Штанько Виктор Николаевич/Комментарии к Акиму Арутюнову Ленин. Досье без ретуши/Глава 12. “КРЕСТНЫЙ ОТЕЦ” КРАСНОГО ТЕРРОРА

Комментарии к Акиму Арутюнову
автор Штанько Виктор Николаевич

Глава 12.

“КРЕСТНЫЙ ОТЕЦ” КРАСНОГО ТЕРРОРА

Жестокость не может быть спутницей доблести.
М. Сервантес
Рассматривая террористические акции советского правительства, должен отметить…

Рассматривая эти акции, Аким старательно обходит все попытки большевиков решить сваливавшиеся на них проблемы мирным путём. Где-то в глубине главы Арутюнов единственный раз вспоминает о неоднократных попытках большевиков отменить смертную казнь. Выглядит это у него так: «…И это не смотря на то, что смертная казнь официально была отменена». В одной из предыдущих глав, Арутюнов писал, что большевики подавили всякое инакомыслие путём закрытия всех оппозиционных газет. А ведь первое время Советская власть закрывала глаза на нарушения запретов: летом 1918 года издавались газеты меньшевиков, анархистов и даже запрещённой партии кадетов. Кстати, если читать внимательно, подтверждение этому можно встретить и в арутюновском тексте: «Несмотря на декрет о печати, публиковались статьи и отдельные работы, в которых осуждались действия правительства в отношении Православной Церкви».

Абсолютно ничего не говорит Аким об отказе от репрессий по отношению к некоторым организаторам первых антисоветских мятежей. Останется тайной для арутюноидов и освобождение «под честное слово» прямых врагов Советской власти, к примеру, генерала П.Н.Краснова.

Рассматривая террористические акции советского правительства, должен отметить, что зарубежная историография красного террора в России весьма обширна. Российская же делает пока лишь первые робкие шаги. Ей предстоит выполнить титаническую работу, связанную с фундаментальным изучением и анализом источников по отечественной истории. Особенно ответственно и критически надо изучить те сочинения, которые вышли из-под пера большевистских вождей, различных деятелей партии, комиссаров и красной профессуры. В них можно обнаружить множество фальсификаций и извращений исторических фактов, тенденциозность в их изложении.

Есть две книги: «Красный террор» С.П.Мельгунова и «Красный и белый террор в России» А.Л.Литвина. На мой субъективный взгляд, второй автор больше приблизился к пониманию сложившейся в то время в России ситуации. И дело тут (опять же, на мой взгляд) в принципиальном подходе. Ну не может в гражданскую войну одна сторона только творить злодеяния, а вторая воевать в белых перчатках.

Не претендуя на полное освещение истории красного террора, хотел бы донести до читателя наиболее характерные фрагменты из огромной массы террористическо-репрессивных акций большевистского правительства против граждан России. Руководствуясь Декретом о земле, чиновники Наркомата земледелия, опираясь на Красную армию, конфисковали 150 миллионов га помещичьих, удельных, монастырских и прочих земель. У помещиков было конфисковано скота и сельскохозяйственного инвентаря примерно в 350 млн. рублей, а их владельцы подверглись репрессии. Часть дворян успела эмигрировать, часть спасла свою жизнь у близких им людей.

Желающие могут прочитать эту главу полностью и в оригинале, а потом попытаться понять, что имел в виду Арутюнов, когда писал, что «часть дворян спасла свою жизнь у близких им людей». Что мешало злодеям – большевикам перебить всех не эмигрировавших дворян, вместе с «близкими им людьми»?

По поводу конфискации помещичьих, удельных, монастырских и прочих земель уже говорилось. Напомню только, что «бывший эсеровский» Декрет выражал чаяния крестьянства и для его реализации большевики «опирались» не на Красную армию (кроме всего прочего, в силу её отсутствия вплоть до 20 января 1918 года), а на сермяжный русский народ.

Рассказал Аким и про «террористически-репрессивный» Декрет «Об уничтожении сословий и гражданских чинов», которым уничтожалось деление общества на дворян, крестьян, купцов и мещан, ликвидировались и титулы (графские, княжеские и пр.):

…С момента обнародования декрета для всего населения страны было установлено одно общее наименование – гражданин Российской Советской республики. Формально декрет уничтожал сословия и гражданские чины. Но одновременно временное советское правительство наносило коварный удар по российским предпринимателям, по тем честным и скромным людям, кто своей кипучей энергией, усердием и природными способностями содействовал быстрому росту отечественной промышленности и торговли, вносил большой вклад в развитие экономической и военной мощи Российского государства.

Если отбросить весь неолиберальный политес, то в сухом остатке останется горькое сожаление Акима, о том, что быдлу стало невозможно указать на его истинное место. Что касается «большого вклада в развитие военной мощи», могу привести такой пример (из огромного множества). Выдержка из доклада министра юстиции Временного правительства В.Н.Переверзева на 3-ем съезде военно-промышленных комитетов в мае 1917 года: «Спекуляции и самое беззастенчивое хищничество в области купли-продажи заготовленного для обороны страны металла приняли у нас такие размеры, проникли настолько глубоко в толщу нашей металлургической промышленности и родственных ей организаций, что борьба с этим злом, которое сделалось уже бытовым явлением, будет не под силу одному обновлённому комитету металлоснабжения… При желании можно было бы привести целый ряд очень ярких иллюстраций, показывающих, с каким откровенным цинизмом все эти мародёры тыла, уверенные в полнейшей безнаказанности, спекулируют с металлом, предназначенным для обороны страны».

А вот что писал один из редакторов меньшевистской газеты «Новая жизнь» известный экономист В.А.Базаров (Руднев): «Война и вызванная ею экономическая и финансовая разруха создали такое положение вещей, при котором частный интерес частного предпринимателя направлен не к укреплению и развитию производительных сил страны, а к их разрушению… Можно ли удивляться, что так называемое «народное хозяйство» превратилось у нас в разухабистую вакханалию мародёрства, промышленной анархии, систематического расхищения национального достояния?..»

А это уже А.И.Деникин: «Своего рода естественной пропагандой (антивоенной) служило неустройство тыла и дикая вакханалия хищений, дороговизны, наживы и роскоши, создаваемая на костях и крови фронта». На удивление похожие слова, не правда ли? Эх, сюда бы Акима Арутюнова! Для него, высчитать, сколько раз Деникин и Базаров употребляли в своих сочинениях слово «вакханалия», это как обычному человеку семечек пощёлкать.

7 (20) декабря 1917 года Постановлением Совнаркома № 21 в стране создается карательно-террористическая организация — ВЧК. Назначение и подчиненность ее четко определены в следующем документе: “ЧК созданы, существуют и работают, — отмечал ЦК РКП(б) в обращении к коммунистам — работникам чрезвычайных комиссий, — лишь как прямые органы партии, по ее директивам и под ее контролем”. С этого времени террор и насилие против широких слоев населения страны, независимо от их классовой и социальной принадлежности, в сущности были возведены в ранг государственной политики. Следуя указанию Ленина, кадры ЧК формировались прежде всего из проявивших себя большевиков. Правда, до лета 1918 года немало в ЦК было и левых эсеров, которые рука об руку с большевиками совершали террор и насилие над гражданами России. Руководители ВЧК не забывали слова своего вождя, который говорил: “Хороший коммунист в то же время есть и хороший чекист”. Создав большевистский карательный орган, Ленин направил его против своих политических противников, против всех, кто отрицательно воспринял советскую власть и ее идеологическую программу. Во главе этого карательного органа был поставлен Дзержинский. Грабительским актом советского правительства стала так называемая национализация банков. Мало кто знает, что из себя в действительности представлял декрет “О национализации банков”, принятый ЦИК 14 (27) декабря 1917 года. Автором этого зловещего документа был все тот же Ульянов. В преамбуле декрета говорилось, что это мероприятие якобы осуществлялось “в интересах правильной организации народного хозяйства, в интересах решительного искоренения банковой спекуляции и всемерного освобождения рабочих, крестьян и всего трудящегося населения от эксплуатации банковым капиталом и в целях образования подлинно служащего интересам народа и беднейших классов — единого народного банка Российской Республики”. В шестом (последнем) пункте декрета, очевидно, в целях усыпления бдительности населения, подчеркивалось: “Интересы мелких вкладчиков будут целиком обеспечены”. На деле большевистское правительство подвергло экспроприации все российское население, независимо от размера вклада, все подчистую. Оно не пощадило никого: ни рабочих, ни крестьян, ни тех, кто с оружием в руках защищал отечество. Это была открытая и наглая бандитская акция, острием своим направленная против широких слоев населения России.

Подобных «наглых и бандитских акций» не чурались и белые «герои». Пример: на Кубани 28 декабря 1919 года был выпущен закон о вскрытии сейфов. Его появление мотивировалось тем, что в сейфах скопилось огромное количество наличных денег, в которых остро нуждалось Кубанское правительство для проведения мобилизации. Извлечь удалось 4,4 млн. руб. кредитных билетов и небольшое количество золотой и серебряной монеты.

В этой связи хотел бы привести один трогательный пример. У моей родственницы, медсестры Нонны Александровны Ивановой, находившейся в годы мировой и гражданской войн на фронте, в соответствии с приведённым выше декретом было конфисковано 646 рублей. После возвращения с фронта, оставшись без средств, она не могла купить себе даже зимнее пальто.

Мне искренне жаль Нонну Александровну. Не знаю, насколько в её бедах был виноват вышеупомянутый декрет, так как Аким не указал дату, когда Иванова вернулась с фронта. Описываемое время характеризовалось, в частности, гиперинфляцией, и 646 рублей могло не хватить даже на носовой платок, ведь марте 1921 г. рыночные цены почти в 30 тыс. раз превышали довоенный уровень. Находившиеся тогда в обращении совзнаки в 1924 году обменивались на государственные казначейские билеты по курсу 1 к 50 миллиардам.

Что касается «обеспечения интересов мелких вкладчиков», то на расходные операции по вкладам, произведённым до 1 января 1918 года, был установлен предел суммы ежемесячных выплат в 500 рублей. Я, разумеется, не утверждаю, что Н.А.Иванова обманывала Акима Арутюнова. Вполне возможно, что в тех, реальных условиях получить свои деньги из банка действительно было весьма проблематично, а то и невозможно. Современник событий свидетельствовал, что для того, чтобы получить деньги с текущего счёта в 1918 году, ему необходимо было предъявить удостоверение комитета бедноты, Совета и Комиссариата социального обеспечения. (из книги К.В.Харченко: «Власть. Имущество. Человек»).

Между тем, каждый совершеннолетний гражданин РФ может вспомнить в своём недалёком прошлом свою «Нонну Александровну». А многие и сами побывали в её положении. Не надо, наверное, напоминать, как повело себя наше «социальноответственное» государство по отношению к советским вкладчикам. При том, что Россия провозгласила себя правопреемницей Советского Союза. Мало того, даже царские долги перед франциями всякими признали. Я уже давненько не интересовался темой, но хорошо помню, как в купающейся в нефтедолларах Российской Федерации советские вклады могли получить только глубокие старики (лет под 90, если не ошибаюсь). Из расчёта рубль – за – рубль. Если кто не в курсе, может поинтересоваться у старших товарищей, чем отличается тысяча советских рублей, от теперешней российской «штуки».

На мой взгляд, аналогии в проблемах простых граждан просматриваются довольно чётко. Причина здесь одна и та же – крах денежной системы. Правда, в одном случае было государство, стригущее нефтегазовые купоны, а в случае Нонны Александровны – погрузившаяся в пучину гражданской войны страна. Говорить же об исключительной вине большевиков в случившейся финансовой катастрофе могут только не вполне адекватные люди. Напомню, что уже к ноябрю 1917 года рубль, без всякого участия большевиков, обесценился в 10 раз (646 рублей, например, превратились в 64 рубля). И инфляционный потенциал был ещё не исчерпан: если в 1913 году в обращении находилось примерно 1,5млрд. бумажных рублей, то к октябрю 1917 года их напечатали уже 19,5 млрд.

