Ленин В.И. Полное собрание сочинений Том 37 РЕЧЬ НА ОБЪЕДИНЕННОМ ЗАСЕДАНИИ ВЦИК, МОСКОВСКОГО СОВЕТА И ВСЕРОС. СЪЕЗДА ПРОФ. СОЮЗОВ

РЕЧЬ НА ОБЪЕДИНЕННОМ ЗАСЕДАНИИ ВЦИК, МОСКОВСКОГО СОВЕТА И ВСЕРОССИЙСКОГО СЪЕЗДА ПРОФЕССИОНАЛЬНЫХ СОЮЗОВ 17 ЯНВАРЯ 1919 г.174

(Бурная овация.) Товарищи, позвольте мне начать с краткого указания на то, какие главные факты пережила наша продовольственная политика. Я думаю, что эти краткие указания будут полезны не только для того, чтобы мы правильно оценили значение того постановления, которое мы предлагаем принять сегодня ВЦИК, а также будут полезны для оценки всей нашей продовольственной политики в целом и для оценки той роли, которая теперь, когда наступает трудный поворот, выпадает на долю представителей организованного пролетариата — этого авангарда и главной опоры Советской России и социалистической революции.

Товарищи, наша продовольственная политика характеризуется тремя главными актами, которые в хронологической постепенности выступают перед нами таким образом: первый — постановление об образовании комитетов бедноты, это шаг, который представляет из себя всю основу нашей продовольственной политики и вместе с тем является гигантской важности переломным пунктом во всем ходе развития и строе нашей революции. Этим шагом мы перешли ту грань, которою отделяется буржуазная революция от социалистической, ибо одна победа рабочего класса в городах и один переход всех фабрик в руки пролетарского государства, все это не в состоянии было бы закрепить и создать основы социалистического порядка, если бы в деревне мы не создали себе также не общекрестьянской, а



РЕЧЬ НА ОБЪЕДИНЕННОМ ЗАСЕДАНИИ ВЦИК 17 ЯНВАРЯ 1919 г. 413

действительно пролетарской опоры. В Октябре мы должны были ограничиться тем, что объединяли пролетариат с крестьянами в целом и вообще, и благодаря такому союзу получили возможность быстро разбить помещичье землевладение и смести его с лица земли. Но когда мы перешли к организации беднейшего крестьянства, пролетариата и полупролетариата крестьянства, только тогда мог прочно организоваться союз трудящихся масс пролетариата города с пролетариатом деревни. Только тогда война против кулачества и крестьянской буржуазии могла пройти настоящим образом. Этот коренной шаг в нашей продовольственной политике продолжает быть коренным выступлением всей нашей продовольственной политики.

Вторым шагом, может быть, менее важным, был декрет, проведенный при участии и по инициативе наших представителей, это декрет об использовании кооперации175. Тут мы установили, что аппарат, который создала кооперация и который создан всем капиталистическим обществом и который в России, по понятным причинам, был слабее, чем в западноевропейских странах, должен быть нами использован. В этом отношении мы сделали много грехов и многого не сделали, не только в деревнях, но и в городах, но и в крупных пролетарских центрах. Мы встречаемся здесь с непониманием, с неумением, с предрассудками и с традициями, которые отталкивают нас от кооперации. Совершенно законно, что среди верхов кооперации много непролетарских элементов; мы должны вести борьбу против этих людей, которые способны переметнуться на сторону буржуазии, — против контрреволюционных элементов и их поползновений, — и вместе с тем сохранить аппарат, аппарат кооперации, — это тоже наследие от капитализма, — аппарат распределения между миллионами, без которого и строить социализм сколько-нибудь успешно нельзя. Тут продовольственный комиссариат наметил правильную политику, но мы ее еще не доделали, и те положения, которые мы предложим от имени фракции коммунистов сегодня Всероссийскому Центральному Исполнительному Комитету, делают еще



414 В. И. ЛЕНИН

шаг вперед по этому пути и настаивают на том, чтобы кооперативный аппарат был использован. Надо уметь вести борьбу против негодного верхушечного элемента кооперативного аппарата — у нас достаточно силы и власти, чтобы это провести, ибо смешно думать, чтобы сопротивление было серьезно, — надо уметь проводить такую борьбу и обязательно использовать кооперативный аппарат, с тем, чтобы мы не растеряли своих сил, с тем, чтобы этот аппарат был един, с тем, чтобы коммунисты использовали свои силы не только для политической работы, но и для организационной работы, и технически воспользовались тем аппаратом, который подготовлен к этой работе — кооперативным аппаратом.

