Хлобустов Олег Максимович/Тот самый Павел Морозов

Тот самый Павел Морозов

Убийство двух детей более семидесяти лет тому назад в мало кому известном Тавдинском районе Южного Урала по-прежнему вызывает споры и далеко не однозначную реакцию в нашем обществе, потому что одна из жертв той далекой поры стала вдобавок жертвой многолетней клеветы. В том числе, и до сей поры распространяемой некоторыми нашими CMИ. Но расскажем обо всем по порядку.

5 сентября 1932 г., вернувшаяся из Тавды в деревню Герасимовка крестьянка Татьяна Морозова узнала о пропаже своих сыновей — 13летнего Павла и 9летнего Федора, накануне ушедших в лес за клюквой.

Лишь на третий день сельчане нашли в лесу под кучей хвороста тела убитых детей с многочисленными ножевыми ранениями.

Следствие достаточно быстро нашло и виновников — деда Павла и Федора Сергея Морозова и их двоюродного брата 19летнего Данилу.

Вдохновителем убийства был дядя убитых Арсений Кулуканов и укрывательницей бабушка Ксения. Все они были осуждены и по приговору суда расстреляны. По ходатайству Свердловского общества «Мемориал» в 1999 г. Генеральная прокуратура России осуществила кассационную проверку архивного уголовного дела N 374 Тавдинского отделения ОГПУ по Свердловской области и не нашла оснований для его пересмотра.

Все фактические обстоятельства убийства детей не вызывают никаких сомнений в картине совершения преступления.

За исключением его мотива, о чем еще будет сказано далее.

Особый общественный интерес к этому уголовному делу связан с тем обстоятельством, что одним из убитых является тот самый Павлик Морозов, о котором писались книги и слагались песни.

В убийстве детей в 1932 г. написала газета «Тавдинский рабочий», а затем «Пионерская правда». Стало о нем известно и Максиму Горькому, который упомянул об этом в выступлении на съезде советских писателей.

И тогда родился исторический миф, отраженный в книгах А. Губарева и П. Д. Соломеина. Его суть — пионер Павлик Морозов был убит кулаками за то, что раскрыл их планы.

В современной либерально — «демократическом» варианте — донес на отца своего. И — безоговорочное осуждение и презрение.

Имя Павла Морозова — об убийстве его брата Федора благоразумно предпочитали не вспоминать, — стараниями перестроечных и постперестроечных СМИ превращено в синоним предательства, нарушения христианских заповедей. И, естественно, авторам подобных «нравоучительных» писаний нет никакого дела до исторической правды.

Но парадокс истории состоит в том, что Павел Морозов не виновен в приписываемых ему преступлениях и прегрешениях.

А суть дела состояла в том, что отец Павла Трофим Морозов был в 1930 году избран председателем Герасимовского сельсовета, стал местной властью. И подобно другим нечистоплотным чиновникам, обращался с этой самой властью по собственному усмотрению, «приватизировав» ее для своей пользы. За банальные взятки Трофим Морозов выдавал липовые справки не ладившим с законом лицам об их проживании в Герасимовке и уплате ими сельхозналогов.

«Морозовские» справки, справедливости ради отметим, что он был далеко не одним коррумпированным волостным чиновником, изымались чекистами у членов политбанды братьев Пуртовых, орудовавших в этих местах более 10 лет.

На счету банды — не один десяток террористических актов и разбоев — сам глава банды Григорий был ликвидирован только в следующем 1933 году.

Но в начале 1932 г. Трофим Морозов вместе с шестью другими нечистыми на руку председателями сельских советов был арестован и 20 февраля «тройкой» Уральского полномочного представительства ОГПУ приговорен к 10 годам лагерей «за фальсификацию подложных документов, которыми снабжал членов контрреволюционной группы и лиц, скрывающихся от советской власти».

А перед этим Павел Морозов был допрошен райуполномоченным ОГПУ в качестве свидетеля и подтвердил известный ему факт получения Трофимом взятки от неизвестных лиц.

Необходимо отметить и следующее. Еще в 1928 г. Трофим оставил жену с пятью детьми, самым старшим из которых был десятилетний Павел.

Он стал не только кормильцем и главой семьи, но и хозяином земельного надела, выделенного сыну дедом Сергеем Морозовым — никакого колхоза в Герасимовке в те годы еще не было, и крестьяне хозяйствовали по старинке.

Да, родственники Павла по отцовской линии считали его виновным в аресте сына, Возможно, присутствовал здесь и корыстный мотив — новая власть не давала в обиду брошенную жену с четырьмя детьми (один из них к тому времени уже умер).

И на роль мстителя был выбран 19летний Даниил. Это была не первая его попытка расправиться с братом.

Федора же убили как неудобного свидетеля.

Имя Павла Морозова было сделано после его убийства нарицательным.

Сначала — как символ борьбы за новую жизнь.

А потом, в годы перестройки, знаки были изменены с точностью до наоборот.

Но, подчеркнем снова, Павел Трофимович Морозов не был предателем и доносчиком, он стал жертвой мести со стороны своих родственников. За дачу свидетельских показаний. За исполнение гражданского долга.

И до сих пор, имя герасимовского пионера предается анафеме и проклятиям. Снесены памятники ему. Переименован парк, носивший его имя около станции метро «Краснопресненская».

Но мне кажется, что во искупление исторической вины перед дважды оболганным ребенком, ставшим жертвой мести, было бы вполне логичным восстановить в этом парке памятник Павлику Морозову, сопроводив его короткой, но емкой надписью «Павлу Трофимовичу Морозову, борцу за правду».

Как и в далеком 1932 году, «дело об убийстве» П. Т. и Ф. Т. Морозовых — это политическое дела, хотим мы этого или нет.

И у хулителей и гонителей памяти Павлика Морозова нет никаких христианских мотивов и оправданий.