Кстати, по другую сторону фронтов Гражданской войны, финансовая обстановка была тоже совсем не радужная. Несколько примеров: если до войны пуд мяса стоил 8-13 рублей, то в октябре 1919 года в Северной области он уже стоил 400 рублей. В Крыму, за этот же период, мука, с довоенных 2,5 рублей поднялась до 200 рублей. А в Сибири уже с мая 1918 г. по январь 1919г. средний рост цен по всем продуктам составил 764%. А ведь на Севере англичане напечатали белогвардейцам новые денежные знаки и обеспечивали их русским золотом и иностранной валютой, находившейся в Английском банке. В 1919 году, в той же Англии печатались деньги и для белого Юга. У Колчака оказалась солидная часть золотого запаса России на сумму около 665 млн. золотых рублей. Деньги ему печатали уже в США…

(приведу один раз ссылку на источник: почти все факты и цифры по финансам взяты мною из интереснейшей книги М.В.Ходякова «Деньги революции и Гражданской войны: денежное обращение в России. 1917-1920гг.»).

Следующим шагом советского правительства было введение продразверстки. Автором этого преступного акта, который привел к братоубийственной гражданской войне, был все тот же Ленин. 9 мая 1918 года ВЦИК принял “Декрет о предоставлении народному Комиссару продовольствия чрезвычайных полномочий по борьбе с деревенской буржуазией, укрывающей хлебные запасы и спекулирующей ими”. Постановление обязывало “каждого владельца хлеба весь избыток сверх количества, необходимого для обсеменения полей и личного потребления по установленным нормам до нового урожая, заявить к сдаче в недельный срок после объявления этого постановления в каждой волости”. Вполне понятно, что крестьяне (а тем более казаки) восприняли этот декрет отрицательно. Обращает на себя внимание пункт, в котором говорится, что народный комиссар продовольствия наделен полномочиями “применять вооруженную силу в случае оказания противодействия отбиранию хлеба или иных продовольственных продуктов”.

Царское правительство объявило продразвёрстку 23 сентября 1916 года и ввело её со 2 декабря.

«Первый министр земледелия Временного правительства кадет А.И.Шингарёв уже 25 марта 1917 года подписывает закон о введении хлебной монополии. (Германия приняла такой закон ещё 25 января 1915 г.). Отныне владельцы продовольствия должны были весь хлеб, за вычетом того, что требуется для собственного потребления и на хозяйственные нужды, передавать в распоряжение государства. 20 августа 1917 года Министерство земледелия выпустило инструкцию, которая предписывала применять вооружённую силу к тем, кто утаивал хлеб. На практике эти постановления не выполнялись из-за полной неспособности правительства наладить дело…» (С.Кара-Мурза «Гражданская война 1918-1921, - урок для XXI века»).

С выводом уважаемого автора можно не совсем согласиться: не смотря на всю слабость Временного правительства, в сентябрьском отчёте министерство утверждало, что «система принудительного отчуждения хлеба в порядке военного вмешательства продолжает быть самым действенным способом осуществления хлебной монополии».

К слову, замечу, что к реквизициям продовольствия и лошадей прибегали абсолютно все участники Гражданской войны. А про казаков вообще разговор особый. Достаточно почитать мемуары Врангеля, где он красочно описывает, как виртуозно грабили население казачки Мамонтова и Шкуро. А в мемуарах Деникина целая глава посвящена «художествам» горцев и казаков. Про того же Мамонтова сказано, что за колонной донцов шел обоз длиной шестьдесят верст, в коем было по одной - две подводы на каждого казака, ведомые обычно отцом воина и подростком-родственником. Ничего не поделаешь, - традиции!

* * *
Особо следует сказать о казачестве, против которого фактически было совершено тягчайшее преступление, квалифицируемое как геноцид. Первым крупным репрессивным шагом советского правительства против казачества явилось Циркулярное письмо ЦК РКП(б) от 24 января 1919 года. На основании этого документа совершались массовые грабежи и расстрелы казаков, изгнание их с родных, веками обжитых мест. В первую очередь террору подверглось Донское казачество. В результате преступной экономической и социальной политики советского правительства огромная масса казацкого населения оказалась в лагере Деникина и Колчака, ведя активную борьбу против большевиков.

Как всегда у Арутюнова, всё здесь перевёрнуто с ног на голову. Желающие, могут легко узнать из доступной литературы, как формировалась Добровольческая армия. Там же легко увидеть, что «Циркуляр» является «ответом» на действия сбежавших на Дон генералов и присоединившихся к ним позднее казаков. У Акима получается, что «масса казацкого населения» переместилась в «лагеря Деникина и Колчака» в ответ на «преступный Циркуляр» советского правительства. Можно, для примера, посмотреть, когда добровольцы, вместе с донскими казаками, взяли Екатеринодар (см. главу, посвящённую Брестскому миру), и сравнить, что было раньше: взятие столицы Кубани, или пресловутый Циркуляр.

Чтобы не перегружать текст многочисленными доказательствами, ограничусь радиограммой Донского войскового правительства от 27 октября 1917 года:

«Ставка. Верховному главнокомандующему

Всем армиям, корпусам и дивизиям

Донское войсковое правительство приглашает Временное Правительство и членов Совета Республики прибыть в Новочеркасск, где возможна организация борьбы с большевиками и гарантируется личная безопасность и тех и других…». («1917. Разложение армии»).

Время покажет, что Правительство Войска Донского свои силы переоценило. Совсем скоро на Родину начнут возвращаться с фронта распропагандированные казацкие части, и только что зародившаяся там Добровольческая армия будет вынуждена уйти с Дона в знаменитый Ледовый поход.

Взаимоотношения большевистских властей с казаками вопрос очень сложный, и я вовсе не собираюсь доказывать, что большевики были во всём правы. Всё намного сложнее, и приводя ниже какие-то доводы, я просто хочу «уравновесить» хлипкую арутюновскую конструкцию.

Для начала, попробую разобраться: кем были казаки в то непростое время? «Казаки в начале ХХ века представляли собой особую, относительно остальной части России очень богатую часть земледельческого населения. Они обладали большими наделами самой плодородной земли и значительными льготами. Достаточно сказать, что в 1909 г., когда в половине губерний с населением 60 млн. человек, зерна, за вычетом семян, было произведено по 15 пудов на душу, на Кубани такой остаток зерна составлял 58,5 пуда, а в области Войска Донского 74,8 пуда. Это огромная разница, и ради сохранения этих преимуществ казаки в массе своей были готовы поддержать антисоветское движение.

Да и до этого, экономическая сторона «бытия» во многом определяла сознание казаков и побуждала их быть надёжной карательной силой царского правительства во время крестьянских волнений в Центральной России. В свою очередь, и крестьяне воспринимали казаков как карателей, что отражено в многочисленных наказах и приговорах крестьян в 1905 – 1907 годах. Понятно, что отношение основной массы крестьян к Белому движению, зародившемуся в казачьих областях, изначально было враждебным». (С.Кара-Мурза «Гражданская война (1918-1921) - урок для ХХI века»).

Тот же автор приводит в своей книге несколько наказов и приговоров. Например: «Вот приговор из арзамасского уезда Нижегородской губ. в губернское собрание: «Мы, крестьяне села Криуши, не желаем, чтобы над нами и нашим старостой издевались разные стражники, урядники и господа земские начальники; чтобы они то и дело сажали в каталажку (не за то ли, что с нас жалование получают, что мы на них работали, не зная отдыха ни зимой, ни летом, не имея часто денег на самые необходимые нужды, даже на керосин), они же грозят казаками»; «…в наказе в I Госдуму крестьян Никольско-Азясского общества Успенской волости Мокшанского уезда Пензенской губ. сказано: «…А когда народ, доведённый до крайности, поднялся на защиту своих прав и стал добиваться лучшей доли, в помощь полиции и жандармам дали казаков и солдат, и тут началось такое, чего и в татарское владычество не было. Засекали на смерть и расстреливали без всякого суда людей и грабили при обысках мужицкое добро».

Само казачество тоже не являлось однородной и сплочённой общностью. Своих противоречий там тоже хватало. Разговор даже не о так называемых «иногородних», которые находились на Дону и Кубани в положении граждан второго сорта. Среди казаков тоже были и малоземельные и бедняки. На Дальнем Востоке казаки на своём съезде сами поднимали вопрос о расказачивании, так как в тамошних суровых условиях тяготы службы оказались весомей привилегий. Соответственно, поддерживали большевиков там гораздо сильнее, чем в плодородных казацких регионах юга России. Да и на Юге существовали серьёзнейшие конфликты между молодыми и фронтовиками с одной стороны, и старыми казаками – с другой. Приведу несколько цитат из сборника воспоминаний добровольцев-«первопоходников» «Зарождение и первые бои Добровольческой армии»:

С.Новиков "Конец родного полка": «…командный состав… в те времена ничего собой не представлял, и всё командование находилось, в сущности, в руках самих солдат и комитетов. Так было и у донцов... Смело можно сказать: все были разложены и развращены революцией наравне с русскими частями».

М.Нестерович-Берг «В борьбе с большевиками»:

«Атаман (Дутов) сказал ещё, что в Оренбурге вся городская управа – сплошь большевики…

…Дутов просил поддерживать связь с ним, не доверяя казакам…

…Когда в заключение я сказала, что Дутов очень интересуется настроением донских казаков, Каледин махнул рукой: только старики надежны, молодежь — сплошь большевики.

…полковник Дорофеев имел вид взволнованный:

— Ах, все казаки — большевики! Что думает Каледин, не знаю. Вырежут нас в один прекрасный день, вот и конец...

— Пойдемте к Каледину, — предложил Дорофеев, — плохо с донцами, очень плохо, не хотят драться против большевиков…

Я спросила атамана, почему казаки не хотят драться за свой же родной Дон? Он ответил, что слишком велика агитация большевиков, и денег у них много: уже успели разложить казачество. Теперь сами казаки большевиками стали, так чего же им и драться против большевиков!

Богаевский (заместитель атамана Каледина) молчал, закрыв голову руками…

— Плохи дела, — печально сказал Богаевский. — Большевизм все усиливается, и не только на казачьих низах — неблагополучно уже и наверху…

…Он интересовался главным образом казачьими полками, стоящими в Черткове: перешли ли они на сторону большевиков? Я передала все, что знала о казачьих полках в Черткове, отличавшихся небывалой жестокостью. Богаевский покачал головой:

— Да, плохо».

Я мог бы привести в пример ещё не одну страницу таких воспоминаний. Но, для краткости, просто напомню, что атаман Каледин, поняв, что он не может противостоять большевизации донских казаков, покончил жизнь самоубийством. Восстали против большевиков донцы уже позднее, когда «иногородние» вместе с малоземельными казаками, по примеру остальной России, стали требовать справедливого передела земли.

Честно говоря, просто не хочется серьёзно углубляться в эту интереснейшую тему, комментируя истеричные арутюновские перлы. Тем, кто на самом деле хочет попробовать разобраться в теме, могу посоветовать вспомнить имена известных казаков, воевавших (пусть некоторые и поворачивали оружие) на стороне большевиков. Миронов, Сорокин, Кочубей, Гикало, Кривошлыков, Ковалев, Маслаков, братья Каширины, Метелица, Балябин, Шевченко, Автономов…

Можно ещё вспомнить про Червонных казаков. Правда, современные щирые казацкие исследователи «настоящими» казаками их не считают.

А самое лучшее, - перечитать «Тихий Дон». Точно! Вот закончу комментировать акимовский опус, и так и сделаю.

А вот и само Циркулярное письмо, отправленное “всем ответственным товарищам”:
“Циркулярно, секретно. Последние события на различных фронтах в казачьих районах — наши продвижения в глубь казачьих поселений и разложение среди казачьих войск — заставляет нас дать указания партийным работникам о характере их работы при воссоздании и укреплении Советской власти в указанных районах. Необходимо, учитывая опыт года гражданской войны с казачеством, признать единственно правильным самую беспощадную борьбу со всеми верхами казачества путем поголовного их истребления. Никакие компромиссы, никакая половинчатость пути недопустимы. Поэтому необходимо:

1. Провести массовый террор против богатых казаков, истребив их поголовно; провести беспощадный массовый террор по отношению ко всем вообще казакам, принимавшим какое-либо прямое или косвенное участие в борьбе с Советской властью. К среднему казачеству необходимо применять все те меры, которые дают гарантию от каких-либо попыток с его стороны к новым выступлениям против Советской власти.

