Штанько Виктор Николаевич/Комментарии к Акиму Арутюнову Ленин. Досье без ретуши/Глава 21. ШТРИХИ К ПОРТРЕТУ «ВОЖДЯ»

Комментарии к Акиму Арутюнову
автор Штанько Виктор Николаевич

Глава 21.

ШТРИХИ К ПОРТРЕТУ «ВОЖДЯ»

Иной мерзавец, может быть для нас тем полезен, что он мерзавец.
Вл. Ульянов
В известной степени раскрывает Ленина, как человека, случай, рассказанный Т.И. Алексинской в парижском журнале “Родная земля”: “Восприняв марксистскую доктрину с ее безличным методом, мы все-таки искали в вожде человека, в котором были бы соединены темперамент Бакунина, удаль Стеньки Разина и мятежность горьковского Буревестника. Такой живой фигуры не было перед нами; но мы хотели олицетворить ее в лице Ленина. И когда я увидела его впервые в 1906 году на одном из загородных митингов в Петербурге, я была страшно неудовлетворена. Меня удивила не его наружность... — а то, что, когда раздался крик: “Казаки!” — он первый бросился бежать. Я смотрела ему вслед. Он перепрыгнул через барьер, котелок упал у него с головы... С падением этого нелепого котелка в моем воображении упал сам Ленин. Почему? Не знаю!.. Его бегство с упавшим котелком как-то не вяжется с Буревестником и Стенькой Разиным. Остальные участники митинга не последовали примеру Ленина. Оставаясь на местах, они, как было принято в подобных случаях, вступили в переговоры с казаками. Бежал один Ленин...

Да… Замечательный рассказ.

Было бы неплохо, конечно, если хоть кто-то подтвердил эти слова. Я, само собой, не утверждаю, что Владимир Ильич должен был чётко соответствовать латентно-сексуальным, томительным мечтаниям этой дамы об удалом, темпераментном и слегка мятежном мачо. Да, г-жа Алексинская осталась неудовлетворена, что её предполагаемый кумир не раскидал казаков приёмами карате, не вскочил в седло («Я скоро вернусь, Бэби!») и, стреляя с двух рук, не помчался вслед за деморализованным противником.

А мне так пофиг. Ну, убежал и убежал. Ну не был он, допустим, бесстрашным человеком, и что? Другое дело, что побасенкам этим эмигрантским я лично не верю. Во-первых, потому, что знаю, как Владимир Ильич, реально рискуя жизнью, попал в Смольный, например. А во-вторых, сама г-жа Алексинская из той ещё семейки!

Я, разумеется, не исключаю, что в личной жизни супруг - Григорий Алексеевич Алексинский - полностью соответствовал всем её строгим критериям. Напомню только, что именно благодаря этому господину мы теперь знаем о существовании немецкого суперагента – бравого прапорщика Ермоленко. Возможно, кто-то уже забыл, но это г-н Алексинский вместе с В.С.Панкратовым распространяли «сенсационные» сведения после июльского мятежа.

Между прочим, Г.А.Алексинского в 1918 году арестовывало ЧК, но отпустило на поруки. Потом он эмигрировал, и только благодаря этому историография обогатилась ещё одной сенсацией – собственноручно им написанным «донесением Бинда» о ночёвке Ленина в германском посольстве. По словам Алексинского именно «во время этого ночного визита Ленин должен был заключить свой позорный пакт с врагами своего отечества. Во исполнение данного пакта, как только началась русская революция, немецкое правительство направило Ленина и его соратников в знаменитых опломбированных вагонах».

Не унялся чувачок.

М.В. Фофанова однажды рассказала про один курьезный случай, связанный с Лениным. Днем второго дня после переезда Ленина к ней на квартиру, раздался тихий стук в дверь. Стук не был условным. Владимир Ильич весь побледнел и, не дав ей подойти к двери, побежал в комнату, чтобы попытаться по водосточной трубе или другим способом опуститься во двор. Маргарита Васильевна вовремя его остановила. Оказалось, что соседский мальчик, играя со сверстниками, случайно задел палкой в дверь…

