 59-я армия состояла преимущественно из стрелковых дивизий формирования начала осени 1941 г. Так, например, 372-я стрелковая дивизия формировалась с 25 сентября 1941 г. в Алтайском крае, 378-я стрелковая дивизия — в г. Ачинск Красноярского края. После завершения формирования армия участвовала в строительстве Череповецкого УР в Архангельском военном округе. 18 декабря армия была передана [189] Волховскому фронту и по мере прибытия своих соединений заняла оборону по правому берегу р. Волхов. Всего в армию входили шесть стрелковых и две кавалерийские дивизии. Общая численность войск 59-й армии на 1 января 1941 г. составляла 65 452 человека (средняя укомплектованность стрелковой дивизии 10 910 человек), 381 орудие (143 от 76-мм и выше). Танковые соединения в составе армии отсутствовали. Пропорционально сильному качественному составу армии ей ставилась задача на большую глубину. По вышеуказанной директиве Ставки ВГК предполагалось:

«59-й армии в составе 382, 372, 378, 374, 376, 366 сд, 78 и 87 кд, двух ап арм. типа, двух танковых батальонов, шести лыжных батальонов, трех минометных дивизионов наступать в направлении Грузино, Сиверская, Волосово» (там же).

Фактически армия должна была еще раз (севернее полосы наступления 2-й ударной армии) перерезать большинство железнодорожных линий, подходящих к Ленинграду с юга.

Переуплотнение фронта за счет занятия части полосы силами 2-й ударной и 59-й армий позволил перейти к активным действиям уже успевшим принять участие в боях армиям Волховского фронта. Участник сражения за Тихвин в ноябре и декабре 1941 г., 52-я армия должна была двигаться в обход Новгорода навстречу 11-й армии Северо-Западного фронта, наступающей по берегу озера Ильмень. Б.М.Шапошников наряд сил и задачи армии определил так: «52-й армии в составе 46, 288, 259, 267, 111 сд с подчинением Новгородской оперативной группы без 180 сд, 442, 561 ап РГК, 884 ап ПТО, овладеть Новгородом и дальнейшим наступлением в направлении Солец обеспечить наступление Волховского фронта на северо-запад» (там же).

В сущности, первоначальный план Любаньской операции, автором которого был Б.М.Шапошников, имел своей целью радикальное решение проблемы блокады [190]

Ленинграда. Пробивать узкий коридор к городу вдоль одной из железнодорожных веток или по берегу Ладоги сочли нецелесообразным. Фронт в районе Ленинграда должен был сдвинуться на запад на всем пространстве от озера Ильмень до Ладожского озера, а в [191] перспективе — до Финского залива, вернувшись тем самым к обстановке августа 1941 г.

Однако обстановка на направлении предстоящего наступления успела измениться в течение нескольких недель, прошедших с момента появления директив Ставки ВГК войскам Волховского и Ленинградского фронтов. Группа армий «Север», единственная из трех групп армий, получила в первую линию свежую дивизию, переброшенную с Запада. Это была 215-я пехотная дивизия, занявшая позиции на р. Волхов в составе XXXIX моторизованного корпуса. На пути в тот же корпус находилась 81-я пехотная дивизия. Отступление от Тихвина заставило немецкое командование усилить свои войска на этом направлении.

В процессе подготовки операции командование Волховского фронта доработало заложенные в декабрьской директиве Ставки ВГК решения. К.А.Мерецков решил усилить армии на направлениях главного удара. В 59-ю армию дополнительно с формулировкой «временно» передавались 111-я и 288-я стрелковые дивизии, 163-й и 166-й танковые батальоны. В состав 2-й ударной армии была передана из 52-й армии с той же формулировкой «временно» 259-я стрелковая дивизия. После прорыва фронта изъятые из состава 52-й армии части и соединения должны были быть возвращены назад, и 52-я армия просто начинала наступление на два дня позже главных сил фронта.