2. Конфисковать хлеб и заставлять ссыпать все излишки в указанные пункты, это относится как к хлебу, так и ко всем другим сельскохозяйственным продуктам.

3. Принять все меры по оказанию помощи переселяющейся пришлой бедноте, организуя переселения, где это возможно.

4. Уравнять пришлых “иногородних” к казакам в земельном и во всех других отношениях.

5. Провести полное разоружение, расстреливая каждого, у кого будет обнаружено оружие после срока сдачи.

6. Выдавать оружие только надежным элементам из иногородних.

7. Вооруженные отряды оставлять в казачьих станицах впредь до установления полного порядка.

8. Всем комиссарам, назначенным в те или иные казачьи поселения, предлагается проявить максимальную твердость и неуклонно проводить настоящие указания.

ЦК постановляет провести через соответствующие советские учреждения обязательство. Наркомзему разработать в спешном порядке фактические меры по массовому переселению бедноты на казачьи земли.

Центральный Комитет РКП” (выделено мной. — А.А.).

Спора нет, - документ страшный. Так же, как и знаменитый приказ генерала Корнилова, отданный годом ранее: «"Пленных не брать. Ответственность перед Богом и русским народом беру на себя!". Вот только сама Гражданская война намного страшнее всех приказов и циркуляров вместе взятых.

Если уж речь снова зашла о Корнилове, то вспомню и его приказ №748 от 1 августа 1917 года о мерах по борьбе с братанием. В пункте 2 этого приказа говорилось: «…при проникновении для братания неприятеля в наше расположение в плен не брать, а прикалывать пришедших на месте и трупы их выставлять впереди проволочных заграждений». («1917. Разложение армии»). Желающие развить тему, могут почитать что-нибудь про Гаагскую конвенцию 1907 года.

Следует привести еще один важный документ. 14 августа 1919 года, по инициативе Ленина, ВЦИК и СНК приняли Обращение к Донскому, Кубанскому, Терскому, Астраханскому, Уральскому, Оренбургскому, Сибирскому, Семиреченскому, Забайкальскому, Иркутскому, Амурскому и Уссурийскому казачьим войскам. Приводимый ниже текст “Обращения” позволяет еще раз убедиться в наглости и лицемерии “вождя трудового народа”.

“Казаки Дона, Кубани, Терека и других казачьих войск! Второй год бывшие помещики, банкиры, фабриканты, купцы, царские генералы, полицейские и жандармы ведут в России жестокую внутреннюю войну против рабоче-крестьянской власти и в этой войне находят у вас поддержку... Почему вы, казаки, помогаете вековым угнетателям народа? Разве новая рабоче-крестьянская власть стала притеснять вас или ваши родные места и веру? Ведь этого нет. Напротив, Рабоче-Крестьянское правительство объявило свободу всем. Такую свободу дало оно и казакам. Оно не собирается никого расказачивать насильно, оно не идет против казачьего быта, оставляя трудовым казакам их станицы и хутора, их земли, право носить какую хотят форму (например, лампасы)... Советское правительство одинаково заботится о казаке, крестьянине и рабочем. Оно защищает их общие интересы... За преступление против казаков, крестьян и рабочих Советское правительство строжайше наказывает, вплоть до расстрела... М.Калинин, В.Ульянов (Ленин), В.Аванесов, М.Макаров, Ф.Степанов”.

Самое интересное: в подлиннике “Обращения” нет подписей комиссара по казачьим делам М.Макарова и заведующего казачьим отделом ВЦИК Ф.Степанова. Они просто отказались заверить насквозь фальшивый документ, понимая, что он — не что иное, как попытка еще раз обмануть общественное мнение. Многие ли знали тогда о требовании Ленина “полной ликвидации уральских казаков” 830…

Попробуем пройти по ссылке №830. Это ПСС т.51. Находим там следующую телеграмму:

«Шифром

Реввоенсовет Туркфронта Фрунзе

Все внимание уделите не Туркестану, а полной ликвидации уральских казаков всяческими, хотя бы и дипломатическими мерами (55). Ускоряйте изо всех сил помощь Южфронту. Нельзя ли взять оренбургских казаков под Питер или на иной фронт? Извещайте чаще шифром о фактическом исполнении.

Ленин»

Примечание 55: «В связи с крайним обострением обстановки на Южном фронте ЦК РКП(б) и Советское правительство потребовали от военного командования в первую очередь ликвидировать те белогвардейские силы, которые могли тесно взаимодействовать с армией Деникина. Уральская белоказачья армия генерала Толстова примыкала к правому флангу деникинского фронта и имела возможность контактировать с деникинцами. Она действовала в Северном Прикаспии и отвлекала на себя войска Туркестанского фронта, а также часть сил 11 армии Юго-Восточного фронта».

Без комментариев.

Многие ли знали тогда о требовании Ленина “полной ликвидации уральских казаков”, направлении “самых энергичных людей” Дзержинского для подавления народного восстания в районе станиц Вешенской и Казанской и о последующем заявлении о том, что мы “не сможем обработать не меньше, чем в 3 миллиона десятин по реке Уралу... до 800 000 десятин” в Донской области?

Теперь попробую дать частичный ответ на акимовский вопрос. Тогда (т.е. в августе 1919 г.) не то что «немногие», а вообще никто не мог знать, о «последующем» заявлении Ленина. Более того, сам Ленин о нём знать тоже не мог. По той простой причине, что заявление действительно было «последующим» и озвучил его Владимир Ильич спустя почти полтора года в докладе «О концессиях» на фракции РКП(б) VIII съезда советов 21 декабря 1920 года.

Иначе никак.

Заключительным актом трагедии стал подписанный Лениным 25 марта 1920 года декрет СНК “О строительстве Советской власти в казачьих областях”. В нем говорилось: “Учредить в казачьих областях общие органы Советской власти, предусмотренные Конституцией Российской Федеративной Социалистической республики и положением Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета о сельских Советах и волостных исполкомах... Отдельных Советов казачьих депутатов не должно быть создаваемо... Декрет от 1 июня 1918 г. об организации управления казачьими областями... отменить”.

Как говорится: «горе побеждённым!». Если бы это было единственным наказанием, то можно было бы смело утверждать, что казаки легко отделались.

А тем временем террор продолжался. Так, на Кубани “после подавления восстания была произведена регистрация всех офицеров и чиновников, которая дала 30000 чел. ...часть из них, около 3000 чел., была расстреляна, а все остальные сосланы в Соловецкий монастырь”, — сообщала берлинская газета “Руль”. В газете говорилось, что, “начав расстрелы, большевики не прекращают их до последнего времени”.

Из Берлина-то оно, конечно, виднее. В середине марта 1920 года РККА закончила разгром Вооружённых Сил Юга России на Кубани. Потом зарегистрировали 30.000 офицеров и чиновников, из них около 3.000 расстреляли, а всех остальных – на Соловки… Кого же тогда потом расстреливали вплоть до «последнего времени»? То есть, до 21 декабря 1921 года, когда в газете «Руль» вышла эта замечательная статья.

В целом в стране за годы гражданской войны подверглось репрессиям свыше 4 млн. казаков.

А вот тут бы как раз ссылочка не помешала. Что-то типа: «Методика выбора случайных чисел». Справочное пособие под редакцией А.Потолкова, Б.Фонаревича, В.Отбалдыева.

Изучая кровавые деяния Ленина, складывается впечатление, что в этом человеке от рождения бушевала сплошная желчь.

Мощно завернул! Кстати, из последних абзацев, которыми Аким победно завершает каждую свою главу можно составить недурной цитатник для юного арутюноида. Заколебался в убеждениях? Достал из потайного кармана заветную книжечку, приник к заветам классика, и можно с новыми силами кидаться в бой.

* * *
С особой жестокостью Ленин расправлялся со своими политическими противниками.

Одним из первых декретов II Съезда Советов был декрет об отмене смертной казни.

…первой жертвой стала кадетская партия. К ним он питал особую ненависть.

Приведу такой пример: все министры Временного правительства (в том числе и кадеты) были вскоре после ареста освобождены. Из пятнадцати, - восемь эмигрировали, семь остались в России. Из них в результате репрессий погиб в 1938г. один – министр земледелия С.Л.Маслов. До этого он был видным деятелем Центросоюза и преподавал в МГУ.

Объявив кадетов врагами народа, большевики стали физически истреблять их без суда и следствия. А затем, задним числом (28 ноября 1917 г.), был издан подготовленный Лениным декрет СНК “Об аресте вождей гражданской войны против революции” 836, объявивший кадетов государственными преступниками, подлежащими суду ревтрибунала. В конце ноября 1917 года кадетская партия была обезглавлена; многих ее членов ЦК арестовали и расстреляли, в их числе — председателя комиссии по подготовке законопроекта о выборах в Учредительное собрание Ф.Ф. Кокошкина и А.И. Шингарева. Тысячи рядовых членов партии беспощадно уничтожались большевиками и анархистами (последние не подозревали, что скоро наступит и их черед).

Ну что же, поговорим теперь непосредственно о кадетах.

Мало что зная об этой партии, я сделал следующее: набрал в поисковке «ЦК партии кадетов» и почитал. Попытаюсь подвести итоги и приведу все накопленные мною сведения. Хочу заранее предупредить, что дальше пойдёт длиннейшее и, наверное, скучноватое перечисление фамилий, поэтому желающие могут сразу перейти к выводам, а если они покажутся неочевидными, - вернуться и проштудировать весь список. Для удобства я последнюю «кадетскую» фамилию отчеркнул «звёздочками»: ***.

Итак, Аким пишет о физическом уничтожении кадетов. Смотрим, как оно было на самом деле:

Аджемов Моисей Сергеевич (1878 – 1950), член ЦК партии кадетов. Невооружённым взглядом видно, что г-н Аджемов беспощадной смерти в конце ноября 1917 года благополучно избежал, скончавшись в 1950 году в возрасте примерно 72 лет.

Тыркова-Вильямс Ариадна Владимировна (1869—1962), один из организаторов Конституционно-демократической партии, член её ЦК (с 1906), заведующий партийным бюро печати (до 1914). В 1917 участница Государственного совещания, член Временного совета Российской республики (Предпарламента). После октября 1917 в антибольшевистском подполье, один из руководителей «Национального центра». С 1918 в эмиграции.

Каминка Август Исаакович (1865-1940) – общественно-политический деятель, публицист, издатель, приват-доцент Петербургского университета (1904-1912), профессор права Высших Бестужевских курсов (с 1909), член ЦК партии кадетов, в 1918 эмигрировал в Финляндию

Карташёв Антон Владимирович (1875-1960) – член ЦК партии кадетов, обер-прокурор Священного синода (с июля 1917), министр исповеданий Временного правительства (август-сентябрь 1917), соучредитель "Братства Святой Софии" (1918-1922), с января 1919 в эмиграции в Финляндии

Кишкин Николай Михайлович (1864-1930) – член ЦК партии кадетов (с 1905), министр государственного призрения Временного правительства, основатель "Союза Возрождения России", "Лиги спасения детей" (1919), член "Тактического центра" (1920), один из организаторов Всероспомгола (1921), арестован, сослан в Вологду, в середине 1920-х вернулся в Москву, служил в курортном отделе Наркомздрава.

Коновалов Александр Иванович (1875-1948) –один из лидеров партии прогрессистов, член ЦК (1912), депутат и товарищ председателя 4-й Государственной думы, председатель Центрального Военно-промышленного комитета (1915), министр торговли и промышленности Временного правительства (февраль-май, август-октябрь 1917), с июля 1917 член ЦК партии кадетов, с начала 1918 в эмиграции в Париже

Набоков Владимир Дмитриевич (1869-1922) – государственный и политический деятель, член "Союза Освобождения" и ЦК партии кадетов, депутат Учредительного собрания, министр юстиции Крымского правительства (1918-1919), с 1919 в эмиграции в Берлине

Некрасов Николай Виссарионович (1879-1940) – член ЦК партии кадетов (1909-1917), заместитель министра-председателя и министр финансов Временного правительства (июль-сентябрь 1917), в начале 1918 сменил фамилию на Голгофский, работал в системе кооперации в Уфе, потом в Казани, в марте 1921 опознан и арестован, в мае освобожден после встречи с Лениным, заведовал отделом Центросоюза (1921-1930), преподавал в Московском университете и Институте народного хозяйства, в ноябре 1930 арестован, приговорен к 10 годам заключения, в марте 1933 досрочно освобожден, работал служащим на строительстве канала Москва-Волга, в июне 1939 вновь арестован, расстрелян.