Даже вообще ничего не зная про описываемые события, любому внимательному читателю понятно: для того, чтобы получился «тихий стук в дверь» мальчик должен был её «случайно задеть» неоднократно. Ну а поскольку фактология немного известна, можно пойти далее. Если бы после каждого стука в дверь Ленин кидался к водосточной трубе, то ему проще было бы сидеть на ней постоянно. Дело в том, что дверь квартиры М.В.Фофановой «задевали палками» регулярно. Первые пять дней пребывания там Владимира Ильича, в квартире оставалась домработница Юзя. Входя и выходя из квартиры по своим надобностям, она хлопала дверями, не спрашивая на то разрешения Владимира Ильича и не ставя его в известность о приближении этого жуткого звука. Кроме того, в гости к Маргарите Васильевне захаживала сестра. Несколько раз наносил визиты председатель домкома. А однажды пришёл и вообще остался ночевать бывший муж Фофановой. В этом случае, Ленин закрылся на ключ у себя в комнате и работал там тихо, «как сурок», по выражению Маргариты Васильевны. (по книге В.Логинова «Неизвестный Ленин»).

Что касается «случая с мальчиком», то Надежда Константиновна Крупская оставила свои воспоминания о нём. Но сначала я, на всякий случай, напомню, о каком времени здесь идёт речь. Квартира Фофановой была «конспиративной» и Ленин перебрался туда из Финляндии тайно. Сразу было оговорено, что он не будет никому открывать дверей и не будет отвечать на звонки.

Что бы там не писал Аким Арутюнов, но враги в то время серьёзно искали Владимира Ильича. Так что, попадание к ним в руки грозило серьёзными неприятностями и самому Ленину, и тому делу, которому он посвятил всю свою жизнь. В такой ситуации отступление через окно уж никак постыдным поступком не являлось.

Кстати! Возможно г-же Алексинской фигура Ленина, ловко спускающегося по водосточной трубе и убегающего, отстреливаясь, от контрразведчиков, могла и понравиться. Ну да ладно, не будем пытаться проникнуть в эротические фантазии этой дамы и вернём слово Надежде Константиновне. Однажды вечером, она застала у квартиры Фофановой (они были хорошими подругами) юношу:

«”Знаете, в квартиру Маргариты забрался кто-то… Прихожу, звоню, мне какой-то мужской голос ответил; потом звонил я, звонил – никто не отвечает”. Парню я что-то наврала… И только тогда успокоилась, когда он сел в трамвай и уехал… Когда Ильич открыл дверь, принялась его ругать: “Парень мог ведь народ позвать”. – “Я подумал, что спешное”».

И только потом пришла г-жа Фофанова и тоже стала успокаивать Крупскую – это, мол, племянник, хотя приходивший – Женя Фролов, был не племянником, а сыном её друга. (по книге В.Логинова «Неизвестный Ленин»).

Короче говоря, всё по знаменитому армянскому анекдоту: «не в лотерею, а в карты, не выиграл, а проиграл, и не машину, а велосипед. А так – всё верно».

В народе говорят, что жестокими и злыми людьми, как правило, бывают трусы. Если судить по характеристике Т.И. Алексинской, то Ленин действительно был архитрусливым человеком. Очевидно, на почве чрезмерной трусости Ленин много уделял внимания конспирации своей личности.

Раскрываем блокнотик, и заносим туда слово с приставкой «архи».

…Читателю небезынтересно будет познакомиться с лексикой Ульянова-Ленина. Вот краткий перечень любимых определений, составленный на основе всего лишь трех томов его собраний сочинений: “балбес”, “банда”, “болтун”, “вор”, “говно”, “гад”, “гадкий”, “горлопан”, “глупый”, “гнилое яйцо”, “грязный натуришка”, “дурачки”, “жулик”, “зад”, “зверь”, “зверек”, “идиоты”, “иуда”, “клеветник”, “кляузник”, “лакей буржуазный”, “лиса”, “лошадиный барышник”, “лжец”, “мародер”, “мерзавец”, “мещанская сволочь”, “мошенник”, “мракобес”, “моськи”, “негодяй”, “навозные кучи”, “олух”, “осел”, “оппортунист”, “палач”, “пакостник”, “паскуда”, “паразит”, “помойная яма”, “поганое стойло”, “подонки”, “пошлый болтун”, “пошляк”, “презренные дурачки”, “проститутки”, “прохвост”, “прихвостень”, “ренегат”, “самодур”, “свинья”, “собака”, “сволочь”, “спекулянт”, “старые бабы”, “торгаш”, “труп”, “трус”, “тупица”, “тупоум”, “ученые дураки”, “филистер”, “хам”, “шалопай”, “шарлатан”, “шантажист”, “шайка”, “шовинист”, “штрейкбрехер”, “шуты гороховые”, “щенок”... Вот каков лексикон литератора.