Первым днем Любаньской операции можно считать 4 января 1942 г. Начала наступление 54-я армия Ленинградского фронта силами пяти стрелковых, одной танковой (без танков) дивизий, одной стрелковой бригады, одной бригады морской пехоты, одной танковой — бригады и трех артиллерийских полков РГК. Она перешла в наступление с рубежа Вороново — Малукса — южный берег болота Соколий Мох в общем направлении на Тосно. В течение нескольких дней войска армии безуспешно пытались прорвать оборону 269-й [192] и 11-й пехотных дивизий I армейского корпуса. «Фортом Дуомон» на пути 54-й армии стала станция Погостье. Здесь оборона немецких войск опиралась на железнодорожную насыпь, превращенную в своего рода крепостную стену. Непосредственно в насыпи были выкопаны блиндажи, ячейки для стрелков и пулеметные гнезда. Каждые 30 метров в насыпи были оборудованы огневые точки с круговым обстрелом, совмещенные с жилым блиндажом. Каждые 200 м располагались дзоты на 1—2 станковых пулемета. Сама по себе довольно прочная насыпь, промерзшая к тому же на большую глубину, обеспечивала защиту от среднекалиберной артиллерии, хотя и придавала обороне некоторую линейность, без традиционного для немцев широкого использования фланкирующего огня. 54-й армии удалось продвинуться всего на 4—5 км за два дня боев. За это время оборона двух пехотных дивизий была усилена частями 12-й танковой дивизии, что позволило немцам перейти в контратаку и отбросить войска И.И.Федюнинского в исходное положение. Командующий армией впоследствии оценивал этот период как самый тяжелый в своей биографии:

«Труднее всего мне было под Погостьем зимой тысяча девятьсот сорок второго года.
Четыре месяца изнурительных, кровопролитных, а главное, малоуспешных боев в лесистом и болотистом крае между Мгой и Тихвином навсегда оставили у меня тяжелые воспоминания» (Федюнинский И.И. Поднятые по тревоге. М.: Воениздат, 1961, с.90).

Это действительно были тяжелые позиционные бои в стиле Первой мировой войны, проходившие к тому же в районе с суровым климатом, а не в сердце Европы, как Сомма и Верден.

С оперативной точки зрения основная причина безуспешных наступательных действий войск 54-й армии заключалась в том, что армия, наступая на 30-километровом фронте, имела крайне ограниченные силы и средства. В дивизиях и бригадах, привлеченных к наступлению, [193] насчитывалось 483 орудия и миномета калибром 76 мм и крупнее. Соответственно средняя артиллерийская плотность составляла всего лишь 16 орудий и минометов на 1 км фронта наступления. По предвоенным взглядам фронт наступления 30 км был вполне обычным для крупной наступательной операции. Именно такими значениями фронта наступления оперировал Г.К.Жуков на совещании декабря 1940 г. Однако, в условиях зимней кампании 1942 г. нехватка артиллерии делала прорыв на таком широком фронте совершенно нереальным.

Еще более драматично развивались события в полосе наступления Волховского фронта. К назначенной дате наступления — 7 января 1942 г. — не прибыла армейская артиллерия 2-й ударной армии, не сосредоточилась авиация, не были накоплены запасы [194] боеприпасов. Более того, не участвовала в боях в первый день наступления единственная свежая дивизия армии — 327-я стрелковая дивизия И.М.Антюфеева — только вечером начала выходить на исходные позиции и сменять на них части 52-й армии.

Однако, не дожидаясь полного сосредоточения войск, армии Волховского фронта перешли в наступление в 10.00 утра 7 января. Форсировав на отдельных участках р. Волхов, войска армий понесли большие потери в боях за прибрежные населенные пункты, не имея сил для развития успеха в глубину. Только 2-я ударная армия потеряла около 3000 человек убитыми и ранеными уже в первые полчаса наступления. Такой результат не удивляет. Например, 23-я стрелковая бригада полковника В.И.Шишлова начала наступление без минометных дивизионов 50—82-мм и 120-мм минометов. Две роты танков 160-го отдельного танкового полка, назначенные для поддержки наступления бригады, прибыли только в 15.00 7 января и форсировать Волхов не могли вследствие неразведанности переправ. В результате бригада потеряла 50 человек убитыми и 302 ранеными, не добившись продвижения вперед.

