Сазонов Сергей Дмитриевич/Воспоминания/Введение

Введение

События, разразившиеся над Европой в июле 1914 года и отозвавшиеся с большей или меньшей силой в остальных частях света, не могут еще стать предметом научно-исторического рассмотрения. Свидетелям, а тем более участникам их, эта громадная задача не под силу. Приходится возложить ее выполнение на грядущие поколения в надежде, что отдаление их от этих событий обеспечит их труду необходимое для всякого научного исследования беспристрастие, а также даст в их распоряжение более полный исторический материал, чем тот, которым мы в настоящее время располагаем, как бы значителен ни был этот последний уже и теперь.

Работа очевидцев и участников должна, по необходимости, носить более скромный характер личных вкладов в общую массу осведомления, касающегося событий, не имеющих себе равных в истории человечества, с ранней зари средневековья и по наше время. К тому же общая сводка имеющегося налицо исторического материала, должное его освещение и подведение итогов невозможны еще и потому, что мировая борьба, начавшаяся в 1914 году, не окончилась с поражением Германии и ее союзников в октябре 1918 года, а продолжается и ныне, хотя и в иной форме и на иной почве. Версальский мир не дал мира человечеству, в чем теперь, я думаю, не усомнятся сами его составители, даже если бы им удалось провести в жизнь все его постановления, из которых многие заключают в себе зародыш неизбежных международных столкновений в более или менее близком будущем.

Что ожидает еще Европу и спасут ли ее от новых потрясений учреждения, вроде выработанной мирной конференцией 1919 года Лиги Наций, по духу своему более близкой политическим утопиям восемнадцатого столетия, чем нашему железному веку? На этот вопрос никто не может дать определенного ответа. Всем ясно одно, что человечество болеет страшным недугом и что час выздоровления его еще не близок.

Если, после долгих колебаний, ввиду неблагоприятных для подобной работы условий, в которых я нахожусь, я тем не менее решаюсь приступить к составлению моих воспоминаний о том, как постепенно подготовлялась катастрофа, как она застигла Россию и что было сделано русским правительством, чтобы ее предотвратить, то делаю это в сознании долга моего по отношению к моей родине и к моим современникам, неполно или неправильно осведомленным об этих событиях из многочисленных иностранных источников. Из таких источников те, которые исходят из враждебного нам лагеря, представляют, само собой разумеется, образ действий русского правительства в неблагоприятном для него виде. Другие же, беспристрастные или нам сочувствующие, тем не менее не удовлетворяют многих запросов, которые склонна предъявлять современная мыслящая Россия лицам, игравшим деятельную роль в роковых событиях 1914 и последующих годов.

Может быть, мои воспоминания, несмотря на всю их отрывочность и неполноту, окажутся не совершенно бесполезными как материал при обработке архивного сырья будущим ученым-историкам, когда настанет время современной хронике и личным воспоминаниям уступить место бесстрастной и безличной исторической науке.

Лица, которые пожелают ознакомиться с этими краткими воспоминаниями, не должны искать в них последовательного и полного изложения хода исторических событий, которых я был свидетелем, вернее участником, а лишь личную мою оценку их при свете осведомления, которым я располагал. Прагматику этих событий они найдут в официальных сборниках дипломатических документов, изданных как в начале европейской войны, так и в последующее время правительствами держав, принимавших в ней участие, а затем в той бесчисленной литературе, которая появилась на всех языках за последние годы и касалась не только самой эпохи войны, но и предшествовавшего ей периода времени.

Автор