Новгородцев Павел Иванович (1866-1924) – философ, юрист, член ЦК партии кадетов, профессор Московского университета, с 1921 в эмиграции в Праге

Нольде Борис Эммануилович, барон (1876-1948) – член ЦК партии кадетов, редактор журнала "Известия министерства иностранных дел" (1912-1917), директор 2-го департамента МИД (1916-1917), товарищ министра иностранных дел Временного правительства (март-май 1917), летом 1919 нелегально эмигрировал в Финляндию

Головин Фёдор Александрович (1867 или 1868—1937) - один из основателей партии кадетов, член её ЦК. Председатель 2-й Государственной думы (1907). Деятель «Земгора». В 1917 комиссар Временного правительства. После Октябрьской революции работал в советских учреждениях. Репрессирован

Изгоев (Ланде) Александр Соломонович (1872— 1935) — один из идеологов партии кадетов. В 1922 г. печатался в легальном журнале «Утренник». В 1922 г. выслан из РСФСР.

Кизеветтер Александр Александрович (1866—1933) — член ЦК партии кадетов (с 1906) и 2-й Государственной думы. В 1922 г. выслан из РСФСР.

Кондратьев Николай Дмитриевич (1892—1938) —Товарищ министра продовольствия Временного правительства (октябрь 1917), личный секретарь А. Ф. Керенского по делам сельского хозяйства (1917). Член подпольной организации «Союз возрождения России» (1918), признававшей верховным правителем России А. В. Колчака. Приговорен к заключению в концлагерь «до конца гражданской войны» (1920). Через месяц амнистирован. Профессор Московской сельскохозяйственной академии. Директор Конъюнктурного института при Наркомфине (1920—1928). Репрессирован

Новиков Михаил Михайлович (1876—1965) — член ЦК партии кадетов (до конца 1918 г.). Ректор Московского университета (1919—1920). В 1922 г. выслан из РСФСР.

Астров Н.И. (1868-1934) - входил в число создателей партии кадетов. В 1914-17 один из руководителей Всероссийского союза городов. После Октября 1917 член "Национального центра" и других антибольшевистских организаций, эмигрировал.

Прокопович С.Н. (1871-1955) - В 1904 - член совета либерального "Союза освобождения", член ЦК кадетской партии. Во Временном правительстве министр торговли и промышленности, министр продовольствия. Октябрьскую революцию встретил враждебно. В 1922г. выслан из СССР.

Струве Пётр Бернгардович (1870-1944) - экономист, академик РАН. В 1890-х теоретик "легального марксизма", автор Манифеста РСДРП (1898). С начала 1900-х один из руководителей "Союза освобождения". С 1905 член ЦК партии кадетов, один из лидеров. После октября 1917 вёл борьбу с большевиками, один из идеологов Белого движения, член "Особого совещания" при Деникине, министр в правительстве Врангеля.

Волков (2-й) Николай Константинович (1875 – ?) -Член ЦК партии кадетов. После Октябрьской революции стал одним из руководителей московского "Национального центра". Летом 1918 Волков, прибыв в Киев, поддержал разработанный Милюковым план подавления Советской власти с помощью кайзеровской Германии. С весны 1919 – в Омске, где сразу включился в работу Восточного отдела кадетской партии. В ноябре присутствовал на Харьковской конференции партии. С 1920 в эмиграции.

Оболенский Владимир Андреевич (1869 - 1950). Князь. С 1910 г. член ЦК партии кадетов, принадлежал к радикальному крылу. С марта 1917 секретарь ЦК партии кадетов.Решительный и принципиальный противник Октябрьского переворота. В ночь на 26 октября избран от кадетской фракции членом Комитета спасения Родины и Революции. Активно выступал против большевиков, осуществлял связь ЦК партии кадетов с ЦК партии эсеров. 15 декабря уехал в Крым, где продолжил борьбу против Советской власти, выступая за "воссоздание единой России". В апреле 1918 г. был избран председателем Таврической губернской земской управы. В ноябре 1920 г. с остатками Русской армии генерала П. Н. Врангеля выехал из Крыма в Турцию.

Гредескул Николай Андреевич (1864 — конец 1930-х гг.) - один из создателей (1905) и член ЦК партии кадетов (до 1916), товарищ (заместитель) председателя 1-й Государственной думы (1906), участник подписания Выборгского воззвания, сотрудник газеты «Речь», журналов «Вестник Партии народной свободы», «Русская мысль» и др. В 1920—1930-х гг. преподавал в ленинградских вузах. Труды: «Социальное изучение права» (1900), «Марксизм и идеализм» (1905), «Право и экономика» (1906), «Происхождение и развитие общественной жизни» (1925), «История материальной культуры» (1930) и др.

Мануйлов Александр Аполлонович (1861—1929) - В 90-х гг. либеральный народник, впоследствии член ЦК партии кадетов. В 1917 министр народного просвещения Временного правительства 1-го состава. После Октябрьской революции преподавал в вузах, с 1924 член правления Госбанка.

Кутлер Николай Николаевич (1859—1924) - автор либерального проекта решения аграрного вопроса. В 1906—17 один из лидеров партии кадетов, член её ЦК. После Октябрьской революции на хозяйственной работе.

Гессен Иосиф Владимирович (1866—1943) - один из создателей партии кадетов и член её ЦК (с 1906). Депутат 2-й Государственной думы. Редактор газеты «Речь». С 1919 в эмиграции, издавал газету «Руль», «Слово», в 1921—37 — «Архив русской революции».

Дживелегов Алексей Карпович (1875—1952), литературовед, историк, театровед, член-корреспондент АН Армянской ССР (1945). В 1905—17 член партии кадетов (в 1916—17 член её ЦК). Работы по истории Германии, итальянского Возрождения; редактор Энциклопедического словаря братьев Гранат. Профессор ГИТИСа (с 1930). Труды по театральному искусству и литературе эпохи Возрождения.

Долгоруковы, князья, крупные помещики, земские деятели, участники создания партии кадетов, братья: 1) Павел Дмитриевич (1866—1927), один из основателей «Союза освобождения». Расстрелян большевиками по обвинению в организации антисоветских заговоров. 2) Пётр Дмитриевич (1866—1945), один из лидеров «Союза земцев–конституционалистов», товарищ председатель Первой Государственной думы. С 1920 эмигрант.

Родичев Фёдор Измаилович (1853—1932) - Один из создателей партии кадетов, член её ЦК. В марте — мае 1917 министр Временного правительства по делам Финляндии. С 1919 в эмиграции.

Прокопович Сергей Николаевич (1871—1955) - в 1905 член ЦК партии кадетов, позднее деятель кооперации. В июле — сентябре 1917 министр торговли и промышленности, в сентябре — октябре министр продовольствия Временного правительства. После Октябрьской революции работал в Помголе. В 1922 выслан за границу.

Ольденбург Сергей Фёдорович (1863—1934), востоковед, политический деятель, академик Петербургской АН (1900), непременный секретной Петербургской АН (с 1904), РАН (с 1917), АН СССР (в 1925—29). Член партии кадетов и её ЦК (1917). В июле — сентябре 1917 министерства народного просвещения Временного правительства. Директор Института востоковедения АН СССР (1930—34). Один из основателей русской индологической школы. Труды по истории и культуре Индии.

Корнилов Александр Александрович (1862—1925) - Секретарь ЦК партии кадетов (1905—08). Профессор Санкт-Петербургского политехнического института (1909—23). Труды по русской истории XIX в., о М. А. Бакунине (сочинения: «Крестьянская реформа», 1905; «Лекции по русской истории», части 1—3, 1912—14).

С. А. Котляревский (1873-1939) - член ЦК партии с января 1906 года. О нём в Интернете нашёл такую информацию: «В течение 1918 года в Москве возникло несколько довольно крупных антибольшевистских организаций. Одной из самых мощных среди них был "Всероссийский национальный центр", образованный в мае-июне 1918 года по инициативе членов ЦК партии кадетов Н. И. Астрова, В. А. и Н. Н. Щепкина. В ночь с 28 на 29 августа 1919 года чекисты арестовали большую группу активных участников "Национального Центра"118. Среди них был и С. А. Котляревский. Десятки арестованных, со многими из которых Сергей Андреевич общался на конспиративных совещаниях, были уличены в связях с белогвардейским движением и расстреляны в сентябре 1919 года. Однако на Котляревского чекистам не удалось собрать достаточного количества фактов, уличающих его в антибольшевистской деятельности, и вскоре он был освобожден из тюрьмы (под поручительство И. С. Ружейникова). Однако в феврале 1920 года, после того как чекистам удалось собрать достаточно показаний арестованных, уличавших Котляревского в активной контрреволюционной деятельности, он был арестован. 16 февраля 1920 года один из арестованных по делу "Тактического Центра" - Н. Н. Виноградский сообщил в своих показаниях на допросе, что "С. А. Котляревский, несомненно входит в состав "Национального Центра". По приговору Революционного трибунала ВЦИК, оглашенному около полуночи с 20-го на 21-е августа, большая часть подсудимых приговаривалась к расстрелу, но это наказание было после некоторой паузы заменено на более мягкое. В конечном итоге, четверым обвиняемым - С. М. Леонтьеву, С. П. Мельгунову, С. Е. Трубецкому, Д. М. Шепкину - было назначено десятилетнее тюремное заключение, остальные получили сроки до пяти лет, но некоторые условно, некоторые с освобождением по амнистии. С. А. Котляревский был приговорен к пятилетнему условному тюремному заключению. Этот приговор дал Сергею Андреевичу возможность продолжать преподавательскую деятельность в Московском университете (именовавшимся в то время 1-ым Московским государственным университетом). Одновременно он смог работать в качестве юрисконсульта в Наркомате юстиции. 14 апреля 1939 года Военная коллегия Верховного суда СССР приговорила С. А. Котляревского к расстрелу. 15 апреля 1939 года этот приговор был приведен в исполнение.

Кауфман Александр Аркадьевич (1864—1919) - один из организаторов и лидеров партии кадетов. Собрал богатый материал по экономике крестьянских хозяйств в Сибири.

Винавер Максим Моисеевич Винавер (1863, Варшава — 10 октября 1926, Ментон-Сен-Бернар, Франция) — российский юрист и политический деятель, член I Государственной думы, один из лидеров Конституционно-демократической партии (Партии народной свободы). В 1917 был избран членом Учредительного собрания от Петрограда. Жил на нелегальном положении в Москве, затем переехал в Крым, где весной 1919 стал министром внешних сношений крымского «Краевого правительства», ориентированного на страны Антанты.

Герасимов Пётр Васильевич (1877, Томск — сентябрь 1919, Москва) — российский политический деятель. Член III и IV Государственной думы. Член к.-д. партии. После прихода к власти большевиков был одним из руководителей петроградского отделения «Национального центра» (организации, объединившей боровшихся против советской власти либеральных политиков), помощником главы антибольшевистского подполья в Петрограде инженера В. И. Штейнингера. Переправлял разведывательную информацию генералу Н. Н. Юденичу, участвовал в отборе кандидатур в правительство, которое планировалось сформировать в городе после его занятия белыми войсками. Находился на нелегальном положении, жил под фамилией Греков. В 1919 арестован вместе со Штейнингером. Во время следствия установить его настоящую фамилию не удалось. Расстрелян в Москве как «Пётр Васильевич Греков», похоронен на Калитниковском кладбище. Только в 1920 на процессе «Тактического центра» была названа его настоящая фамилия.

Львов Георгий Евгеньевич (21 октября (2 ноября) 1861, Дрезден — 7 марта 1925, Париж) — русский общественный и политический деятель, князь, после Февральской революции был председателем Совета Министров Российский империи и Временного Правительства (фактически главой государства). С 1905 по 1911 г.г. – член партии кадетов. После 1911 г. – член московского комитета партии «прогрессистов». После октябрьского переворота поселился в Тюмени, зимой 1918 года был арестован, переведён в Екатеринбург. Через 3 месяца Львова, и ещё двоих арестантов (Лопухина и князя Голицына) выпустили до суда под подписку о невыезде, и Львов тут же покинул Екатеринбург, пробрался в Омск, оккупированный восставшим Чехословацким корпусом. Образованное в Омске Временное Сибирское правительство во главе с П. Вологодским поручило Львову выехать в САСШ для встречи с президентом В. Вильсоном и другими государственными деятелями. В октябре приехал в Америку.