Как мы помним, в ходе Торопецко-Холмской операции также были проблемы с сосредоточением войск. Однако 2-я ударная и 59-я армии наступали в худших условиях. По общей оперативной обстановке наступление этих двух армий было ближе всего к наступлению правого крыла Западного фронта на рубежах р. Ламы и Рузы. Напомню, что 16, 20 и 1 -ю ударные армии остановила уплотнившаяся после отхода из охватившей Москву с севера «клешни» группировка войск 3-й и 4-й танковых армий. Точно так же войскам Волховского фронта противостояла выровнявшая линию фронта и уплотнившая боевые порядки после отхода от Тихвина группировка войск 18-й армии.

Последующие попытки продолжить наступление не увенчались успехом. Раз за разом войска двух армий [195] цеплялись за западный берег Волхова, пытались развить наступление в глубину, но отбрасывались назад контратаками противника.

В связи с неудачами первой попытки прорыва обороны противника на рубеже р. Волхов 10 января состоялся разговор между К.А.Мерецковым и И.В.Сталиным. Последний попенял Мерецкову на то, что он не воспользовался предложением отложить наступление на несколько дней, предпочтя начать операцию до сосредоточения артиллерии 2-й ударной армии. Верховным Главнокомандующим была произнесена фраза, наиболее емко отражавшая обстановку: «Поспешишь — людей насмешишь». Сталин предложил приостановить наступление и возобновить его два или три дня спустя, завершив подготовку войск. Были также произведены кадровые перестановки. Г.Г.Соколов был смещен с поста командующего 2-й ударной армией. На эту должность был назначен ранее командовавший 52-й армией генерал-лейтенант Н.К.Клыков, а 52-ю армию принял генерал-лейтенант В.Ф.Яковлев (известный нам по боям за Тихвин в ноябре 1941 г.). Основные усилия были направлены на концентрацию артиллерии на направлениях главных ударов. В 59-ю армию передавались прибывшие дивизионы 430-го и 137-го артиллерийских полков большой мощности (203-мм гаубицы) и артиллерийский полк 92-й стрелковой дивизии. Во 2-ю ударную армию передавались 442, 561 и 448-го артиллерийские полки из 52-й армии. На участке прорыва обеих армии предполагалось таким образом сосредоточить по 200 орудий. Фронт на участке 2-й ударной армии предполагалось прорывать одной стрелковой дивизией и тремя стрелковыми бригадами во втором эшелоне, на участке 59-й армии — пятью стрелковыми дивизиями в первом и двумя во втором эшелоне. Следует отметить, что и на этот раз многие артиллерийские части 59-й и 2-й ударной армий [196] находились еще в пути и поэтому не могли принять участия в наступлении.

13 января войска ударных группировок фронта после полуторачасовой артиллерийской подготовки перешли в наступление. Наименее успешно развивалось наступление 4-й армии. Противник, прочно удерживая занимаемый рубеж, отразил все попытки наших войск прорвать его оборону. Причина неудачи 4-й армии была сходной с неудачными попытками прорыва обороны 54-й армией Ленинградского фронта. Сравнительно скромные силы и средства 4-й армии были равномерно распределены на всем 25-километровом фронте наступления. В результате этого средняя плотность на 1 км не превышала 26 орудий и минометов калибром 76 мм и крупнее. Вследствие распыления сил и средств по широкому фронту и недостатка боеприпасов 4-я армия своих задач не выполнила и уже 14 января перешла к обороне.