Третий шаг, который знаменует нашу продовольственную политику, есть создание рабочих продовольственных организаций. Здесь, товарищи продовольственники, перед вами выступает ответственная задача. Путь, на который мы вступили, это путь, по которому мы должны идти, и мы должны стремиться, чтобы встать на этот путь во всех комиссариатах, это — мера, которая имеет не только продовольственное значение, она имеет значение общесоциальное и общеклассовое. Для того, чтобы социалистический переворот мог быть прочен, для этого к управлению должен прийти новый класс. Мы знаем, что в России, до 1861 года, властью, которая управляла, были крепостники-помещики. Мы знаем, что с тех пор, в общем и целом, властью, которая управляла, была буржуазия, были представители зажиточных слоев. Теперь социалистический переворот будет прочен лишь постольку, поскольку мы сумеем новый класс, пролетариат, поднять к управлению, сделать так, чтобы управлял Россией пролетариат. Сделать так, чтобы это управление было переходом к поголовному обучению всех трудящихся искусству управлять государством, и обучению не книжному, не газетному, не в речах и брошюрках, а к обучению на практике, чтобы каждый мог испытать свою способность взяться за это дело.

Вот, товарищи, главный этап нашей продовольственной политики, который вместе с тем знаменует и самый



РЕЧЬ НА ОБЪЕДИНЕННОМ ЗАСЕДАНИИ ВЦИК 17 ЯНВАРЯ 1919 г. 415

характер построения этой продовольственной политики. Надо сказать, что здесь на наших товарищей продовольственников ложится самая тяжелая задача. Понятно, что голод есть бедствие самое свирепое, самое ужасное, что ко всяким неустройствам в этой области массы относятся с понятным нетерпением, озлоблением и возмущением, ибо перенести такое бедствие нет никакой возможности. И понятно в то же время, что Ком-проду выпадает самая трудная задача. Вы знаете отлично, и особенно знают товарищи из профессиональных союзов, как много у нас разрухи и беспорядка в управлении крупными предприятиями, в учете продуктов крупных предприятий. А ведь это в несколько тысяч раз легче, чем учесть продовольствие, собираемое миллионами крестьян. А ведь выбора нет. В стране продуктов вообще мало. Их недостаточно для того, чтобы накормить всех.

Что значит, когда говорят, что некоторых продуктов в обрез? Это значит, что если бы мы теперь их распределили между всем населением, если бы каждый крестьянин свез все продукты, если бы каждый свел свое потребление несколько ниже сытого, потому что полностью сытым всем быть нельзя, если бы каждый крестьянин добровольно согласился уменьшить свое потребление несколько ниже сытой нормы и все остальное полностью отдать государству и если бы мы все это правильно распределили, — мы продержались бы при уменьшенном питании, но без голода. Но ясно, что если поставить такую задачу, выполнить ее при нашей разрухе, при нашем неумении, в общегосударственном масштабе, — это умение только теперь вырабатывается, его взять раньше неоткуда было, — понятно, что такая задача обычными путями неразрешима. Если продовольствия недостаточно, — это значит... что это значит? Это значит, что если вы разрешите свободу торговли, при недостаточном количестве продуктов, от которых зависит жизнь или смерть населения, вы создадите бешеную спекуляцию, вы создадите то, что цены на продукты вздуются до цены, которая называется монопольной или голодной ценой, и что по этим бешеным ценам