Спасокукоцкий Николай Иванович (10.01.1869, Кострома— 23.01.1935, Вологда) С 1905 года возглавлял череповецкий отдел Партии народной свободы. В 1917 году стал комиссаром Временного правительства в Череповце. Был редактором череповецкой газеты «Свободный Север», которая выходила в период с 26 мая по 1 июля 1917 года. Был юрисконсультом в учреждениях и кооперативных организациях. В 1918 году оставил адвокатуру, поступив на службу в Управление по устройству Шекснинско-Беломорского водного пути в Череповце, откуда командируется юрисконсультом в Петроградскую контору этого управления. В 1920 году переходит на службу в Северную колонизационную экспедицию с откомандированием в Вологду для обследования экономической жизни Северного края. В 1920 году поступил на службу в «Судострой», где состоял помощником производителя работ с исполнением обязанностей консультанта, а затем помощника начальника судостроительного отдела. С марта 1922 года поступил за штатом, а с 2 апреля 1922 года утверждён консультантом при Вологодском губернском отделе юстициие. 12.08.1922 подал заявление о приёме в члены Вологодской губернской коллегии защитников и был принят. Практиковал и проживал в Вологде по Советскому пр., д. 44, кв. 3. 17 декабря 1922 года сделал доклад на губернском съезде коллегии защитников на тему «Основные начала нового гражданского права». 5 января 1924 года в заседании президиума губернской коллегии защитников избран её казначеем. Жил в Вологде во Владычной слободе, д. 9, кв. 1. Умер 23 января, похоронен 26 января 1935 года на Богородском кладбище Вологды.

Петрункевич Иван Ильич (1843—1928) - один из создателей и лидеров партии кадетов, редактор газеты «Речь». С 1919 эмигрант. Автор мемуаров («Из записок общественного деятеля», 1934).

Вернадский Владимир Иванович (1863—1945), естествоиспытатель, мыслитель и общественный деятель; основоположник геохимии, биогеохимии, радиогеологии, гидрогеологии; создатель ряда научных школ; академик Петербургской Академии наук (1912), РАН (1917), АН СССР (1925), первый президент АН Украины (с 1919). Вернадский — один из лидеров земского либерального движения и партии кадетов. Организатор и директор Радиевого института (1922—39), биогеохимической лаборатории (с 1928; ныне Институт геохимии и аналитической химии РАН имени Вернадского). Государственная премия СССР (1943).

Милюков Павел Николаевич (1859—1943), историк, публицист, теоретик и лидер партии кадетов. В 1917 министр иностранных дел Временного правительства 1-го состава [до 2(15) мая]. С 1920 в эмиграции.

Маклаков Василий Алексеевич (1869—1957) -один из лидеров партии кадетов, с 1906 член её ЦК. Депутат 2—4-й Государственных дум. В 1917 посол во Франции. После Октябрьской революции остался за границей. Труды по истории русской общественной мысли и либерального движения, мемуары «Власть и общественность на закате старой России» (тт. 1—3, 1936) и «Из воспоминаний» (1954).

Юренев Пётр Петрович (1874—1943) - член ЦК партии кадетов (с 1911), депутат 2-й Государственной думы (1907). Автор одного из проектов Московского метрополитена. В Первую мировую войну член Главного комитета по снабжению армии, летом 1917 министр путей сообщения Временного правительства, осенью — член Предпарламента. После октября 1917 участник антибольшевистских организаций, с 1920 в эмиграции.

Щепкин Николай Николаевич (1854—1919) - один из основателей партии кадетов (1905) и член её ЦК. Депутат 3—4-й Государственных дум. После Февральской революции комиссар Временного правительства в Туркестане. После октября 1917 руководитель антибольшевистских «Союза возрождения России», «Национального центра», «Тактического центра». Расстрелян ВЧК.

Степанов Василий Александрович (1873—1920) - с 1916 член ЦК партии кадетов. В 1917 товарищ (заместитель) министра торговли и промышленности Временного правительства. После октября 1917 один из организаторов белого движения, член «Союза возрождения России», «Национального центра», в 1919 член Особого совещания при генерале А. И. Деникине. В 1920 член комитета Парижской группы партии кадетов.

Шаховской Дмитрий Иванович (1861—1939), князь, один из создателей партии кадетов, с 1905 член её ЦК. Депутат 1-й Государственной думы (1906), в 1917 министр государственного призрения Временного правительства. В 1918 один из руководителей «Союза возрождения России» и других антибольшевистских организаций. С 1920 работал в кооперации, занимался литературной деятельностью; труды и публикации по истории русской общественной мысли XIX в. Репрессирован.

Челноков Михаил Васильевич (1863—1935) - один из создателей партии кадетов (1905), член её ЦК (1907—14, один из лидеров правого крыла). Депутат 2—4-й Государственной думы. В Первую мировую войну главноуполномоченный Всероссийского Союза городов, в 1914—17 московский городской голова. После октября 1917 участник ряда антибольшевистских организаций, затем в эмиграции в Сербии, создатель и глава Русского отдела Общества славянской взаимности.

Френкель Захарий Григорьевич (1869—1970), гигиенист, академик АМН СССР (1945). Труды по вопросам коммунальной и социальной гигиены, геронтологии, санитарной статистики и др. Занимался политический деятельностью (в 1906—1917 член партии кадетов), подвергался репрессиям.

*************************************************************************************************************

Итак, Аким пишет: «В конце ноября 1917 года кадетская партия была обезглавлена; многих ее членов ЦК арестовали и расстреляли…». Но ведь никак не похож этот список на мартиролог! Ни одного расстрелянного в 1917 году. Большинство благополучно свалило за границу, некоторые сотрудничали с большевиками. Есть и расстрелянные, но большинство из них погибло во время «Сталинских репрессий». Вряд ли к причинам, погубившим их, имела отношение «особая ненависть Ленина к кадетам». Были и погибшие во время Гражданской в 1919 и позже, в 1927 году. На мой взгляд, их трагическая гибель говорит только об одном: они до конца отстаивали свои убеждения и оказывали большевикам упорное и организованное противодействие. Если бы все кадеты были такими людьми, ещё вопрос, на чьей стороне оказалась бы окончательная победа.

Отдельно хочу остановиться на тех людях, о которых Аким написал, что они были расстреляны большевиками «в их числе». Разговор идёт о Ф.Ф. Кокошкине и А.И. Шингареве. Похоже, что только эти два высокопоставленных кадета и погибли в 1917 году. Оба они в своё время были министрами Временного правительства, во время утверждения у власти которого, к примеру, погибло, в обстановке всеобщей анархии, несколько десятков офицеров. Теперь наступила очередь «буржуев». Безусловно, погибли они бессудно и безвинно. Конечно же, и большевики косвенно виноваты в их гибели, но говорить о том, что эти люди были сознательно уничтожены стоящими у власти ленинцами, может только идиот.

«…Как же на убийство Ф.Ф.Кокошкина и А.И.Шингарева реагировали большевики? Узнав об их убийстве, В.И.Ленин 7 января в 11 часов утра поручил В.Д.Бонч-Бруевичу и наркому юстиции И.З.Штейнбергу /Нахман/ немедленно приступить к расследованию и арестовать виновных. В тот же день была создана следственная комиссия в составе Бонч-Бруевича, Штейнберга и наркома по морским делам П.Е.Дыбенко. Комиссия разослала срочную телеграмму всем комиссариатам, председателям районных Советов, комитету по борьбе с погромами, штабу Красной гвардии. Чрезвычайной следственной комиссии ВЧК, комиссии по охране Петрограда, комиссару по уголовным делам, комиссарам петроградских вокзалов, районным штабам Красной гвардии с предписанием "совершенно немедленно поднять на ноги все имеющиеся в распоряжении силы" и приступить к розыску виновных в убийстве. В тот же день было решено привлечь в следственную комиссию представителей от всех партии.

В течение нескольких дней уголовному отделению Народного Комиссариата юстиции удалось установить личности убийц Ф.Ф.Кокошкина и А.И.Шингарева - матросов О.Крейса, Я.И.Матвеева и красногвардейца С.И.Басова. Однако морские экипажи "Ярославца" и "Чайки" демонстративно отказались выдать Крейса и Матвеева следственным органам. 9 января был арестован Басов, который сразу же сознался в соучастии в убийстве и дал подробные показания о событиях той трагической ночи. Кроме него, показания дали еще 15 подследственных, включая Михайлова и Куликова. Басов и активный подстрекатель к убийству Куликов были на время следствия заключены в Петропавловску крепость. В конце января 1918 г. Ленин, заслушав доклад следственной комиссии по делу об убийстве Кокошкина и Шингарева, выразил ей благодарность за быстрое завершение следствия и объявил ее распущенной. Наркому юстиции Штейнбергу было поручено в кратчайшие сроки провести это дело через органы юстиции, а наркому по морским делам Дыбенко - разыскать матросов, убивших Кокошкина и Шингарева.

Характерно, что непосредственные убийцы - матросы О.Крейс и Я.И.Матвеев так и не были "разысканы", а точнее не были выданы флотскими экипажами, и большевистские власти вынуждены были с этим смириться. «К суду были привлечены 8 человек /Басов, Куликов, Рудаков, Блюменфельд, Михайлов, Арметьев, Семенов, Розин/. 15 марта 1918 г., в связи с выходом левых эсеров из Народного комиссариата юстиции, предложенная Штейнбергом редакция обвинительного заключения была отвергнута большевиками. Непосредственный соучастник убийства Басов был освобожден из-под ареста и получил назначение на один из фронтов. Одновременно с ним из Петропавловской крепости освободили и Куликова…». Шелохаев В.В «Исторические персоналии: Федор Федорович Кокошкин»; «Международный исторический журнал» N8, март-апрель 2000.

Теперь на очереди были эсеры. Ленин начал борьбу, правда, сначала против правых эсеров, понимая, что иначе у власти ему не удержаться. Первый удар он нанес, распустив Учредительное собрание. Основные же сражения начались весной и летом 1918 года. Это столкновение было неминуемо, поскольку продразверстка своим острием была направлена против земледельцев. И естественно, эсеры, особенно левые, не могли сидеть сложа руки и смотреть на массовый экономический и физический террор, организованный против крестьян большевистским правительством. Они совершенно обоснованно требовали отмены продразверстки и роспуска комитетов бедноты, занимающихся вместе с продотрядами незаконной экспроприацией.

В нужный момент, Аким легко забывает о том, что эсеры, - тоже немецкие наймиты, вынужденные отрабатывать «серебренники» полученные авансом.

Добавлю по поводу продразвёрстки:

«В октябре 1916 года было закуплено 49 млн. пуд., что составляло лишь 35% от запланированного количества хлеба, в ноябре – 39 млн. пуд (38%). Правительство осознало, что сам по себе хлеб уже не придет на рынок и необходимо принимать срочные меры. 29 ноября новый министр земледелия А. А. Риттих подписал постановление о введении продразверстки. Для каждой губернии устанавливался объем государственных закупок по твердым ценам, далее он распределялся по уездам и в течение 35 дней должен был доведен до производителей – помещиков и крестьян. В течение 6 месяцев разверстанное количество хлеба было необходимо сдать государственным уполномоченным. Всего предполагалось закупить 772 млн. пудов хлеба для снабжения армии, оборонной промышленности и крупных городов.

А. А. Риттих предполагал, что он «за три недели поставит на ноги продовольственное дело в империи», однако к началу февраля министр был вынужден признать невыполнимость своего плана. Многие губернии требовали уменьшить размеры разверстки, крестьянские общины и помещики отказывались выполнять задания. В конечном счете, к лету 1917 года, уже после революции, было собрано в счет разверстки не более 170 млн. тонн зерна вместо намеченных 772 млн.». (С. А. Нефедов «Февраль 1917 года: власть, общество, хлеб и революция»)

Ленин не захотел отступать. Эсеры вынуждены были прибегнуть к ответным мерам. В борьбе с большевиками они имели явный перевес. В сущности, к исходу дня 6 июля 1918 года власть большевиков висела на волоске. И кто знает, чем бы закончилось это единоборство, если бы последние в критический для себя момент не прибегли к помощи наемных (платных!) латышских стрелков.