Ну вот, сглазил, похоже. Зачем опять истязал себя этот самоотверженный человек?! Перелопатить три тома ПСС, только для того, чтобы сообщить, что Ленин сто лет назад кого-то назвал «оппортунистом» или «лисой»…

Лучше бы Аким перечитал последние абзацы своих глав, - Владимир Ильич отдыхает! Или сосчитал различные вариации слова «омерзительный» на своих собственных страницах. Такого-то осетра грех было не урезать.

Но нет, не до пустяков Акиму Арутюнову! Дальше идёт просто феерия обличений:

По свидетельству людей, лично знавших Ленина, он, мягко выражаясь, был не совсем равнодушен к деньгам…

Ленин действительно высоко ставил евреев (унижая и оскорбляя другие народы), и это подтверждается документами…

Известно, что юный Володя Ульянов был невнимателен и груб с детьми: как правило, огрызался на их приглашения поиграть с ними…

Ленин в детстве, бывало, говорил неправду…

Убил, как есть, убил!

Но и это ещё не всё, получайте десерт:

Несколько слов об отношениях между Лениным и Инессой Арманд. Этой темы касались немногие. Это в основном Н.К.Крупская, А.М.Коллонтай, Луис Фишер, А.И.Солженицын, П.Подлящук, Д.А.Волкогонов. Мне думается, что в этом вопросе вряд ли кто-либо мог знать больше Крупской. Однако она была дипломатична и умна. Поэтому в своих воспоминаниях пишет об Инессе Арманд лишь как о партийном товарище и друге семьи.

Исходя из удалённого мною текста, можно предположить, что Аким Арутюнов недипломатичен и глуп. Для тех, кто интересуется пикантными подробностями, рекомендую полную версию книг Арутюнова.

Ну как тут не вспомнить афоризм древних: Qualis pater, talis filius [ 201 ].

А вот не полезу я, из принципа, по ссылке №201. Пусть эта латинская мудрость останется для меня тайной.

Ленин неимоверно испытывал жажду власти над людьми. По-видимому, ему были по душе слова Людовика XIV: “L'etat c'est moi” [ 202 ]

Бл..!

У меня тоже не хватает русских литературных слов.

* * *
Напоследок поделюсь с читателем результатом исследования одного, на мой взгляд, чрезвычайно важного по существу и значению вопроса. Он возник после того, как я ознакомился с документом, ставившим под сомнение то, что отцом Ленина был Илья Николаевич Ульянов. Отсюда появилась необходимость произвести изыскания с целью выявления подлинного отца Ленина. Такая постановка вопроса, возможно, покажется читателю странной…

Ещё как покажется! Достаточно познакомиться с работой некоего А.Арутюнова, где он, подробнейшим образом рассмотрел всех родственников Ленина по отцовской линии, убедительно доказав, что у Владимира Ильича нет ни капли русской крови.

Начну с документа, который вызвал у меня сомнение. Это диплом Ленина об окончании высшего учебного заведения. Дело в том, что в дипломе ясно указан его владелец - Владимиръ Ивановъ Ульяновъ. Но почему-то слово "Ивановъ" зачеркнуто и над ним написано "Ильинъ".

Один единственный диплом? И всё? Ведь в ответ можно привести множество примеров, где Ленин собственноручно пишет своё отчество «Ильич». Взять, хотя бы, анкету, которую Аким приводит на своих же страницах. А в дипломе, как не крути, отчество печатал какой-то левый Вася.