416 В. И. ЛЕНИН

смогут удовлетворить себя небольшие верхушки, которые получают доход значительно выше среднего, а громадная масса останется при голоде. Вот, что значит положение, когда в стране продуктов недостаточно, когда страна находится в голоде. А с тех пор, как империалисты двинулись на Россию, она окружена. Они не могут открыто выступать со своими грабительскими планами, но это не есть конец их вмешательству, как справедливо указал т. Каменев. Мы представляем осажденную страну, крепость. В этой осажденной крепости нужда неминуема, и поэтому задача Комиссариата продовольствия самая трудная из организационных задач какого бы то ни было комиссариата.

Нашим врагом является теперь, если говорить о внутреннем враге, не столько капиталист и помещик — это меньшинство эксплуататоров победить было легко и оно побеждено, — нашим врагом являются спекулянты и бюрократы, — спекулянт, которым по наклонности своей является всякий крестьянин, имеющий возможность нажиться и воспользоваться на отчаянной нужде и мучительном голоде в городах и отдельных деревнях. А вы прекрасно знаете, особенно товарищи из профессиональных союзов, что стремление — тенденция превратиться в спекулянтов, эту тенденцию приходится наблюдать и в фабрично-заводских центрах, когда продукта нет, когда его мало, и всякий, кому продукт попал в руки, старается окопаться и нажиться. Если допустить свободу торговли, цены вздуются сейчас до необъятных, недоступных для громадных масс населения размеров.

Вот, товарищи, каково положение, вот почему есть в неразвитых массах, в массах, которые слишком устали, изголодались и исстрадались, стремление или неоформленное чувство возмущения, негодования против товарищей, работающих в продовольственном деле. Все такие лица являются людьми, которые не умеют думать, которые не видят дальше своего носа, им кажется, что продукты, может быть, можно достать. Он слышал, что там-то продукты есть, что там их достали, подсчитать же в целом, хватит ли для 10 миллионов,



РЕЧЬ НА ОБЪЕДИНЕННОМ ЗАСЕДАНИИ ВЦИК 17 ЯНВАРЯ 1919 г. 417

сколько требуется для этого, такой человек не может. Ему представляется, что ему мешают, что ему создают заторы товарищи продовольственники. Они не понимают того, что продовольственники поступают, как расчетливые, разумные хозяева, которые говорят, что если вы проявите самую большую строгость, величайшую организованность, тогда в лучшем случае, в лучшем случае вы продержитесь с нормой ниже сытой, но не доходящей до голода. Таково положение страны, в которой самые крупные центры, поставлявшие питание, отрезаны от нас — Сибирь, Донецкий район, — отрезано сейчас топливо, сырье, весь хлеб и для людей и для промышленности, и без которых страна принуждена переживать отчаянные муки.

Продовольственники поступают как разумные хозяева, которые говорят: надо держаться сплоченно, и только тогда мы сможем удержаться при систематических действиях против попытки действовать вразброд и желания заплатить что угодно, ни с чем не считаясь, лишь бы быть сытым. Мы должны думать и действовать не каждый в одиночку и вразброд, ибо это есть гибель, мы должны бороться с этим стремлением, с этими привычками, которые в нас во всех, в миллионах трудящихся, оставило капиталистическое частное хозяйство, оставила система работы на рынок: — я продам, я выручу, чем больше выработаю я, тем меньше буду голодать и — тем больше будут голодать другие. Вот то проклятое наследие частной собственности, которое оставляло массы голодными даже тогда, когда продуктов в стране много, когда ничтожное меньшинство обогащалось и на богатстве и на нищете, в то время как народ бедствовал и погибал на войне. Вот, товарищи, положение, в котором находится наша продовольственная политика. Вот тот экономический закон, который говорит: при недостатке продуктов бешеная спекуляция порождается при всяком шаге в сторону так называемой свободной торговли. Вот почему все разговоры на эту тему, все попытки поддержать их представляют величайший вред, падение, шаг назад от



418 В. И. ЛЕНИН

того социалистического строительства, которое Компрод осуществляет с невероятной трудностью в борьбе с миллионами спекулянтов, которых нам оставил капитализм и старая мелкобуржуазная собственническая привычка: «каждый за себя, один бог за всех», и если мы с этим правилом не сладим, тогда мы социализм построить не сможем.

