Май, 1913


9-го мая (22 мая). Четверг.

Дневники Николая

Спал хорошо. Проснулся в 8 1/4 чудным утром. В Кюстрине в 9 1/4 в поезд сели посол Свербеев и немецкая свита с ген. Мольтке во главе. Закусил с ними. В 11.38 приехал в Берлин. Вильгельм и английский Georgie встретили меня; почет, караул от 1-го Гвар. полка. Въезд в город был красивый — войска шпалерами, масса народа и все в цвету — проезд был через Тиргартен. Во дворце тоже поч. караул от Александровского гренадерского полка. Императрица, Мэй и принцессы ждали наверху лестницы. Доведя меня до моих комнат, они ушли. В час был фамильный завтрак на 40 чел. После этого делал визиты в моторе и кончил, заехав в гост. Kaiserhof, где остановилось много родственников, у кот. я пил чай. Покатавшись еще, приехал в замок в 6 час.

Выкупался с наслаждением. В 8 час. пошел к парадному обеду — в Белой зале. Разговоры кончились в 10 час. и мы разошлись по своим квартирам.



10-го мая (23 мая). Пятница.

Дневники Николая

Ночью была гроза и после нее прохладнее стало. Ел свой breakfast в 9 час. Через полчаса поехал с Вильгельмом в моторе в Шарлоттенбург, осмотрел мавзолей и отправился дальше по великолепной военной дороге до озер. Влезли на башню имени старика Императора и любовались прекрасным видом с нее на все стороны. Вернулись в Берлин в 11 1/2. Принял канцлера Бетман-Гольвега. Около часа поехал с Вильгельмом в казармы Александровского гренад. полка. На дворе были построены три батальона, кот. прошли церемон. марш.; а сзади прошел 2-й драгунский гвард. полк Аликс. Затем был завтрак в офицерском собрании, после кот. вернулись в 3 1/2. Все родственники из Kaiserhof нагрянули ко мне, угостил их чаем. Посетил т. Thyra через два двора. В 7 час. был фамильный обед. Поехал с Georgie в театр на парадный спектакль. Давали 1-й акт “Лоэнгрина”. После этого долго продолжался cercle * и стало жарко. Вернулись к себе в 10 1/4. Лег спать пораньше.

  • Прием.



11-го мая (24 мая). Суббота.

Дневники Николая

Пока пил чай, д. Вальдемар сидел у меня. В 10 час. поехал с Вильгельм [ом] в Цейхгауз, кот. подробно осмотрели. Вернулся в 11 1/2. Поехал в наше посольство. В церкви был отслужен молебен, после чего завтракал со всеми русскими и немецкой свитой. Осмотрел помещение в доме и в 3 часа вернулся к себе. Принял Ягова — мин. иностр. дел.

В 4 1/2 началось шествие в дворцовую церковь, где было совершено бракосочетание Виктории-Луизы Прусской с Poll (Ernst August Braunschweig v. Liineburg). Затем в Белой зале было принесение поздравлений новобрачным; стоять пришлось долго. После этого был большой обед и наконец факельтанц, что мне напомнило свадьбу Mossy в 1893 г.* В 9 час. торжества окончились и можно было пойти переодеться. Georgie и May просидели у меня до прихода Вильгельма, с кот. отправился на станцию. В 10 1/2 покинул Берлин. Долго сидел в столовой со спутниками и прохлаждался с ними Schatz berger'ом **.

  • Маргарита (Месси), принцесса Гессенская, вышедшая замуж за Фридриха Карла Гессенского.
    • Марка вина (нем.).



12-го мая (25 мая). Воскресенье.

Дневники Николая

И спутники, и я долго высыпали; пили утренний чай в 10 час. Скоро после завтрака переехали нашу границу.

В Вержболове принял офицеров здешней пограничной бригады и депутацию Павлоградского полка. В двух верстах от Ковны поезд остановился и я полез на так наз[ываемую] “Наполеонову гору” с красивым видом на Неман. Проехав дальше верст 8, вышел из поезда и произвел смотр 3-му драг. Новороссийскому полку в пешем строю. Он представился замечательно щеголевато.

К вечеру стало прохладнее. Прочел с границы два толстенных пакета.

Поиграл с Дрентельном в кости.



13-го мая (26 мая). Понедельник.

Дневники Николая

Проснулся в 8 ч. чудным утром. Пил чай со спутниками; вместо Дона* со мною возвратился Татищев. Ровно в 9 час. прибыл в Царское Село и был встречен всеми детьми.

У бедной Аликс сильно болела голова. Погулял с Мари. Вся зелень очень подвинулась. Принял Делькассе и адмирала Bruix, затем Григоровича и Танеева. Осмотрел планы крепостей в Больш. дворце. После завтрака покатался с детьми на велосипедах и на пруду. День стоял отличный. После чая долго читал; привел вещи в порядок. К обеду приехали: Мама, Ксения, Ольга, Сандро и Петя. В 10 1/2 проводили Мама на станцию — она поехала в Англию.

  • Дон Шлобиттен.



14-го мая (27 мая). Вторник.

Дневники Николая

Выспался отлично. Ночью и до утра шел дождь. С 10 час. начало проясняться. Читал, принял Бенкендорфа и Кочубея. Поехал с детьми к обедне и молебну. Занимался после завтрака. Андрей и Иоанн являлись. Погулял с детьми и покатался с ними в шлюпках. Аликс себя чувствовала лучше, но провела весь день в постели. Принял Сазонова. Обедала Аня. Занимался до 11 час.


Мемуары Сазонова
Поездка Государя состоялась, и через несколько дней он вернулся из Берлина бодрым и, видимо, довольным. Говоря о своих берлинских впечатлениях, он сказал мне, что ему была оказана в Германии чрезвычайно любезная встреча не только со стороны двора, что было в порядке вещей, но и со стороны населения столицы, приветствовавшего каждое его появление. По своей необычайной скромности, Государь относил сначала громкие приветствия толпы к особе императора Вильгельма, в сопровождении которого он показывался на улицах Берлина, но затем, заметив, что они не прекращались, когда он выезжал один, был вынужден признать, что они относились лично к нему, что произвело на него хорошее впечатление.

Упоминая о своих разговорах с Вильгельмом II, Государь сказал мне, что как-то раз император среди других маловажных предметов коснулся с ним вопроса о посылке в Константинополь, по просьбе турецкого правительства, новой военной миссии с генералом Лиманом фон Сандерсом во главе, по примеру прежних однородных миссий, уже много лет посылавшихся в Турцию. При этом император сказал, что он надеется, что у Государя против этого не будет возражений. Государь ответил, что если новая миссия не будет отличаться от прежних, то он, само собой разумеется, не будет возражать.

Означенный разговор, казавшийся не имеющим особого значения, не произвел на меня впечатления в минуту рассказа о нем Государя. Однако же он послужил отправной точкой для чрезвычайно острого столкновения между петроградским и берлинским кабинетами, когда нам стал ясен истинный характер меры, принятой германским правительством под безобидным видом посылки в Турцию, по ее просьбе, инструкторской миссии.