Много лет назад, работая над монографией по личностной и политической биографии Ленина, я не раз возвращался к загадочному диплому. И каждый раз обнаруживал все новые искажения и извращения фактов, относящихся к диплому и его владельцу. Например, в первом томе Биографической хроники Ленина читаем: "14(26) января (1892 года. - А.А.) Ленин получает от управления Петербургского учебного округа университетский диплом первой степени". И ниже на той же странице написано: "В тот же день или позднее Ленин вносит в своем дипломе поправку "Ильин" вместо "Иванов". (Заметим, что в этих словах отсутствуют твердые знаки. Ясно, что поправку делали уже после 1917 года, а не в 1892 году).

Убей – не пойму, что Аким имел в виду под своим замечанием в скобочках? Если разговор идёт об исправлении в дипломе, то на фотокопии ясно виден «твёрдый знак». Да и сам Арутюнов несколькими строками выше пишет "Ильинъ". В Биографической хронике Ленина, действительно, искомых знаков нет. Получается, Аким доказывает, что первый том Биохроники вышел не в 1892, а после 1917 года? Трудно не согласиться со «знаменитым историком»!

О своих сомнениях и обнаруженных неточностях, связанных с дипломом Владимира Ульянова, я рассказал своему научному консультанту Маргарите Васильевне Фофановой. Выслушав меня, Маргарита Васильевна сказала, что исправление в дипломе скорее всего было сделано в стенах Института Маркса-Энгельса-Ленина-Сталина.

Вот как тут удержаться в цензурных рамках?

Да! Только «научный консультант» мог раскрыть Арутюнову ту страшную коммунистическую тайну, что Биографическую хронику писали в стенах вышеназванного института.

Владимир Ульянов, как и все дипломанты, сообщил в Испытательную комиссию нужные сведения, после чего ему было выдано свидетельство за # 205 на право получения диплома первой степени. Таким образом, Владимир Ульянов, сделав необходимое сообщение, тем самым признал своим отцом некого Ивана, отказавшись от Ильи Николаевича.

Зачем? Мать свою хотел опозорить???

Напрашиваются вопросы. Почему Владимир Ульянов поступил так? (Аким заинтриговывает читателя) Что послужило причиной для принятия столь серьезного решения? И, главное, какого Ивана признал он своим настоящим отцом?

Лет десять назад, когда авиакомпании стали внедрять у себя какую-то «международную систему» оформления билетов, я летел домой, на Камчатку, с экземпляром, где фигурировали ТРИ варианта написания моей фамилии. Страшно представить, какие выводы мог бы сделать какой-нибудь арутюноид, попади такой «документ» в его руки.

Прямо скажем, довольно сложный кроссворд оставил нам Владимир Иванович. (выделено мной. — А.А.).

Афтор, жги!

Признаться, кроссворд настолько захватил меня, что, не считаясь с временем, я стал работать над его разгадкой, изучая как опубликованные, так и неопубликованные архивные материалы, относящиеся непосредственно к Ульяновым, а также материалы периодической печати, авторами которых были современники семьи Ульяновых. Прежде всего меня удивило, что в эпистолярном наследии Ленина нет ни одного упоминания об Илье Николаевиче. В то же время его мать, Мария Александровна Ульянова, в письмах разным адресатам, не считая писем, отправленных лично ей, упоминается более 200 раз!

И опять Аким терзает беззащитный ленинский сборник. Страшно представить, какой вид имеет акимовский экземпляр ПСС после этих жутких экзекуций. Как хотите, но ТАКОЕ безболезненно пройти не может. Причём, для обеих сторон.

Что касается сути, то Илья Николаевич умер, когда Ленину было 16 лет. «Эпистолярное наследие» охватывает гораздо более поздний период.

Так какого же Ивана Ленин признал своим отцом? Должен сказать, что разгадать это в большой степени помогла мне Анна Ильинична Ульянова-Елизарова. Просматривая ее литературное и эпистолярное наследие (включая неопубликованное), я обнаружил весьма интересные факты, причем неоднократно повторяющиеся, хотя и изложенные в несколько измененной форме. Поскольку они имеют важное значение для исследования, приведу все три редакции текста по одному и тому же вопросу, в которых, по моему убеждению, находится ключ к разгадке ленинского кроссворда.

"...Писарева, которого тогда уже в библиотеках не выдавали, мы доставали у нашего домашнего доктора, имевшего полное собрание сочинений".

"Брали мы Писарева, запрещенного в библиотеках, у одного врача, знакомого отца, имевшего полное собрание его сочинений".