Только объединение, только самый тесный союз, который осуществляется повседневной жизнью в столь будничной работе, где его осуществить всего труднее: в вопросе дележа куска хлеба, когда его недостает, — только при этом действительно можно строить социализм. Мы знаем, что это осуществить нельзя в один год, что люди, которые настрадались от голода, проявляют величайшее нетерпение, требуют, чтобы мы хотя бы от времени до времени отступали от этой единственной продовольственной политики. И нам приходится отступать изредка, но в целом мы от своей политики не отойдем и не отступим.

Вот, товарищи, положение, при котором полгода тому назад, когда продовольственный кризис достиг высшей точки, когда у нас не было никаких запасов, когда чехословацкие успехи отнимали у нас большую часть Волги, нам пришлось пойти на полтора пуда176. Эта мера стоила большой борьбы, стоила резкой борьбы, — положение обеих сторон было очень плохо. Продовольственники говорили: да, положение худое, но нельзя, чтобы оно было еще хуже. Если вы на неделю для немногих получите облегчение, то для миллионов вы положение ухудшаете. С другой стороны, говорят: вы требуете от народа, истощенного и измученного голодом, идеальной организации, вы требуете невозможного, вы должны дать облегчение, хотя бы оно портило общую политику на время. Эта мера даст новый прилив бодрости, а это самое главное. Вот положение, которое мы переживали, когда мы выдвигали полуторапудничество. Вот положение общее, принципиальное, коренное; когда оно стало нетерпимым, мы должны были от него отойти, чтобы хоть временно помочь, чтобы спасти бодрость и силу духа. Это поло-



РЕЧЬ НА ОБЪЕДИНЕННОМ ЗАСЕДАНИИ ВЦИК 17 ЯНВАРЯ 1919 г. 419

жение повторяется теперь, когда мы стоим на грани, когда мы пережили полгода более легких и начинается полугодие тяжелое. Чтобы показать наглядно, я вам скажу, что за первую половину 1918 года Комиссариат продовольствия заготовил 28 миллионов пудов, а за второе полугодие 67 000 000 пудов, т. е. в два с половиной раза больше. Вот положение, при котором вы ясно видите, что первое полугодие означает полугодие особенно острой, тяжелой нужды, второе полугодие в связи с урожаем дает возможность подняться. Теперь, в девятнадцатом году, успех, который имели наши продовольственные организации, благодаря, главным образом, комитетам бедноты в деревнях и рабочей продовольственной инспекции в городах, успех громадный, который дал возможность в два с половиной раза увеличить заготовки. Но этот успех первого года нашей работы, когда нужно было строить новое здание, испытывать новые приемы, он на целый год не обеспечивал и не мог обеспечить, но он на полгода дал возможность передышки. Она приходит к концу, начинается второе полугодие, самое трудное, самое тяжелое, нужно всячески все пускать в ход, чтобы помочь, чтобы дать рабочим возможность небольшой передышки, чтобы улучшить их положение всем, чем только можно. И понятно, что президиум Московского Совета с председателем Каменевым особенно энергично добивался того, чтобы мы внесли возможно большую ясность в политику, в разделение продуктов на монопольные и немонопольные, при котором нам можно было бы временно достигнуть возможных результатов, чтобы рабочие городов и неземледельческих местностей почувствовали хотя бы небольшое облегчение, чтобы почерпнуть новый прилив бодрости и энергии, которые особенно нужны теперь, когда мы стоим накануне тяжелого полугодия, но когда есть признаки, что в лагере империалистов ослабевают силы и атаки на нас.