С ума сойти, – «платных»! А кто был бесплатный-то? В принципе, я бы мог пройти по всем «белым» армиям, и привести некоторые примеры: кто, где и какое жалование получал, но лучше ещё раз прорекламирую книгу М.В.Ходякова «Деньги революции и Гражданской войны». Скажу только, что астрономических заработков ни у кого там не было. Но ведь, «платные» же!

Ещё мне непонятно, зачем Арутюнов так настырно акцентирует внимание на национальном вопросе? То калмыки ему чем-то не угодят, то башкиры, сейчас вот – латыши. Кондовому русскому националисту – Акиму Арменаковичу Арутюнову, похоже, невдомёк, что латыши были такими же подданными Российской Империи, как и остальные народности нашей многострадальной Родины. Соответственно, и право участвовать в определении её судьбы у них было такое же, как и у русских, татар, мордвы или, уж извините, тех же армян. А государственную независимость Латвия провозгласила только 18 ноября 1918 года.

Однако Ленина было уже не остановить — он приступил к полному истреблению эсеров и ликвидации их партии. (Выделено мной. — А.А.). Эсеров выгоняли с работы, закрывали их издания, в редакциях устраивали погромы.

Так выгоняли с работы, или «полностью истребляли»? (Выделено им. – А.А.).

* * *
С не меньшей жестокостью Ленин расправлялся и с меньшевиками (Жертвой большевистского террора стал и Н.Н.Суханов: он был изгнан из центрального советского учреждения (ЦИК); устранён и от литературной работы из-за закрытия «Новой жизни»).

Если честно, то такая «жертва большевистского террора» оставляет меня полностью равнодушным. Да и вообще: чего этих меньшевиков жалеть-то? Мартов, вон, тоже пассажиром «пломбированного» вагона был. А если уж г-н Арутюнов так убеждён в подлинности «документов Сиссона», то в одном из вариантов этих забавных поделок есть следующий «документ»:

«Копенгаген, 11 апреля 1917 г. Адресовано г-ну Тифланду в Стокгольме. Настоящим извещаю Вас, что сегодня здесь открыт счёт в «Ниа-Банке» для г-на Мартова из Швейцарского банка. Примечание: г-н Мартов – Цидербаум». (В.И.Старцев «Немецкие деньги и русская революция»).

…Остановить большевистский террор было уже невозможно: его гигантский маховик был приведен, в движение выстрелом “Авроры”. По явно заниженным цифрам, приведенным Лацисом, в 1918 году и за 7 месяцев 1919 года было расстреляно 8389 человек, из них: Петроградской ЧК — 1206; Московской — 234; Киевской — 825; ВЧК 781 человек, в концлагерях содержится 9496 человек, в тюрьмах — 34334; в заложниках числятся 13111 человек; арестовано за указанный период всего 86 893 человека.

Хотя из акимовских построений сложно сделать какой-либо логичный вывод, но здесь, судя по всему, речь идёт о мероприятиях большевистского руководства по претворению в жизнь Постановления о «Красном терроре». Суть этих мероприятий, на мой взгляд, сводилась к следующему: 1) большевики, поняв, что «общественным порицанием», «отпусканием на поруки» и «под честное слово» одолеть противников не получается, решили подойти к вопросу с другой стороны и попытались запугать (т.е. – терроризировать) своих врагов; 2) ввиду того, что Совет Народных Комиссаров не был на тот момент всенародно признанным правительством, большевикам было жизненно необходимо легитимизировать свою власть в глазах народа. В данном случае, Постановлением о «Красном терроре» большевики провозгласили за собой право карать от имени государства. Обе эти цели никак не подразумевают «занижение» цифр. Напротив, запугать противника тем проще, чем «всеохватнее» будет наказание. Так что, как бы дико это не звучало, с этой точки зрения было «чем больше, тем лучше». Кстати, если почитать «Еженедельники ВЧК», то по ним ясно видно, что ни о каких «занижениях» речь там не шла: на местах сразу прониклись важностью задачи и рапортовали в центр:

«...по получении известий об убийстве товарища Урицкого и ранении товарища Ленина комиссия решила ответить на эту буржуазную провокацию террором и расстрелом 41 чел.» (Нижний Новгород).

«…в городе Моршанске на убийство товарища Урицкого и ранение товарища Ленина ответили расстрелом господ бывшего пристава 1-го стана Моршанского уезда Василия Засухина, бывшего исправника города Моршанска Павла Архипова, бывшего земского начальника 3-го участка Моршанского уезда Михаила Кургаева и бывшего земского начальника 5 и 6 участков Вячеслава Лазава, и если ещё будет попытка покушения на наших вождей революции и вообще работников, стоящих на ответственных постах из коммунистов, то жестокость рабочих и бедняков деревни проявится ещё в худшем виде для буржуазии…»

И т.д. и т.п.

Что касается численности задержанных, арестованных и пр., то каждый (кому не лень, разумеется) может найти цифры по количеству находящихся в тюрьмах в настоящее время. И сравнить.

Таким образом, покушение на Ленина стало формальным предлогом для усиления террора.

Ага. Небольшой такой, чисто «формальный» предлог. Председателя правительства тяжело ранили, подумаешь, пустяки какие! Никто не хочет представить, что бы было, если на кого-то из нашего доблестного «тандема» покусились? (ни в коем случае не хочу накаркать: дай Бог им крепкого здоровья и долгих лет совместной жизни!). И даже без всякой Гражданской войны…

Первым шагом явилось Постановление СНК от 5 сентября 1918 года, в котором подчеркивалось: “Заслушав доклад председателя ЧК по борьбе с контрреволюцией о деятельности этой комиссии, ЧК находит, что при данной ситуации обеспечение тыла путем террора является прямой необходимостью; что для усиления деятельности ВЧК и внесения в нее большой планомерности необходимо направить туда возможно большее число ответственных партийных товарищей; что необходимо обезопасить Советскую республику от классовых врагов путем изолирования их в концентрационных лагерях; подлежат расстрелу все лица, прикосновенные к белогвардейским организациям, заговорам и мятежникам; что необходимо публиковать имена всех расстрелянных, а также основания применения к ним этой меры”. Вооружившись этим директивным документом, чекисты развернулись вовсю. Так, по свидетельству жителя Екатеринограда, в городской тюрьме с августа 1920 года по февраль 1921 года было расстреляно около 3000 человек. За 11 месяцев в Одесской чрезвычайке уничтожили “от 15 до 25 тысяч человек. В газетах опубликованы имена почти семи тысяч расстрелянных с февраля 1920 г. по январь 1921 г. В Одессе находятся еще 80 тысяч в местах заключения”. В сентябре 1920 года в Смоленске жестоко подавляют восстание военного гарнизона, в ходе которого было расстреляно примерно 1200 солдат.

Очередное кашеобразное варево от Акима Арутюнова: 5 сентября 1918 года чекисты «вооружились директивным документом» и куда-то «развернулись». Очевидно, в обратную сторону, так как приведённые здесь Акимом «свидетельства» очевидцев и публикации газет ясно показывают, что злодействовать (вовсю!) большевики начали только через полтора года.

В “Севастопольских Известиях” печатают список первых жертв террора; казнено 1634 человека, в том числе 78 женщин”. Сообщается, что “Нахимовский проспект увешан трупами офицеров, солдат и гражданских лиц, арестованных на улице и тут же, наспех, казненных без суда” 867. В Севастополе и Балаклаве, по словам свидетелей, ЧК расстреляли до 29 тысяч человек 868. В целом в Крыму было расстреляно 50 тысяч человек 869.

А здесь, - очередная подборка ничем не подтверждённых цифр из источников, а-ля берлинская газета «Руль».

Очевидец зверств большевиков в Крыму Анастасия Павловна Майкова рассказывала автору этих строк, что старые генуэзские колодцы были заполнены расстрелянными солдатами и офицерами. Она говорила, что жертвами большевистского террора стали и многие рабочие. О чудовищных злодеяниях большевиков в Крыму достаточно широко известно.

Действительно, сейчас на тему расправ над офицерами в Крыму написано немало. Наверное, этого уже достаточно, чтобы оставить в стороне сведения, которые высасывали из пальца корреспонденты эмигрантских газет. Массовые расстрелы там действительно были. Но то, что большевистское руководство не ставило задачи поголовного уничтожения тех же офицеров, видно из простого факта: в рядах РККА на 1 января 1921 г. служило около 12 тысяч бывших «белых» офицеров. Более того, уже 13 сентября 1920 года в объяснительной записке, составленной в Управлении по командному составу Всероглавштаба, признавалось целесообразным установить в маршевых батальонах «известный процентный максимум для бывших белых офицеров — не более 25% красного комсостава». (См. статью Евгения Дурнева, http://actualhistory.ru/articles-white-rkka).

По поводу причин произошедшего в Крыму (как и по «казацкой» теме) говорить походя, комментируя книжку Акима, я не буду, уж извините.

И тем не менее свидетельство хозяйки “конспиративной” квартиры М.В. Фофановой, которую Ленин знал “как честнейшую большевичку”, на мой взгляд, представляет особый интерес. Войска генерала П.Н. Врангеля в середине ноября 1920 года оставили Крым. Они не выдержали натиск миллионной армии Южного фронта, состоящей из “интернационалистов” (а в сущности, наемных убийц из числа военнопленных — немцев, австро-венгров, уголовников и безграмотных людей, латышских стрелков, а также голодных китайских волонтеров).

Опять Арутюнов до латышей доколебался! Но здесь-то хоть формальности соблюдены – Латвия к середине ноября - уже «независимое» государство.

Ничего не могу сказать о таких не известных мне национальностях, как «уголовники» и «безграмотные люди». Разве только такое вот замечание: «тупые историки» в этом ряду смотрелись бы исключительно органично.

И ещё нюанс: проклятые большевики, несмотря на свой якобы «интернационализм», зверски издевались над «китайскими волонтёрами»: только они у Арутюнова остались голодными. Остальные-то от пуза жрали (на немецкие деньги!).

После оставления Крыма Врангелем М.В. Фофанова была введена в состав тройки ВЦИК для изучения положения дел на полуострове. В отличие от своих коллег по тройке, Фофанова много времени уделяла беседам с населением, рядовыми красноармейцами и меньше всего обращала внимание на сомнительные рассказы новоявленных властей, комиссаров, сотрудников ЧК, комендантов городов и воинских гарнизонов. Как свидетельствовала М.В. Фофанова, большевики расстреливали раненых, больных солдат и офицеров Белой Армии прямо в лазаретах, госпиталях и санаториях. Расстреливали и “содействующих” “контрреволюциронерам” — врачей, медсестер и санитаров. Расстреливали стариков, женщин и даже грудных детей. Тюрьмы городов были забиты заложниками. На улицах валялись трупы расстрелянных, среди которых были и дети. Об этих чудовищных злодеяниях, как ни странно, широко оповещали местные большевистские издания (например, “Известия” временного Севастопольского Ревкома, Керченские “Известия” и другие).

В ходе расследования Фофанова установила: в Керчи пленных солдат и офицеров большевики на баржах вывозили в открытое море и топили. По ее мнению, жертвы большевистского террора в Крыму исчислялись десятками тысяч.

В июле 1921 года, завершив “ревизию”, Фофанова написала письмо Ленину. Она обстоятельно информировала главу партии и государства о терроре, злоупотреблениях и массовых насилиях местных властей против населения, солдат и офицеров армии Врангеля, оставшихся в Крыму.

Как же отреагировал Ленин на это письмо? Он немедленно отозвал Фофанову из Крыма. “Пожалел” ее. Затем написал два письма: одно секретарю ЦК РКП(б) В.М. Молотову, а второе — заместителю народного комиссара земледелия В.В. Осинскому. Первого Ленин предупреждал: “т. Молотов! И я, и Надежда Константиновна знаем Фофанову как честнейшую большевичку еще с лета 1917 года. Надо обратить сугубое внимание. Черкните мне два слова. Ленин”.

