Ленин В.И. Полное собрание сочинений Том 13 СМЕЛЫЙ НАТИСК И РОБКАЯ ЗАЩИТА

СМЕЛЫЙ НАТИСК И РОБКАЯ ЗАЩИТА

Давно известно, что реакционеры смелые люди, а либералы — трусы.

Новое подтверждение этой старой истины дает кадетский проект обращения Гос. думы к народу по вопросу о земле. К сожалению, и проект трудовиков не лучше кадетского: трудовики на этот раз идут совсем беспомощно в хвосте либеральной буржуазии. Разве вот с.-д. в Думе, не выручат ли они?

Припомните, как возник весь вопрос об этом обращении Гос. думы к народу. В ответном адресе Гос. дума высказалась за принудительное отчуждение частновладельческих земель в пользу крестьянства. Министерство Горемыкина ответило коротко, ясно, с великолепной твердостью и решительностью : «недопустимо».

Министерство не ограничилось, однако, этим грубо-полицейским отказом. Нет, министров научила кое-чему революция. Министры не хотят исчерпывать своих обязанностей форхмальным ответом на формальные вопросы Думы. Реакционеры — не формалисты, а люди дела. Они знают, что настоящая сила не в Думе, а в народе. Они хотят агитировать в народе. Они составили, не медля нисколько, не теряя дорогого времени, обращение к народу. Это правительственное сообщение (20-го июня) и породило мысль о думском обращении к народу. Правительство показало дорогу. Дума потащилась за правительством, — не сумев раньше встать на путь, достойный настоящего народного представительства.

Как же составлено было правительственное сообщение? Как настоящий боевой манифест реакционной монархической партии. О, реакционеры не стесняются!


294 В. И. ЛЕНИН

Они умеют писать боевым языком. Они прямо говорят в своем «сообщении» от имени правительства. Чего тут церемониться, в самом деле? Эти либеральные профессора уверяют, что мы живем в конституционном строе, что Дума тоже часть правительства. Пускай болтают профессора! Пускай усыпляют народ конституционными забавами! Мы, реакционеры, люди дела. Мы знаем, что на деле правительство, это — мы. Мы так и говорим, а на крючкотворство и формализм этих либеральных педантов мы плюем. Мы говорим прямо и открыто: крестьяне, вы не понимаете своих выгод. Принудительное отчуждение вам не выгодно, и мы, правительство, его не допустим. Все крестьянские толки о земле — ложь, обман. Лучше всего заботится о крестьянстве правительство. Оно и теперь хочет дать подачки. А крестьяне пусть знают, что «не от смут и насилия» должны они ждать улучшения, а от «мирного труда» (труда на помещиков, следовало бы добавить) и от постоянных забот о крестьянстве нашего самодержавного правительства.

Таково было правительственное сообщение. Это — настоящее объявление войны революции. Это — настоящий манифест реакционного самодержавия к народу: не потерплю! сокрушу!

Теперь кадеты и всецело полоненные ими на этот раз трудовики собрались отвечать на вызов правительства. Сегодня опубликованы проект кадетский и проект трудовиков. Какое несчастное, поистине жалкое впечатление производят оба эти проекта!

Реакционная камарилья не стесняется рвать закон и объявлять формальную частичку правительства за реальное целое правительства. Кадеты и трудовики, как щедринские премудрые пискари, прячутся под лопухи закона: нас бьют беззаконием, хныкают эти, извините за выражение, «народные» представители, а мы защищаемся законом! Дума по закону действует и высказывается за принудительное отчуждение. По закону, без согласия Думы «никакое предположение правительства не может восприять силу». У нас комиссия есть, по закону, большая, 99 человек...121 Она вырабатывает «тщательно обдуманный и правильно состав-


СМЕЛЫЙ НАТИСК И РОБКАЯ ЗАТТЩТА 295

ленный закон»... Население же пусть «спокойно и мирно ожидает окончания работ по изданию такого закона» (трудовики выкинули этот, совершенно непристойно-холуйский конец! Совесть зазрила. Но зато они вставили ссылку на организацию «местных земельных учреждений», умолчав предательски о том, что Дума, сиречь, ее кадетское большинство, заведомо хочет помещичьи-чиновничьей организации этих учреждений).

Стыд и позор, господа народные представители! Стыдно прикидываться непонимающими того, что понимает теперь даже захолустный русский мужик, именно: что закон бумажный и правда жизненная коренным образом разошлись между собой на Руси, что мирным путем якобы конституционной, строго подзаконной работы невозможно добиться на деле перехода всей земли к крестьянам и полной свободы для всего народа. Не надо было браться за ответ министерству, если у вас не было и нет решимости писать так же твердо, говорить так же открыто свою, революционную, правду в ответ на реакционную правду камарильи. Обращение к народу не предусмотрено законами о Думе: сидите же, великомудрые законники, при своих «запросах» и не суйтесь в такую область, где у вас нет ни смелости, ни прямоты, ни уменья состязаться с реакционерами, людьми дела, людьми борьбы!

А если писать обращение к народу, так надо писать правду, всю правду, самую горькую и ничем не прикрашенную правду. Надо сказать народу:

Крестьяне! Министерство издало свое обращение к вам. Министры не хотят давать вам ни земли, ни воли. Министры говорят, не стесняясь, от имени всего правительства, говорят против Думы, хотя на бумаге Дума считается частью правительства.

Крестьяне! Министры на самом деле являются именно самодержавным правительством России. Ваших народных представителей в Думе они ни во что не ставят, они издеваются над ними, оттягивая дело полицейски-законным крючкотворством. Они глумятся над требованиями народа, продолжая, как ни в чем не бывало, старую политику убийств, насилия, грабежей и погромов.


296 В. И. ЛЕНИН

Крестьяне! Знайте, что Дума бессильна дать вам землю и волю. Дума связана по рукам и по ногам законами полицейского правительства. Надо добиться того, чтобы народные представители имели полную власть, всю государственную власть в своих руках. Хотите вы земли и воли? Добейтесь всенародного учредительного собрания, добейтесь полного смещения повсюду старой власти, полной свободы выборов!

Крестьяне! Знайте, что вас никто не освободит, если вы не освободите себя сами. Рабочие поняли это, и они своей борьбой вырвали уступки 17-го октября. Поймите же это и вы. Только тогда вы станете революционным народом, т. е. народом, знающим, за что надо бороться, народом, умеющим бороться, народом, умеющим побеждать угнетателей. Воспользуйтесь же вашими депутатами в Думе, вашими ходоками в Думу, соединитесь теснее и дружнее по всей России и приготовьтесь к великой борьбе. Без борьбы не будет ни земли, ни воли. Без борьбы вам навяжут силой разорительный выкуп, вам навяжут земельные комитеты помещиков и чиновников, которые так же оплетут и ограбят вас, как в 1861 году.

Крестьяне! Мы делаем все, что можем для вас в Думе. Доделывайте же сами свое дело, если вы в самом деле хотите, чтобы на Руси не такие были порядки, какие остаются и теперь, после Думы.

* * *

Но такое обращение смешно и предлагать в Думе.

В самом деле? А не смешно ли, наоборот, писать «обращения к народу» тем деревянным языком заскорузлого российского стряпчего, которым пишут кадеты и (к стыду их будь сказано) трудовики? Народ для Думы, или Дума для народа? Свобода для Думы, или Дума для свободы?

* * *

Пусть прочтут на любой крестьянской сходке обращение кадетов, обращение трудовиков и обращение наше! Посмотрим, что скажут крестьяне на вопрос, где правда?

«Эхо» № 12, 5 июля 1906 г. Печатается по тексту газеты «Эхо»