Тов. Каменев привел здесь, несомненно, не только признаки, но факты, которые доказывают, что, несмотря на тяжелые испытания и поражения, которые мы понесли под Пермью, — Красная Армия строится на



420 В. И. ЛЕНИН

прочном фундаменте, что она может победить и что она победит. Но полугодие, в котором мы находимся, является самым тяжелым. Поэтому с самого начала необходимо сделать что нужно и что возможно для того, чтобы облегчить положение, чтобы ясно провести нашу продовольственную политику, это является нашей насущнейшей задачей. Между нами, коммунистами, точно так же была борьба из-за полуторапудничест-ва, она иногда принимала резкие формы, она приводит не к ослаблению, а к тому, что мы еще больше и больше пересматриваем нашу политику с придирчивостью, с осторожностью и со взаимными нападками, но мы приходим к решению, которое быстро и дружно принимается и которое в этот трудный момент, как только мы подходим к новому трудному полугодию, требует от нас еще и еще раз сказать себе, почему создалось такое положение, которое заставляет еще и еще раз подтянуться, напрячь все усилия.

Мы пережили особенно трудный год и мы переживаем еще более трудное полугодие. Но каждое полугодие после немецкой революции, после начавшегося брожения в Англии и во Франции приближает нас вперед к победе не только русской, но и всемирной революции. Вот то положение, которое перед нами, и мы решили выдвинуть проект основных положений продовольственной политики, которые мы будем просить ВЦИК утвердить, чтобы они немедленно были переработаны в соответствующие декреты продовольственными работниками, а нам — представителям центра, рабочим города и неземледельческих местностей — они дали возможность удесятерить еще более свою энергию, ибо только в этой энергии залог того, что мы можем победить, что мы, делая временные уступки, необходимые при усталости и при голоде, мы основы своей продовольственной коммунистической политики отстоим и донесем их непоколебимыми до того времени, когда придет пора полной и всемирной победы коммунизма. Я прочту вам по пунктам то предложение, которое фракция коммунистов ВЦИК делает Всероссийскому Центральному Исполнительному Комитету:



РЕЧЬ НА ОБЪЕДИНЕННОМ ЗАСЕДАНИИ ВЦИК 17 ЯНВАРЯ 1919 г. 4Ц

«Объединенное заседание ВЦИК, Всероссийского съезда профсоюзов, Московского Совета, представителей фабрично-заводских комитетов и профессиональных союзов города Москвы принимает нижеуказанные основные положения по продовольственному вопросу и поручает Наркомпроду выработать в самом срочном порядке декреты, руководствуясь этим положением.

1. Подтверждается правильность и незыблемость советской продовольственной политики, заключающейся в следующем:

а) учет и государственное распределение по классовому принципу;

б) монополия на основные продукты питания и

в) передача дела снабжения из частных рук в руки государства.

2. Без неуклонного проведения в жизнь уже декретированной государственной монополии на основные продукты питания (хлеб, сахар, чай, соль) и без массовой государственной заготовки по твердым ценам других важнейших продовольственных продуктов (мясо, морская рыба, конопляное, подсолнечное и льняное масла и животные жиры, кроме коровьего масла, картофель), — при данных условиях немыслимо правильное снабжение населения продовольствием, причем указанные массовые заготовки по твердым ценам являются лишь мерой подготовительной к введению и на эти продукты государственной монополии, осуществление которой является очередной задачей Компрода.

Заготовка и провоз всех перечисленных в этом пункте продовольственных продуктов, за исключением картофеля, никому, кроме государственных органов продовольствия, не разрешается. Право массовой заготовки картофеля по установленным твердым ценам предоставляется, наряду с государственными органами, также рабочим организациям и профессиональным и кооперативным объединениям.

3. В качестве временной меры предоставляется рабочим организациям и кооперативным объединениям право заготовки всех неперечисленных в пункте 2-м продуктов.

4. Местные продовольственные органы принуждаются к содействию заготовляющим организациям в использовании этого права».