Намного лучше, чем в первые дни операции, развивалось наступление 2-й ударной армии. Ей удалось полностью форсировать р. Волхов и закрепиться на ее западном берегу. Армия наконец-то получила серьезную поддержку с воздуха: в полосе ее наступления авиацией фронта было выполнено 1500 боевых вылетов. Нужно отдать должное К.А.Мерецкову, который, видя неуспех первоначального плана наступления, начал на ходу перерабатывать его в сторону уменьшения числа и глубины ударов. Поскольку заметного результата в полосе 59-й армии достигнуто не было, командующий фронтом решил рокировать соединения из 59-й армии во 2-ю ударную армию. К.А.Мерецков предложил это решение заместителю начальника Генерального штаба А.М.Василевскому и сумел его отстоять. Передавались из армии И.В.Галанина в армию Н.К.Клыкова 366, 382, 374 и 111-я стрелковые дивизии. Мерецков доложил об этом в Ставку 17 января 1942 г. Теперь основной задачей стал не прорыв в глубину [197] к Луге, а уничтожение «чудовской группировки противника» ударами по сходящимся направлениям. Ударная группировка фронта все больше суживалась, направление главного удара устойчиво смещалось в полосу 2-й ударной армии. Усиление и сужение фронта ударной группировки привело в конечном итоге к прорыву фронта противника. В сущности, операция Волховского фронта проходила эволюцию, сходную с наступлением Северо-Западного фронта под Демянском. И на том, и на другом фронте от дерзкого удара на большую глубину с целью перехвата коммуникаций всей группы армий «Север» переходили к удару по сходящимся направлениям с целью окружения мешающей продвижению вперед группировки противника.

Наступление 54-й армии Ленинградского фронта развивалось по сходному с действиями 2-й и 59-й армий сценарию. В первые два дня после возобновления наступления решительного результата достигнуто не было. Наступающие встретили ожесточенное сопротивление 269-й пехотной дивизии XXVIII армейского корпуса, усиленной частями 223-й и 291-й пехотных дивизий и 12-й танковой дивизии. В этих условиях командование Ленинградского фронта решилось на опасный ход, сняв с периметра обороны Ленинграда 177-ю стрелковую дивизию, и направило ее в 54-ю армию по льду Ладожского озера. Новый этап наступления начался 15 января. Наконец к 17 января войска армии И.И.Федюнинского захватили злосчастную станцию Погостье и пересекли железную дорогу, на которую опиралась система обороны немецких войск на этом направлении.

В результате упорных боев войска 2-й ударной и 59-й армий прорвали оборону противника на 12-километровом участке южнее города Спасская Полисть и продвинулись к 20 января на 30 км в глубину обороны противника. Теперь немецкому командованию немецкой 18-й армии требовалось удерживать уже не [198] относительно короткий участок фронта на р. Волхове, а пытаться выстроить свои войска по периметру начавшей распространяться по всем направлениям 2-й ударной армии. Для сдерживания продвижения советских войск командование группы армий «Север» предприняло переброски подразделений с других участков фронта. Первой жертвой стал периметр обороны ораниенбаумского плацдарма. С восточного фаса плацдарма была снята 212-й пехотная дивизия и брошена навстречу армии Н.К.Клыкова. Следующим стал уже периметр блокады самого Ленинграда: из района Урицка были сняты 58-я пехотная дивизия и дивизия СС «Полицай». Первая была брошена на усиление 126-й пехотной дивизии в район Мясного Бора, а вторая на противоположный фланг советского прорыва — в район Спасской Полисти. Система воздействия на ситуацию под Ленинградом нажимом с внешнего фронта блокады начала работать. Численность и состояние немецких [199] войск на непосредственных подступах к городу все меньше благоприятствовали штурму города. Стоящие у стен города на Неве L и XXVIII армейские корпуса могли в лучшем случае противодействовать обороной прорыву кольца блокады изнутри.