"Брали мы Писарева у одного знакомого врача, имевшего полное собрание его сочинений".

В текстах на первый взгляд вроде бы нет ничего такого, что могло бы вызвать у читателя подозрение. Ведь речь идет об одном и том же. Брали, доставали Писарева для чтения, и уж какая разница - у кого. Между тем, вникая в содержание трех текстов, нельзя не заметить, как Анна Ильинична преднамеренно и искусно маскирует и отдаляет владельца собрания сочинений Писарева от дома Ульяновых.

Да уж, «Анна – искусница»! Что мешало ей сразу-то выбрать нужный вариант?

Сначала она говорит, что он домашний доктор, затем, подумав немного, называет его знакомым врачом отца, наконец пишет, что тот был просто знакомым врачом.

Нет, третий вариант «поближе» второго будет! Во втором говорится, что врач был знакомым только Ильи Николаевича, а в третьем – намёк на большее: «брали МЫ у ЗНАКОМОГО». То есть, знакомый – общий.

Создается впечатление, будто Анна Ильинична не знает или не помнит имени этого врача, человека, который неоднократно снабжал детей Ульяновых запрещенными книгами из своей библиотеки. Да разве можно этому поверить?! Тем более что Анна Ильинична многократно встречалась с этим врачом.

Да может не нравился ей домашний врач! Укол болючий поставил, или конфетки запретил есть, да мало ли что ещё могло случиться в те далёкие годы...

Анна Ильинична в своих воспоминаниях многие страницы посвящает няне Варваре Григорьевне Сарбатовой, хорошо помнит имя кухарки и даже ее дочери, называет по имени и отчеству десятки людей, даже совершенно далеких от дома Ульяновых, а вот имени домашнего врача - воспитателя детей Ульяновых и, скажем так, друга Марии Александровны, с которым даже фотографировалась вместе с матерью, - "не помнит". Не странно ли? Это же чистейший абсурд!

Приходится снова констатировать: плохую услугу сыграло с Акимом знакомство с феноменально памятливыми людьми.

Спрашивается: почему Анна Ильинична так поступала? Чем она руководствовалась, сознательно скрывая имя домашнего доктора? Мне представляется, что она делала это исключительно из-за боязни, что имя домашнего врача может вызвать у части читателей некие ассоциации и стать поводом для различных толков. Дело в том, что домашнего врача и близкого человека Марии Александровны звали Иван Сидорович Покровский. (выделено мной. — А.А.).

Придётся прервать торжествующего автора. Напомню, что Иван Сидорович Покровский всё-таки второй в очереди на отцовство. Ведь: Во внешнем облике Ульяновых, начиная с Василия (дяди Ленина) и Ильи (отца) преобладали монголоидные элементы. К тому же напомню, что: ссылаясь на рассказы отца и матери, очень старый, тяжело больной волжский рабочий — кочегар Харитон Митрофанович Рыбаков, которого я случайно встретил в лесу в предместье города Вольска летом 1956 года, говорил, что в народе ходили слухи, будто настоящий отец Ильи — Николай Ливанов (тоже монголоид, очевидно); многие находили между ними большое внешнее сходство.

Это была цитата из 2-й главы. Теперь можно вернутся к новому «папаше».

В связи с этим фактом должен рассказать о случае, который произошел 43 года тому назад. Летом 1957 года…

Кажется, я начинаю понимать… Ежегодное летнее обострение? Т-с-с-с…

Летом 1957 года я, находясь проездом в Ульяновске, познакомился с весьма удивительным и интересным человеком, коренным жителем города, 82-летним врачом-дерматологом и, как выяснилось, заядлым филателистом. Очень скоро у нас сложились доверительные отношения, что в те времена не было типичным. Подчеркну, что тон в этом задал мой новый знакомый. Из откровенной беседы я узнал, что Леонид Евграфович (так звали моего собеседника) вырос в интеллигентной семье: отец был инженером-путейцем, а мать - учительницей. Я спросил: не знали ли его родители семью Ульяновых? Оказалось, что они были знакомы с Ильей Николаевичем и Марией Александровной.