Товарищи, вас, может, удивит это слово, с точки зрения старых привычек, старой государственности: «принуждаются» к исполнению декрета. Вы, может быть, скажете, разве так плохо дело в Советской республике, что к исполнению воли ВЦИК надо принуждать. Приходится, товарищи, принуждать, и это лучше сказать прямо, чем прятать голову под крыло и воображать, что все обстоит благополучно. Пусть товарищи — представители ВЦИК и делегаты на Всероссийском



422 В. И. ЛЕНИН

съезде профессиональных союзов припомнят хорошенько, что говорится между собой, насколько правильно проводится ими все то, что давным-давно декретировано в области правильного учета продуктов и полной сдачи государству тех продуктов, которые нельзя оставить для товарообмена, а без товарообмена крестьяне говорят: нет, за керенки мы вам не дадим ничего. А вот если вы это припомните в разговорах с глазу на глаз между собой и посмотрите, сколько у нас остается невыполненным из предписаний центральной власти, вы тогда скажете и согласитесь, что лучше сказать правду, что наши местные органы надо принуждать неуклонно и беспощадно. (Аплодисменты.) Именно здесь, где собрался ВЦИК, как высший орган, вместе с органами Всероссийского съезда профессиональных союзов, которые собрали наиболее многочисленное представительство, — а теперь это наиболее важно, — и эти наши более авторитетные товарищи, именно здесь, должны твердо сказать и понести на места, что местным органам надо привыкнуть к тому, что мы должны их принуждать проводить центральную политику последовательно. Это очень трудно, и здесь естественно, что многие миллионы людей, которые привыкли видеть в центральной власти грабителей, помещиков, эксплуататоров, естественно, что у них доверия к центру быть не может, и это недоверие надо преодолеть, и если этого не преодолеть, то нельзя построить социализма, ибо это есть построение централизованного хозяйства, хозяйства из центра, которое может быть проведено только пролетариатом, который в этом духе воспитан фабрикой и жизнью, только он в состоянии это сделать. Трудна борьба с местничеством, с мелкособственническими привычками. Мы знаем, что нельзя этого сразу сделать, но мы никогда не устанем добиваться от представителей пролетариата, чтобы они эту истину повторяли и проводили в жизнь, ибо без этого построить социализм нельзя. Дальше пункт четвертый объясняет:

«Провоз и рыночная продажа этих продуктов объявляются совершенно свободными. Никакие заградительные отряды, кор-



РЕЧЬ НА ОБЪЕДИНЕННОМ ЗАСЕДАНИИ ВЦИК 17 ЯНВАРЯ 1919 г. 423

доны и охраны и проч. не имеют права препятствовать свободному подвозу и свободной продаже на базарах, рынках, с возов и т. д. указанных продуктов».

Товарищи, этот пункт особенно важен. Здесь т. Каменеву удалось дать многое, что нами, естественно, в нашей спешной работе не исполнялось, ибо нашему продовольственному и другим комиссариатам приходится нагромождать одни постановления на другие, благодаря чему местным органам очень трудно во всем этом разобраться. Нас обвиняют в спешности издания декретов, но что же нам делать, когда приходится спешить из-за наступающего империализма и когда спешить нас заставляет бич, сильнее которого нельзя себе представить, — это отсутствие хлеба и топлива. Тогда нам приходится пускать в ход все для выяснения наших задач, для выяснения частных ошибок и поэтому так важно точное и ясное разграничение, которое теперь достигнуто этой борьбой. Чтобы достигнуть этого в гораздо больших размерах, мы должны теперь добиться, чтобы все местные органы не позволяли себе отсебятины, чтобы не смели ссылаться на то, что они вспомнили декрет вчерашнего дня и позабыли декрет нынешнего дня, чтобы они знали совершенно точно и ясно, какие продукты составляют монополию государства, какие продукты составляют предмет свободного провоза и свободной продажи: это все, кроме точно перечисленного в первом и втором параграфах. Пусть это станет общим достоянием, пусть те, кто сейчас разъезжаются, несут это на места, пусть делают то, что возлагает на них их официальное положение, пусть захватят с собой соответствующие декреты, которые будут разработаны, чтобы на местах они неуклонно исполнялись и проводились, чтобы постановления центра действительно проводились, чтобы нерешительности, которая была прежде, больше не было. И дальше, последние слова четвертого параграфа говорят:

«Примечание. По отношению к яйцам и коровьему маслу это постановление распространяется лишь на те районы, где массовая заготовка яиц и коровьего масла Компродом не ведется».