Однако для обороны по всему периметру глубокого вклинения советских войск трех снятых с кольца блокады Ленинграда дивизий было уже мало. Движение 2-й ударной на север в тыл чудовской группировке парировалось немцами боевыми группами, изъятыми из состава оборонявшихся на Волхове против 4-й армии 254-й и 61-й пехотных дивизий и 20-й моторизованной дивизии. Последняя была снята с фронта обороны практически полностью и участвовала в боях двумя группами на северном и южном фасах образованного наступлением 2-й ударной выступа. Но и этого уже было недостаточно. С фронта обороны перед 54-й армией И.И.Федюнинского была снята 291-я пехотная дивизия, поставленная на подступы к Любани. Продвижение советских войск на запад сдерживала прибывшая с Запада 225-й пехотная дивизия. Таким образом, после прорыва фронта против 2-й ударной армии были задействованы вполне сравнимые по численности с самой армией силы 18-й армии немцев.

Направление, где советское наступление достигло наибольшего успеха, окончательно определилось. На него началась рокировка не только немецких войск с разных направлений, но и перегруппировка войск Волховского фронта. С целью расширения прорыва и максимального развития успеха наступления армии Н.К.Клыкова командующим фронта было решено отказаться от наступления севернее железной дороги на Чудово. На фронте от Киришей до Грузина оставлялась 4-я армия в составе 44, 310 и 191-й стрелковых и 80-й кавалерийской дивизий. Дополнительно в армию включались 288-я и 376-я стрелковые дивизии, действовавшие в районе Грузина. 59-я армия, ставшая донором для 2-й [200] ударной армии, оставалась в составе всего двух дивизий — 372-й и 378-й стрелковых. В нее передавались 65, 92-я стрелковые и 4-я гвардейская стрелковая дивизии 4-й армии. 59-я армия разворачивалась главными силами на западном берегу р. Волхов для наступления из-за правого фланга 2-й ударной армии. Завершение перегруппировки и начало наступления армии назначалось на 27—29 января.

Одновременно К.А.Мерецков решил ввести в бой свое единственное подвижное соединение. В качестве эшелона развития успеха был использован 13-й кавалерийский корпус генерал-майора Н.И.Гусева в составе 25-й и 87-й кавалерийских дивизий, 111-й стрелковой дивизии и трех лыжных батальонов. Корпусу директивой № 0021 от 23 января 1942 г. предписывалось с утра 25 января войти в прорыв в полосе 2-й ударной армии и не позднее 27 января перехватить железную и шоссейную дороги Чудово — Тосно и захватить Любань. В процессе ввода в прорыв 111-я стрелковая дивизия была заменена на 366-ю. В ночь на 25 января 13-й кавкорпус переправился через Волхов и утром 26 января начал наступление на Любань.

С целью улучшения управления войсками, разбросанными на широком фронте, 27 января в составе 2-й ударной армии приказом командующего фронтом были созданы три оперативные группы: Коровникова (327, 374 и 111-я стрелковые дивизии и 22-я стрелковая бригада), Привалова (191-я и 382-я стрелковые дивизии, 57-я стрелковая бригада) и Жильцова (23, 24 и 58-я стрелковые бригады).

Развивая наступление в северо-западном направлении, войска 2-й ударной армии продвинулись к концу января на 75 км. Немцам удалось удержать опорные пункты в основании прорыва, и вклинение 2-й ударной опиралось на довольно шаткое основание. Однако войска армии Клыкова охватили любаньско-киришинскую группировку противника с юга и юго-запада. Общая [201] протяженность фронта армии к этому времени достигала 200 км. Дальнейшие попытки войск армии продолжать наступление и овладеть Любанью успеха не имели. Наши войска остановились, не дойдя до Любани 10—12 км.

Начиная Любаньскую операцию самой малочисленной армией Волховского фронта, 2-я ударная армия к концу января собрала в своем составе наибольшее число соединений.

Если на 1 января в ней была одна стрелковая дивизия, восемь стрелковых бригад, шесть лыжных и два танковых батальона, то на 1 февраля в состав армии входили пять стрелковых дивизий (111, 191, 327, 366 и 382-я), кавалерийский корпус, семь стрелковых бригад (22, 23, 24, 53, 57, 58 и 59-я), двадцать три (!!!) лыжных батальона и два танковых батальона. Напротив, наиболее многочисленная на момент начала операции 59-я армия (шесть стрелковых дивизий) просела до четырех стрелковых дивизий и одной стрелковой бригады. 4-я и 52-я армии с семи стрелковых дивизий на 1 января упали в численности до пяти стрелковых дивизий. Таким образом, на направление, где был достигнут наибольший успех, была брошена значительная часть войск Волховского фронта.