Это же надо! Прямо еврейское везение, какое-то. Ну и прёт Акиму Арутюнову…

При этом Леонид Евграфович добавил, что Ульяновых знал весь Симбирск. "И как было не знать", - сказал он. Сделав небольшую паузу, как бы собираясь с мыслями и погладив седую бородку, Леонид Евграфович продолжил рассказ об Ульяновых: "Роман Марии Александровны с домашним доктором Иваном Покровским был многие годы постоянной темой для наших любительниц посудачить, хотя в городе никто не сомневался, что они любовники. Их часто видели вместе во время прогулок. Они и не пытались скрываться. В знатных семьях поговаривали, что Иван Сидорович - этот самодовольный и властный субъект - внебрачный сын широко известного в России музыкального критика, литератора и драматурга Александра Улыбышева. А бедолага Илья Ульянов, этот кроткий, но преданный своему делу человек, уважаемый горожанами, жил дома на правах постояльца, с которым никто не считался. В сущности, переживания стали причиной его преждевременной смерти".

Мне кажется, что к сплетням нужно относиться критически, даже если их распространяет почёсывающий бородку врач-дерматолог или тяжело больной рабочий-кочегар.

От рассказа Леонида Евграфовича я буквально был в шоке. Признаться, я уехал из Ульяновска с неприятным осадком в душе…

)))))))))))))

…Был поражен смелыми высказываниями Леонида Евграфовича, хотя они и вызвали у меня сомнения. Лишь спустя десятилетия я убедился, что мой симбирский знакомый старичок говорил правду.

Удивительно, как сохранили свои болтливые языки Леонид Евграфович с Харитоном Митрофановичем в 1937-1938 годах? Если, конечно, симбирский старичок не был очередным шизофреническим видением Акима Арутюнова.

…Иван Покровский окончил медицинский факультет. Некоторое время занимался частной практикой, а в конце 60-х годов стал домашним врачом семьи Ульяновых. По-видимому, с того времени началась близкая связь между Иваном Сидоровичем и Марией Александровной…

А «профессиональный историк» держал свечку.

На мой взгляд, этим можно объяснить тот факт, что Иван Сидорович Покровский в 1869 году вместе с семьей Ульяновых переехал из Пензы в Симбирск и с тех пор безотлучно жил в их доме. Иван Сидорович никогда не был женат. Он чувствовал себя хозяином в доме, поскольку Илья Николаевич часто находился в разъездах по многочисленным школам губернии, им же организованным, мало бывал дома. А Анна Ильинична, как заметил читатель, своими хитроумными и, прямо скажем, нечестными записями делала все для того, чтобы скрыть истинные отношения матери с Иваном Покровским.

Аким считает, что со стороны А.И.Ульяновой-Елизаровой было «нечестно» скрывать тот «факт», что её родная мать изменяла мужу. И своему отцу, кстати, поскольку родилась Анна Ильинична в 1864 году, то есть, до того, как в семье Ульяновых появился «похотливый» врач.

И последнее. Мне представляется, что в вопросе принятия решения Лениным признать своим отцом Ивана Сидоровича Покровского известную роль сыграла его мать. Очевидно она открыла свою тайну взрослым детям после смерти Ильи Николаевича.

Вот так! На основании сплетни и единственной ошибки в дипломе, Аким делает «очевидные» заключения. А как же: «Во внешнем облике Ульяновых, начиная с Василия (дяди Ленина) и Ильи (отца) и кончая Владимиром Ильичом, преобладали монголоидные элементы. И если ещё учесть, их небольшой рост (максимальный 164 см.), что не типично для русских мужчин, то можно предположить, что дед, прадед и все далёкие предки по отцовской линии принадлежали к тюркоязычным племенам. Определив национальную принадлежность рода Ульяновых, необходимо…»? (глава 1). Куда делись ленинские «монголоидные элементы»? Или Покровский тоже принадлежал к тюркоязычным племенам?

…А вот ещё несколько слов о Ленине, произнесённых великим мыслителем (И.А.Буниным) в Париже 16 февраля 1924 года в речи «Миссия русской эмиграции»: «Выродок, нравственный идиот от рождения…».

Прерву великого мыслителя и верну слово великому историку Акиму Арутюнову:

…Таков вкратце портрет вождя большевиков.

На этом и закончим.