424 В. И. ЛЕНИН

Товарищи, я вам прочту вкратце и остальные параграфы декрета. Не имея возможности останавливаться подробно на них и не видя в этом надобности, так как после меня выступит еще несколько товарищей и в том числе и более компетентные, подчеркиваю только то, что считаю особенно нужным. Я вкратце прочту те основные положения, которые мы предлагаем принять ВЦИК и дать поручения Совнаркому и всем остальным властям Советской республики превратить их в декреты и осуществить безусловно и обязательно. (Аплодисмент ы.)
«5. В целях усиления заготовки и более успешного выполнения отдельных задач вводится применение принципа разверстки и заготовки немонополизированных продуктов и премиальная система для кооперативных и иных организаций, ведущих заготовки для государства как монополизированных, так и немонополизированных продуктов.

Меры организационные в целях обновления продовольственных органов и усиления участия рабочих:

а) широкое использование рабочей продовольственной инспекции и распространение ее на контроль над соблюдением продорганами декретов 10/ХII и над заготовкой немонополизированных продуктов;

б) скорейшее введение рабочей инспекции во все продовольственные органы на местах и распространение рабочей инспекции на отделы Компрода в целях решительной борьбы с бюрократизмом и канцелярской волокитой;

в) укрепление связи с рабочими организациями — профессиональными союзами и рабочей кооперацией — путем дальнейшего усиления местных органов, пользуясь для этого силами из среды деятелей указанных выше организаций;

г) введение института практикантов рабочих во всех центральных и местных органах и учреждениях для подготовки практических деятелей продовольственников из рабочей среды, могущих занять ответственные должности.

6. Использование полностью кооперативного аппарата в деле заготовки и распределения. Введение в состав кооперативных аппаратов ответственных представителей государственных органов снабжения для контроля и согласования деятельности кооперативных организаций с продовольственной политикой правительства».

Вот в этом, между прочим, одно из орудий борьбы с верхушечными элементами кооперативных организаций. Но величайшей ошибкой, величайшей гибелью для дела грозит, если вы всем кооперативным аппаратом



РЕЧЬ НА ОБЪЕДИНЕННОМ ЗАСЕДАНИИ ВЦИК 17 ЯНВАРЯ 1919 г. 425

будете пренебрегать, пренебрежительно, или якобы горделиво отбрасывать в сторону, говоря: мы себе построим новый, нечего этим делом заниматься, этим могут заниматься только коммунисты. Необходимо воспользоваться готовым аппаратом, — нельзя построить социализма, не используя остатка капитализма. Необходимо использовать все то, что против нас создал капитализм в смысле культурных ценностей. В этом трудность социализма, что его нужно строить из материалов, созданных чужими людьми, но только в этом возможность социализма, и мы все знаем это теоретически, а с тех пор как пережит этот год, мы убедились практически, что построить социализм можно только из того, что создано капитализмом против нас и что мы должны употребить все это на постройку социализма, на укрепление его. Следующий, седьмой параграф гласит:

«7. Контроль над соблюдением правил перевозки продуктов и неуклонным проведением монополий возлагается на рабочих с помощью вооруженных отрядов, организуемых Компродом.

Все заградительные продовольственные отряды, кроме отрядов Компрода и губпродкомов, немедленно снимаются. Отряды Компрода и губпродкомов снимаются по мере образования на местах соответствующих органов рабочей инспекции».