В конце января Ставка ВГК удовлетворила просьбу командования Ленинградского фронта и разделило войска 54-й армии на два объединения. Войска на участке фронта от Ладожского озера до станции Малукса на Кировской железной дороге перешли под управление штаба 8-й армии, которую возглавил бывший начальник штаба 54-й армии генерал-майор А.В.Сухомлин. Армия приняла полосу шириной 45 км. В состав армии вошли 128, 286, 265 и 294-я стрелковые дивизии, 1-я горнострелковая и 6-я морская бригады, 21-я танковая дивизия (без танков) и 16-я танковая бригада. Такое разделение было вполне логичным: по измененному плану операции войска 54-й армии вели бои [202] фронтом на юг, а 8-я армия объединила соединения, оборонявшиеся фронтом на запад.

В начале февраля основные усилия Волховского фронта были сосредоточены на расширении фронта прорыва. 59-я армия вела бои за Спасскую Полисть. Потерпев неудачу в попытке захватить Любань, К.А.Мерецков 7 февраля решил направить 13-й кавалерийский корпус на Тосно, еще глубже в тыл противника.

В течение февраля план Любаньской операции все дальше эволюционировал к сражению на окружение силами пехоты. Снова была предпринята рокировка двух дивизий из 59-й армии во 2-ю ударную армию. Также были модифицированы согласно изменившимся задачам наступления армий Волховского фронта направления ударов 54-й армии Ленинградского фронта. Директивой Ставки ВГК № 170121 от 26 февраля 54-й армии предписывалось развивать наступление в общем направлении на Любань навстречу войскам 2-й ударной армии. Для решения этой задачи 54-я армия была усилена 4-м гвардейским стрелковым корпусом, имевшим в своем составе одну стрелковую дивизию, четыре стрелковые и одну танковую бригады, три лыжных батальона, один артиллерийский полк и один дивизион PC. Прибывшая с 4-м гвардейским стрелковым корпусом 98-я танковая бригада насчитывала 5 танков KB и 22 Т-34. Операция началась 28 февраля. Ценой больших усилий 54-й армии удалось прорвать вражескую оборону западнее Киришей и продвинуться на 12—15 километров. Потом наступление приостановилось. Любаньская операция окончательно перешла к позиционным боям местного значения.

Недовольство командования действиями 2-й ударной армии традиционно выразилось в кадровых перестановках. Начальник штаба армии генерал-майор Визжилин 5 марта директивой Ставки ВГК №170134 «за плохую работу» был отстранен, а его место занял полковник Рождественский (бывший начальник штаба 52-й [203] армии). Одновременно принимается решение направить на Волховский фронт энергичного и хорошо себя зарекомендовавшего в битве за Москву командарма. 8 марта 1942 г. генерал-лейтенанта А.А.Власова освобождают от должности командующего 20-й армии Западного фронта и направляют на северо-западное направление заместителем командующего войсками Волховского фронта. Так А.А.Власов попал на Волховский фронт, чтобы через несколько недель написать одну из самых черных страниц войны.