В тот же день (24 июля) он направил письмо Осинскому (приложив письмо Фофановой из Крыма) следующего содержания: “т. Осинскому (с просьбой по прочтении передать и т. Теодоровичу). Автор — тов. Фофанова, была членом коллегии НКзем. На этот пост я не предлагаю. Это — партийный товарищ, архииспытанный еще до октября 1917. Агроном. По-моему, использовать безусловно необходимо: вызовите, поговорите, обдумайте. Либо на местную работу. Либо на инспекторскую. Агрономов из партийных товарищей так мало, а среда эта (агрономы) такая “чужая”, что надо обеими руками ухватить партийного человека для надзора за этой средой, проверки ее, привлечения этой среды к нам. Черкните, когда решите, как делаете. Ленин.

P.S. Верните письмо Фофановой”. (выделено мной. — А.А.).

Наверное, пришло время поговорить непосредственно о М.В.Фофановой. Моё мнение о ней сложилось исключительно после прочтения рассматриваемого двухтомника, и естественно, я никому его (ни двухтомник, ни своё мнение) не навязываю. В своих книгах Арутюнов многократно ссылается на многозначительные свидетельства Маргариты Васильевны. Скажу сразу: я не верю в то, что все эти «рассказы» являются именно тем, что «вышло» изо рта Фофановой и «вошло» в шаловливое акимовское ухо. Не верю в запоминание фамилий посетителей полувековой давности (за исключением «усиков как у актёра Кторова», здесь от женщин можно ожидать любой сюрприз), не верю в дословное воспроизведение разговоров такой же давности и во многое другое. Вместе с тем, очевидно, что к большевикам она относилась отрицательно, по крайней мере, ко многим из них. Что же произошло с «честнейшей большевичкой»? Попробую предположить. К 1917 году Маргарита Васильевна была ещё молодой женщиной и к революции тянулась, как и многие другие дамы по одной простой причине. Всё это было ужасно романтично! Все эти заговоры, тайные квартиры, все эти загадочные ночные посетители «с усиками» и суровые матросы… Как здорово бороться за свободу несчастных рабочих и крестьян с мозолистыми руками! Пролетарии всех стран, соединяйтесь!

И вот, в условиях разгоравшейся гражданской войны, большевики пришли к власти. После этого Фофанову, как честнейшего представителя партии отправили для изучения положения дел в «послевоенном» Крыму. Здесь она и увидела все «прелести» братоубийственной войны. Убийства, разрушения, насилие… Тут уж не до «усиков». И понятно, что Фофанова почувствовала себя причастной к этим событиям. Тем более виноватыми оказались «главари» большевиков, ведь до их появления и прихода к власти, ничего подобного Маргарита Васильевна не видела. В итоге, все её воспоминания преломлялись через ужасы гражданской войны, да ещё и падали на хорошо унавоженную почву.

Подведу итог своих размышлений: Маргарита Васильевна Фофанова была хорошим и добрым человеком.

Не было губернии, уезда, села, где бы не оставили кровавый след большевистские палачи. В Епифановском уезде Тульской губернии в 1919 году было расстреляно 150 человек, в Медынском уезде Калужской губернии — 350, в Пронском уезде Рязанской губернии — 300, в Касимовском уезде той же губернии — 150, в Тверской губернии — 200, в Смоленской губернии — 600 человек 872. Во время подавления Колыванского восстания в 1920 году в Томской губернии было расстреляно свыше 5000 человек 873. Массовые расстрелы проводились в Москве, Ярославле, Казани, Саратове, Курске и других городах. За три месяца 1921 года было подавлено 114 восстаний, расстреляно 4300 человек, из них в Москве — 347 874.

Источник 872 – берлинский журнал В.Чернова «Революционная Россия» №12, 1920 год.

Источник 873 – «там же».

Источник 874 – тоже эмигрантская, но уже кадетская газета «Последние новости». № 320. 1921.5 мая

В августе 1920 года в 40 волостях Тамбовской губернии стихийно вспыхнуло крестьянское восстание. Крестьяне выступили против продовольственной диктатуры советского правительства, против грабежей и насилий, которые учиняли продотряды против честных тружеников села. Советская историография отмечает, что “банда антоновцев” якобы состояла в основном из кулаков и зажиточных крестьян. Это в корне не соответствует действительности. Зимой 1921 года крестьянское воинство состояло из двух регулярных армий, в состав которых входило более 20 полков и несколько отдельных бригад. Неужто в Тамбовской губернии насчитывались десятки тысяч кулаков и зажиточных крестьян? Абсурд!

Я совсем не предлагаю верить на слово «советской историографии», но откуда такие эмоции? Численность повстанцев оценивают разными цифрами. Возьмём среднюю оценку в период наибольших успехов восстания в 40 000 человек. Перед Первой Мировой войной население Тамбовской губернии перевалило за 4 млн. человек. Из них, порядка 3,5 млн. – сельское население. Средняя семья в то время насчитывала примерно 6 человек, соответственно, среди тамбовских крестьян насчитывалось примерно 600 000 глав семей мужского пола. Мне вот непонятно, почему среди них не могло оказаться 6,5% относительно зажиточных? Чтобы окончательно добить сомневающихся, приведу высказывание небезызвестного историка-профессионала А.Арутюнова, который засвидетельствовал «неоспоримый факт принадлежности большинства населения России к мелкобуржуазному классу». Что, нечем крыть?

Изложенные выше факты гибели и страданий миллионов невинных людей, несомненно, на совести Ленина. И в этой связи вспоминаю один интересный исторический эпизод. У умирающего видного афинского государственного деятеля, полководца и философа Перикла (490—420 гг. до н.э.) сидят друзья и родственники, вспоминают благородные дела и подвиги, совершенные им за годы жизни. Перикл неожиданно поднял голову и сказал: “Вы хвалите меня за то, что совершили и многие другие. А о самом замечательном из того, что я сделал, не говорите ни слова. Ведь за все годы моего правления по моему приказу не был казнен ни один афинский гражданин”. Сдается мне, что о жизни и деятельности Перикла Ленин ничего не читал.

Конечно же нет! Сокровенные знания – удел Высшего Интеллекта.

Рассказал Аким и о Кронштадтском восстании, но я здесь ограничусь только выводами:

Советское правительство утопило кронштадтское восстание в крови. С помощью наемных убийц - “интернационалистов” (латышей, китайцев, башкир, венгров и др.) были уничтожены 11 тысяч восставших и сочувствовавших им.

Ну ладно, - латыши, а башкиры-то, что здесь делают?!

Большевистские карательные отряды занимались и грабежами крестьян. Вот один эпизод, отраженный в газете “Руль”: “Последнее время усилилась реквизиция одежды. Обычно в село посылается карательный отряд раздетых красноармейцев, которые тут же раздевают крестьян и одеваются сами. Во главе отрядов стоят “тройки”, в которые входят комендант отряда, представитель чрезвычайки и палач, расстреливавший непокорных. Так, в Балтском уезде оперирует карательный отряд под командой Стрижака. При нем чекист Шниде и палач Ткаченко. Этот отряд уничтожил при подавлении восстания 6 сел... В этих деревнях расстреляно много женщин и детей” 890.

«Отряд раздетых красноармейцев». Это уже просто какая-то порнография. Берлинская газета «Руль», конечно, серьёзный источник, но…

Страна покрывалась сетью концлагерей. Только в Орловской губернии в 20-х годах насчитывалось 5 концлагерей. Через них прошли сотни российских граждан. В одном лишь лагере № 1 за 4 месяца 1919 года побывало 32683 человека. Число концлагерей непрерывно росло. (Кстати, в этих же лагерях по приказу Сталина были расстреляны многие члены Коминтерна.) Если в ноябре 1919 года их было всего 21, то в ноябре 1920-го — уже 84 891. Продолжались расстрелы, аресты и ссылки. Газета “Дни” писала 1 ноября 1922 года, что из Москвы, Петрограда, Ярославля, Орла, Владимира, Киева и Тифлиса отправлено в ссылку в Семиреченскую область Туркестана и Алтайский край 1300 политзаключенных. В тяжелых условиях тюрем и лагерей многие погибали. Только в Соловецком лагере за два года (1923-1924) погибло 3000 человек 892.

Источник знаний под номером 891, это уже знакомые нам кадетские “Последние новости”.

Ссылка 892, это книга Мих. Розанова «Соловецкий концлагерь в монастыре. 1922-1935 гг. Факты - домыслы - “параши”». К какому из трёх предложенных вариантов относится вышеназванная цифра, я не знаю.

Уделил внимание Аким и печальной судьбе деятелей науки и культуры. Выглядит это у него как всегда оригинально.

…По далеко неполным данным, было погублено (интернировано или вовсе физически уничтожено) 17 тысяч деятелей науки, культуры и искусства 898.

Как бы это покультурней объяснить… «Погубить» и «интернировать» это не совсем одно и то же.

Следует отметить, что голод был вызван не только неурожаем, но и преступными действиями большевистского правительства. Об искусственном голоде, в частности в Петрограде, пишет в своем дневнике фрейлина императрицы Анна Вырубова (Танеева): “Большевики запретили ввоз провизии в Петроград, солдаты караулили на всех железнодорожных станциях и отнимали все, что привозили. Рынки подвергались разгромам и обыскам; арестовывали продающих и покупающих”.

К мемуарам выросшей в тепличных условиях Вырубовой, мне кажется, надо относиться критически. Вряд ли бывшая фрейлина так уж сильно хотела разобраться, зачем злые комиссары с огромными пистолетами гоняли лохматых мужиков с мешками. Ну а бороться со спекуляцией, в той ситуации, было жизненно необходимо.

Но, судя по всему, голодная смерть миллионов россиян Ленина не волновала. Для него идея мировой революции стояла выше национальной трагедии. Об этом свидетельствуют неопровержимые факты. Именно по личному указанию Ленина на нужды революции с начала 1918 года по конец 1921 года было растранжирено 812232600 рублей золотом 906. Но на спасение человеческих жизней у большевистских вождей средств “не было”.

Все эти годы молодая Советская республика с огромным напряжением сил боролась за своё существование. И если человек, не моргнув глазом, пишет «интернировано и физически уничтожено 17 тысяч человек», то к его словам «по личному указанию Ленина на нужды революции растранжирен 812 млн. золотых рублей», следует относиться ещё критичнее, чем к мемуарам Вырубовой (Танеевой). Лучше всего, если есть возможность, проверить источник.

Мне, приводимая Акимом цифра кажется сомнительной. Попробую объяснить почему. Для начала: что имеет в виду Аким под «золотой валютой»? Ведь в 1921 году монеты или денежной купюры «золотой рубль» не существовало. В 1921—22 в связи с тем, что советские денежные знаки быстро обесценивались, а товарооборот нуждался в устойчивой денежной единице, было допущено применение дореволюционных золотых рублей в качестве счётной единицы. Курс для пересчёта золотого рубля в советские знаки устанавливался с 15 декабря 1921 Наркомфином, с 1 апреля 1922 Госбанком РСФСР, а с 25 августа 1922 специальной котировальной комиссией, в состав которой входили представители Наркомфина, Госбанка и Наркомвнешторга. Необходимость в применении счётного золотого рубля отпала после выпуска в обращение на основании декрета СНК СССР от 11 октября 1922 банкнот Госбанка в червонцах.

Теперь о соотношении «золотой рубль – червонец». Вот выдержка из «Авторского резюме записки Г.Я.Сокольникова в комиссию ЦК РКП(б) об основах денежной реформы» (январь 1924 года):

«1. Разменные билеты достоинством меньше червонца выпускаются казначейством.

2. Их стоимость фиксируется в золоте из расчёта 1 руб. золотом равен 1/10 части червонца.

3. Паритет 1 руб. золотом = 1/10 червонца устанавливается и поддерживается банковски…».

Таким образом, можно предположить, что т.н. «золотой» рубль примерно равен «червонному».

Ещё информация: «К лету 1923 года червонец прочно внедрился в оборот в качестве твёрдой валюты. Количество банковских билетов в обращении возросло с 3,5 млн. рублей на 1 января 1923 года до 237 млн. рублей на 1 января 1924 года, а их удельный вес во всей денежной массе, исчисленной в червонных рублях, поднялся с 3% до75%». (Из доклада (под грифом «Совершенно секретно») министра финансов СССР А.Г.Зверева председателю Совмина СССР И.В.Сталину от 8 октября 1946 года. Этот доклад обильно цитирует Ю.Мухин на страницах своей книги «Избавься от долларов»). Таким образом, весь объём денежной массы (к примеру) на 1 января 1923 года составлял 117 млн. рублей в «червонном» эквиваленте; на 1 января 1924 года – 316 млн. руб.