Товарищи, мое время истекло, и я позволю себе указать только на то, что здесь, в последних параграфах, мы видим главные основы того, что составляет дух нашей продовольственной и всей советской политики. Я уже указывал, что пришли трудные времена, началось полугодие, более тяжелое, кончилась передышка в продовольственном смысле, и наступило самое тяжелое время. Всякий раз, когда перед Советской властью в необыкновенно трудном деле строительства социализма встают трудности, Советская власть знает только одно средство борьбы с ними: обращение к рабочим, каждый и каждый раз к более и более широким слоям рабочих. Я уже говорил, социализм может быть построен только тогда, когда в 10 и 100 раз более широкие массы, чем прежде, станут сами строить государство



426 В. И. ЛЕНИН

и строить новую хозяйственную жизнь. Наши продовольственники достигли того, что, по их сведениям, теперь в уездных продовольственных комитетах — упродкомах уже не меньше трети сидит рабочих, главным образом рабочих Питера, Москвы, Иваново-Вознесенска — цвета нашей пролетарской армии. Это хорошо, но этого мало. Нужно, чтобы было две трети, — надо работать дальше и дальше. Вы знаете, что передовые слои рабочих уже взялись за дело государственного управления, за дело строительства новой жизни. Мы знаем, что надо спускаться ниже, глубже, смелее брать новые и новые слои. Они еще не обучены, они неизбежно будут делать ошибки, но мы этого не боимся. Мы знаем, что это создаст нам молодые кадры работников, вознаградит нас сторицей тем, что даст нам десятки молодых, более свежих сил. Нам неоткуда больше брать сил. Мы должны идти только вперед, брать середь дня молодых рабочих, ставить представителей пролетариата на все более и более ответственные посты.

Теперешний продовольственный кризис объясняется наступлением более тяжелого полугодия. Он объясняется и положением транспорта. Я уже говорил, что во вторую половину 1918 г. у нас было заготовлено 67 1/2 миллионов пудов. Но из этих 67 1/2 миллионов пудов — 20 миллионов мы не могли вывезти. Последний отчаянный кризис в Питере объясняется тем, что наши запасы стоят на Волго-Бугульминской железной дороге и их оттуда невозможно вывезти. Положение транспорта отчаянное. Изношенность подвижного состава ужасная, потому что ни одна страна не подвергалась такому испытанию, как Россия, при той отсталости, которая существует в России, и потому что в железнодорожной организации мы таких сплоченных пролетарских масс не имеем. Мы хотели бы просить вас, товарищи, пользуясь этим собранием, чтобы вы понесли в массы то сознание, что нам нужны новые и новые работники для продовольствия, транспорта, чтобы они из собственного опыта оказали нам помощь. Ставьте их на работу, присматривайте за новичками, и они сделают гораздо больше, чем прежние организации. Все на продоволь-



РЕЧЬ НА ОБЪЕДИНЕННОМ ЗАСЕДАНИИ ВЦИК 17 ЯНВАРЯ 1919 г. 427

ствие и на транспорт! Пусть организация, какого бы цеха она ни была, пусть она пересмотрит все свои силы и скажет, достаточно ли мы взяли людей, все ли мы сделали, чтобы отправить комиссаров, как мы отправляем их в армию. Рабочие изнемогают, получая недостаточно продовольствия. Нужно послать лучших работников туда, чтобы все были на ответственных постах военных, продовольственных и транспортных. Тут может действовать всякий, даже не специалист. В транспортном деле иногда нужна помощь партийного товарища, воздействие идейного пролетария, который прошел школу, который будет влиять на менее пролетарские слои железнодорожных служащих посредством контроля и надзора. Товарищи, я повторяю еще раз этот лозунг: «Все на продовольствие и на транспорт!». Тут нужно сделать то, что мы сделали с армией, куда шли политические комиссары и где мы добились своего. Я уверен, что в этот момент на это тяжелое полугодие мы еще раз добьемся того, что мы победим голод и разруху!

Краткий, отчет напечатан 18 января 1919 г. в газетах «Правда» № 12 и «Известия ВЦИК» № 12

Впервые полностью напечатано в 1929 г. во 2—3 изданиях Сочинений В. И. Ленина, том ХХIII

Печатается по стенограмме