Вскоре последовала репетиция будущей катастрофы. За несколько дней до того, как А.А.Власов получил новое назначение, 2 марта 1942 г. Гитлер в беседе с командующим группой армий «Север» фон Кюхлером потребовал провести в период с 7 по 12 марта операцию по окружению любаньской группировки советских войск. Операция получила кодовое наименование «Дикий зверь» (Raubtier). Целью «Дикого зверя» были две зимние дороги, проходившие через пробитый войсками 2-й ударной армии 12-километровый коридор к югу от Спасской Полисти. Немцы называли эти дороги «росчисть Эрика» и «росчисть Дора». Гниющая органика болот препятствовала промерзанию почвы, и под снегом была болотная жижа. Многочисленные колонны снабжения, пехоты и кавалерии протаптывали снег до грунта. Чтобы в жидкой грязи не вязли люди и лошади, на болото укладывались жерди. Эти своеобразные дороги стали целью немецкого наступления. Войска группы армий «Север» были готовы к проведению наступления на «Эрику» и «Дору» уже 9 марта, но Кюхлер вынужден был отложить операцию, так как авиация была задействована на отражение советского наступления в районе Холма.

Немецкое наступление началось 15 марта в 7.30 утра. В нем участвовало в общей сложности пять дивизий, собранных в две ударные группы к северу и югу от [204] 12-километрового коридора, связывавшего 2-ю ударную армию с основными силами Волховского фронта. Северную ударную группу составили 61-я и 121-я пехотные дивизии и дивизия СС «Полицай». Южную ударную группу образовали части 58-й и 126-й пехотных дивизий. В первый день наступления северная группа продвинулась на 3 километра, а южная — на 1 км. Задача групп была непростой, поскольку им противостояла плотно построенная группировка советских войск, занимающихся расширением пробитой в январе бреши. В течение нескольких дней боев, преодолевая ожесточенное сопротивление советских войск, две группы встретились и замкнули окружение 20 марта 1942 г.

Для пробивания коридора к 2-й ударной армии были привлечены 372-я стрелковая дивизия, 24-я и 58-я отдельные стрелковые бригады, 4-я гвардейская стрелковая и 111-я стрелковая дивизии и 7-я танковая бригада. Эти войска составляли две группы: одна со стороны 2-й ударной армии (24-я и 58-я стрелковые бригады группы Жильцова) и оперативная группа из состава 59-й армии под руководством генерала И.Т.Коровникова (4-я гвардейская стрелковая, 111 -я и 372-я стрелковые дивизии). Начало наступления было назначено на 10.00 27 марта. Уже 30 марта командующий Волховским фронтом доложил Верховному Главнокомандующему, что «коммуникации 2-й ударной армии освобождены от противника». Однако освобожденными коммуникации можно было считать достаточно условно: ширина коридора в пределах 1,5—2 км. Такой коридор простреливался противником, и по нему можно было уверенно передвигаться только ночью.

Восстановление сообщения 2-й ударной армии с тылами стоило должности командиру XXXVIII армейского корпуса, снятого приказом командующего группой армий «Север» фон Кюхлера. Гитлер также [205] требовал снять командира 58-й пехотной дивизии, но фон Кюхлер отстоял своего подчиненного.

Несмотря на зримую угрозу для коммуникаций 2-й ударной армии, командование фронта не оставляло надежды переломить ситуацию в свою пользу. Уже 30 марта К.А.Мерецков приказывает Н.К.Клыкову продолжать наступление

«Ближайшая задача армии овладеть Октябрьской ж.д. и Ленинградским шоссе на участке юго-восточнее Любань. В дальнейшем, обеспечивая себя с чудовского направления, наступать и овладеть Любанью во взаимодействии с войсками Ленинградского фронта» (ЦАМО, Ф.204, оп.97, д.8, л.336).

То есть К.А.Мерецков решил отказаться от штурма Любани в лоб, а перерезать железную дорогу и наступать вдоль нее. Командующий приказывал собрать в ударную группу не менее четырех стрелковых дивизий и артиллерийскую группу до 200 орудий, 250 минометов (82-мм и выше) и два полка PC. Начало наступления на Любань было намечено на 2 апреля. Мерецкова можно было понять: между частями 2-й ударной армии Волховского фронта и 54-й армией Ленинградского фронта оставалось всего 20 километров. Казалось, что желанное кольцо окружения вокруг I армейского корпуса в районе Чудова вот-вот замкнется и тогда противнику будет уже не до прерывания «росчистей» в тылах 2-й ударной армии. Войска 2-й ударной начали наступать 4 апреля, но были остановлены на рубеже р. Тигода.