Теперь можно оценить порядок сумм. Итак, 812 млн. «золотых» рублей «растранжирено» в 1918-1921 годах на нужды революции. Это примерно 203 млн. в год.

Если сравнить эту цифру с объёмом всей денежной массы в 1923-1924 годах (вряд ли она в «червонном» эквиваленте отличалась от того же 1921 года на несколько порядков), получается, что большевики перегоняли за рубеж, для разжигания революций, практически все имеющиеся в обращении деньги. А иногда и больше, если верить Арутюнову.

Сразу хочу сказать, я не являюсь специалистом в области финансов. Вполне возможно, что настоящий специалист сразу найдёт слабые места в моих логических цепочках. Всё вышеизложенное, это всего лишь попытка обыкновенного читателя разобраться, о чём идёт речь. Профессиональный ученый Аким Арутюнов не удосужился сделать даже этого. Он просто высыпал кучу цифр, которые, при первом же серьёзном взгляде на них, кажутся абсолютно бредовыми.

Чтобы понять истинное отношение так называемого “рабоче-крестьянского правительства” к трудовому народу, увидеть подлинное лицо большевистских вождей, достаточно ознакомиться с двумя фактами из фондов бывшего Центрального партийного архива Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС. Так, на перевозку грузов Красного Креста и АРА в помощь голодающим губерниям в 1921 году советское правительство выделило всего лишь 125000 “деревянных” рублей. Между тем в сентябре того же года на закупку за границей 60 тысяч комплектов кожаного обмундирования для чекистов ЦК РКП(б), по ходатайству Президиума ВЧК, выделил для своего детища 1800000 рублей золотой валютой.

Приведу ещё немного информации для людей собирающихся составить себе мнение о состоянии тогдашней финансовой системы:

«В целях постепенной реорганизации денежного обращения, а также для упрощения и облегчения счёта и счетоводства декретами от 3 ноября 1921 года и от 24 октября 1922 года проводятся две деноминации денежных знаков. По первой деноминации один рубль вновь выпущенных денежных знаков (дензнаки образца 1922 года) приравнивался к 10 тыс. руб. денежных знаков прошлых выпусков, а по второй деноминации (дензнаки образца 1923 года) – к 1 млн. рублей денежных знаков всех выпусков до 1922 года или 100 рублям образца 1922 года.

В связи с продолжавшейся эмиссией для покрытия бюджетного дефицита, стабилизация совзнака не могла быть достигнута. Денежная масса выросла в период с 1 июля 1921 года до 1 января 1923 года в 850 раз и достигла около двух квадриллионов рублей. Рост хозяйственного оборота способствовал тому, что обесценение денег шло медленнее, чем рост эмиссии. Рубль за этот период обесценился в 260 раз». (Доклад А.Г. Зверева).

Интересно, какую часть грузов Красного Креста и АРА можно было перевести на 125 тысяч стремительно обесценивающихся совзнаков?

Что касается 1,8 млн. рублей золотой валютой на «кожанки» для чекистов, то, если ориентироваться на «золотую валюту» как на «червонную», сумма 1,8 млн. золотовалютных рублей на покупку кожаных штанишек выглядит абсолютно неправдоподобной. Напомню, что в 1923 году вся денежная масса в России составляла примерно 117 млн. рублей в «червонном» исчислении.

Излишне комментировать эти факты. На мой взгляд, лучше сказать о том, как в эти голодные годы жили большевистские вожди. Вот свидетельство жены Троцкого — Натальи Ивановны Седовой: “...Красной кетовой икры было в изобилии... Этой неизменной икрой окрашены не в моей только памяти первые годы революции” 909.

Честно говоря, не пойму, почему «свидетельство Н.И.Седовой» поименовано таким оригинальным образом: 909 - Троцкий Л. Моя жизнь. Опыт автобиографии. Берлин. 1930. С. 75.

У меня издание не берлинское, но эту цитату я нашёл. Автор её, как и следовало ожидать, муж Седовой – Лев Давыдович Троцкий: «С Лениным мы поселились через коридор. Столовая была общая. Кормились тогда в Кремле из рук вон плохо. Взамен мяса давали солонину. Мука и крупа были с песком. Только красной кетовой икры было в изобилии вследствие прекращения экспорта. Этой неизменной икрой окрашены - не только в моей памяти - первые годы революции».

В стране свирепствовал страшный голод, люди миллионами погибали, а советское правительство в это время вывозило хлеб за границу. 7 декабря 1922 года Политбюро принимает преступное постановление: “Признать государственно необходимым вывоз хлеба в размере до 50 миллионов пудов”.

Не могу поручиться за точность информации, но, насколько я знаю, голод как раз и закончился после сбора урожая 1922 года.

С окончанием гражданской войны, казалось, должны были прекратиться, во всяком случае ослабиться, репрессивные действия большевистского правительства. Однако оно, напротив, пошло на дальнейшее взвинчивание карательных мер против мирных граждан России. Прикрываясь мнимой активизацией “враждебных элементов” и повышением криминогенной обстановки в стране, 16 октября 1922 года ВЦИК принимает еще один декрет, значительно расширивший права ГПУ. В нем указывалось: “...Предоставить Государственному политическому управлению право внесудебной расправы, вплоть до расстрела, в отношении лиц, взятых с поличным на месте преступления при бандитских налетах и вооруженных ограблениях». (Выделено мной. — А.А.).

Если Аким всерьёз думает, что с окончанием Гражданской войны в России сразу воцарились мир и порядок, он глубоко заблуждается. О том, как тяжело бороться с преступностью после глобальных потрясений, может судить любой человек даже после просмотра фильма «Место встречи изменить нельзя» (лучше прочитать «Эру милосердия» Вайнеров). Но надо учесть, что в Великую Отечественную войну государство устояло, а в 1917-1922 годах ситуация была гораздо хуже. По окончании Гражданской войны Советскому правительству пришлось прилагать чрезвычайные усилия, для того чтобы восстановить законность (или, если угодно арутюноидам, подобие таковой). И надо быть круглым идиотом, чтобы принятие таких декретов ставить в вину большевикам.

Хочу обратить внимание и на то, как расположил Аким по цитате свои «выделения». Очень показательно!

Массовые репрессии, совершенные по его указанию, не поддаются никакому сравнению. Приведу лишь несколько фактов. С 1826 по 1906 год, то есть за 80 лет царского режима, по решению судов были приговорены к смертной казни 612 человек. А с июня 1918 по февраль 1919 года лишь на территории 23-х губерний, по далеко не полным сведениям, по приговору ВЧК было расстреляно 5496 человек.

Указанные Арутюновым 7-8 приговорённых в год (а ведь были ещё и помилованные!) сами по себе вызывают серьёзные сомнения. Но, на мой взгляд, вообще некорректно сравнивать мирное, например, время со временем масштабных социальных потрясений. Тут уместнее было бы вспомнить, как подавляли восстание Емельяна Пугачёва. А если Аким не хочет заглядывать так далеко в прошлое, то было бы логично привести хотя бы доступные данные по репрессиям при подавлении Революции 1905 года. Вот несколько примеров взятых с «Хроноса»: 1906.08.11, - Свеаборг. Расстрел 6 руководителей Свеаборгского восстания (17-20.07) во главе с подпоручиком А.Емельяновым; 1906.08.18, - Ревель. Приговор военного-трибунала по делу восстания на крейсере "Память Азова" (20-21.07.1906 г. по ст/ст); 18 человек во главе с А.Коптюхом приговорены к смертной казни; 1906.08.19, - Ревель. Расстрел 18 участников восстания на крейсере "Память Азова". Тела расстрелянных выброшены в море у о.Нарген; 1906.08.23, - Свеаборг. Расстрел 43 участников Свеаборгского восстания (17-20.07)…

Кстати, 1-го сентября 1906 года Николай II подписал разработанный премьер-министром П.Столыпиным указ о введении на территории России военно-полевых судов. Эти учреждения, очевидно, не благотворительную помощь населению оказывали.

Мне думается, точнее я убеждён, что террористы, независимо от масштаба причинённого ими обществу горя и страданий, это самые отвратительные существа на свете. Все они друг друга стоят. Однако после событий 11 сентября российские и зарубежные СМИ почему-то на Усама Бен Ладена навесили ярлык «Террорист №1».

Признаться, слов не нахожу, чтобы сказать, какое отвращение испытываю, когда на экране телевизора вижу физиономию этого, с позволения сказать, человека. Это бесспорно, гадкое и омерзительное существо, по приказу которого лишают жизни людей всех национальностей и верований. Но почему-то СМИ сочли, что террористом №1 является Усама Бен Ладен. Я этого не понимаю. В их определении я не вижу ни объективности, ни логики.

Мне представляется, что если исторически подходить к этому вопросу, то порядковый список самых отъявленных и презираемых народами мира террористов должен быть представлен в следующем порядке:

Террорист №1 – Ленин (Ульянов В.И.).

Террорист №2 – Сталин (Джугашвили И.В.).

Террорист №3 – Гитлер (Шикльгрубер А.).

Террорист №4 – Муссолини Б.

Террорист №5 – Мао Цзедун.

Террорист №6 – Сукарно.

Террорист №7 – Фидель Кастро.

Террорист №8 – Садам Хусейн.

Террорист №9 – Пол Пот.

Террорист №10 – Усама Бен Ладен.

Из приведённого списка видно…

Нарисовал человек какую-то фигню, и с глубокомысленным видом замечает: «Вот видите, что получилось!».

Что видно из этого списка?! Я, например, вижу таблицу какого-то абсурдного чемпионата «террористов». Честно говоря, я вообще не представляю, как нормальный человек может опубликовать подобный бред. И дело, естественно не в том, что в этом списке отсутствует Наполеон, наводивший ужас на всю Европу; и уж конечно не в том, что Фидель Кастро «уверенно опередил», к примеру, Гиммлера. Сама идея разбить террористов по ранжиру, абсолютно идиотична.

РЕПОРТАЖ.

«Наш репортаж посвящён окончанию очередного чемпионата террористов. Соревнования проходили в напряжённой борьбе, и до последнего тура было неясно, кто же станет чемпионом. На финишную прямую, в тройке лидеров, практически ноздря-в-ноздрю вышли старые испытанные злодеи: Гитлер, Сталин и Ленин. Опытный Ленин, финишным спуртом, всё-таки обошёл своих более молодых соперников. На втором месте опять оказался Сталин, на полкорпуса опередивший прошлогоднего чемпиона и своего самого принципиального соперника Гитлера. Что касается самого немецкого ефрейтора, то сезон у него решительно не задался. Вряд ли прошлогоднего чемпиона и явного фаворита сезона нынешнего, удовлетворили бронзовые награды. Четвёртое место, с большим отрывом от тройки призёров, занял «Дуче» Муссолини. Шансов потеснить лидеров у него практически не было. При всех своих безусловных достоинствах, толстый итальянец очевидно уступал конкурентам в гадкости и омерзительности. Не раскрыл полностью свой потенциал, ограничившись всего лишь пятым местом, загадочный китаец Цзедун. К неожиданностям чемпионата можно отнести относительно высокое место Фиделя Кастро. Для специалистов оказалось сюрпризом, как представитель бананового острова смог закрепиться на седьмом месте с таким смешным количеством умученных и заморенных. Остальные изуверы, расположились на своих привычных местах. К разочарованиям сезона можно отнести вылет из Высшей лиги знаменитого немецкого вурдалака Гиммлера и заболевшего звёздной болезнью Гарри Трумэна, с его жалкими атомными бомбами. На смену неудачникам, из Первой лиги вышел молодой, перспективный террорист Усама Бен Ладен.

С места событий, для Вас работал специальный корреспондент газеты «Вестник Шизофрении» Аким Арутюнов».

Из приведённого списка видно, что Усама Бен Ладен вошёл в десятку самых страшных, кровожадных и бездушных террористов. Но возглавить список террористов международного масштаба по ряду показателей он всё же не имеет права. Оно неоспоримо принадлежит Ленину. Он был идеологом и организатором международного терроризма. Таково моё мнение, основанное на фактах истории.