8 апреля 1942 г. К.А.Мерецков докладывал Сталину, что основные причины неудач 2-й ударной в продвижении к Любани — это «плохая организация боя, усталость войск вследствие непрерывных боев и боязнь командования 2-й ударной армии за свои коммуникации» (ЦАМО, Ф.204, оп.97, д.8, л.380). Последний пункт трудно было доказать, но сам К.А.Мерецков указывал в первом абзаце того же донесения, что пробитого коридора «явно недостаточно для надежного обеспечения коммуникаций». Было решено прекратить атаки [206] 2-й ударной на р. Тигода и сосредоточить усилия на расширении коридора к ее войскам. Эта задача возлагалась на 59-ю армию, которой передавалась выведенная из состава 2-й ударной армии 7-я танковая бригада. 59-я армия должна была начать наступление 12 апреля. В середине апреля также была достроена узкоколейка из снятых на довоенных лесозаготовках рельс и шпал. Коридор, соединяющий 2-ю армию с основными силами Волховского фронта, был расширен до 6 км. Но так или иначе советское наступление на любаньском направлении остановилось, и ответный выпад получившего передышку противника становился неизбежностью. Но произойдет это почти полтора месяца спустя. [207]

Итоги операции

Хотя Г.К.Жуков вряд ли бы стал возражать против операции по прорыву блокады Ленинграда, это направление было, пожалуй, единственным, на котором можно признать однозначно верным его высказывание о необходимости прорыва прочной обороны. На рубеже р. Волхов была, во-первых, не потрепанная летними и осенними боями 1941 г. свежая пехотная дивизия в первой линии, а во-вторых, на этот рубеж «свернулась» ударная группировка, штурмовавшая в ноябре 1941 г. Тихвин. Свежих дивизий в первой линии, строго говоря, было даже две — с ноября 1941 г. на этом направлении действовала 250-я испанская дивизия. Удержание ею фронта у Новгорода позволяло уплотнить боевые порядки остальных соединений 18-й армии на рубеже Волхова. Поэтому, несмотря на ввод в бой двух свежесформированных армий, Волховскому фронту не удалось достичь решительного результата. Не были выполнены ни задача-максимум (глубокий прорыв к Луге), ни задача-минимум (окружение чудовской группировки противника).

Как и во всех наступательных операциях Красной Армии зимы 1942 г., у Волховского фронта отсутствовал эффективный инструмент развития успеха, который позволил бы перерезать коммуникации чудовской группировки противника до переброски резервов. Немецкому командованию удалось парировать наступление 2-й ударной и 59-й армий вполне традиционными методами — переброской резервов с пассивных участков фронта и затыканием дыр прибывающими с запада соединениями. Типовым приемом стало также упорное удержание опорных пунктов в основании прорыва, что не позволяло советским войскам его расширить.

Однако если советскому командованию на северо-западном направлении не удалось достигнуть позитивных целей (разгрома войск ГА «Север» и деблокирования Ленинграда), то это не означает, что не [208] были достигнуты негативные цели, то есть нарушение планов противника. Командование группы армий «Север» в марте 1942 г. находилось от решения задачи соединения с финскими войсками и захвата Ленинграда неизмеримо дальше, чем в ноябре 1941 г., в начале наступления на Тихвин. Наиболее актуальной для руководства 18-й армии в марте 1942 г. была ликвидация вклинения 2-й ударной армии и выставление прочного заслона против Волховского фронта. Одновременно в результате Любаньской операции была перерезана железная дорога широкой колеи Новгород — Чудово. Это заставило немцев построить обходную узкоколейку длиной 72 км, получившую условное наименование «Звезда» (Stern). Поэтому, несмотря на то что ни одной из сторон в зимней кампании 1942 г. не был достигнут решительный результат, общая обстановка под Ленинградом изменилась в пользу советских войск — непосредственная угроза городу была надолго ликвидирована.