Кара-Мурза Сергей Георгиевич/Белая книга. Экономические реформы в России 1991—2001/Раздел 4. Промышленность и строительство

Содержание

Промышленность и строительство

Источники:

Статистические ежегодники «Народное хозяйство РСФСР». ЦСУ РСФСР, Госкомстат РСФСР. Москва.

«Российский статистический ежегодник. Официальное издание». Госкомстат России. Москва.

Статистический сборник «Промышленность России. Официальное издание». Госкомстат России. Москва. 1998.

Статистический сборник «Строительство в России. Официальное издание». Госкомстат России. Москва. 1998.

Статистический сборник «Социальная сфера России. Официальное издание». Госкомстат России. Москва. 1996.

Статистический сборник «Индексы интенсивности промышленного производства (январь 1993 г. — март 2002 г.)». Центр экономической конъюнктуры при правительстве Российской Федерации. Москва. 2002.

Аналитическая справка «Состояние денежно-кредитной системы и расчетов в экономике в 2000 году». Центр экономической конъюнктуры при правительстве Российской Федерации. Москва. 2001.

Статистический сборник «Краткосрочные экономические показатели Российской Федерации», Госкомстат России. Москва, апрель 2002.

В 1930-е годы, в ходе нового этапа индустриализации, Россия (РСФСР) превратилась в промышленно-аграрную страну. Промышленное развитие продолжалось до конца 80-х годов. Этот процесс на последней стадии представлен на рис. 4-1.

Рис. 4-1. Объем производства промышленной продукции в РСФСР и РФ

Файл:4-1.gif

(в сопоставимых ценах, 1980 = 100)

Надо напомнить, что процесс индустриализации начиная с 30-х годов был исключительно интенсивным. Объем продукции промышленности в РСФСР к 1940 г. вырос по сравнению с 1913 г. в 8,7 раз. После войны страна вступила в новый этап индустриального развития, и к 1980 г. объем промышленного производства был в 161 раз больше, чем в 1913 г. Этот рост продолжался в стабильном темпе вплоть до 1990 г., когда вступили в действие законы, отменяющие принципы плановой экономики.

Реформа означала, прежде всего, приватизацию промышленных предприятий — к 1997 г. негосударственные предприятия составляли 95,6 % общего числа предприятий и давали 89,6 % продукции. В наименьшей степени была приватизирована электроэнергетика (61,5 % ее предприятий в 1997 г. были негосударственными).

Вторым важным изменением было расчленение крупных государственных фабрик, заводов и комбинатов. В 1990 г. в РСФСР имелось 26,9 тыс. промышленных предприятий с 23,1 млн человек промышленно-производственного персонала, в 1997 г. 159 тыс. предприятий с 14,0 млн человек персонала.

Рассмотрим динамику изменения объемов производства в главных отраслях промышленности.

Энергетика

Производство энергии является фундаментом индустриальной цивилизации и условием существования современной материальной культуры. Возможность извлечения солнечной энергии, накопленной в виде угля и нефти, и превращения ее в механическую работу стала одним из главных факторов промышленной революции. Новым скачком в развитии индустриального типа производства и жизнеустройства стала технология превращения разных видов энергии в электрическую, удобную в распределении и использовании с высокой интенсивностью. Состояние электроэнергетики в большой степени предопределяет уровень и эффективность народного хозяйства любой страны.

В 1917 г. производство электроэнергии в Российской империи составляло 2,2 млрд квт-часов, и именно создание сети электростанций стало ядром первой большой комплексной программы модернизации народного хозяйства страны — ГОЭЛРО. Первый цикл индустриализации был проведен на энергетической базе с производством в РСФСР 30,8 млрд квт-часов (1940 г.). В 1960 г. уровень производства был поднят до 197 млрд квт-часов, после чего происходил быстрый и непрерывный рост.

В 1960—1970 гг. была проведена централизация производства электроэнергии (в 1970 г. до 95,1 %), что резко повысило экономичность и эффективность отрасли. Удельный расход условного топлива на один отпущенный квт-час электроэнергии снизился с 468 г в 1960 г. до 355 г в 1970 г., а с 1980 г. стабилизировался на уровне 312—314 г. Это хороший показатель, не хуже, чем в других развитых странах. В 1985 г. он был равен в РСФСР 312 г, в США 357, Великобритании 340, Франции 357, ФРГ 327 и Японии 324 г. Наилучший результат в РФ был достигнут в 1993 г. — расход 308 г. условного топлива на один отпущенный квт-час электроэнергии (в 1996 г. была изменена методология определения этого показателя, и ряд прервался).

Советский тип хозяйства позволил соединить электростанции и распределительные сети в Единую энергетическую систему — уникальное сооружение, связавшее страну надежными линиями энергообеспечения и давшее большой экономический эффект за счет переброски энергии по долготе во время пиковых нагрузок в разных часовых поясах.

Для обеспечения электроэнергией нового цикла индустриализации и формирования структур постиндустриального хозяйства была начата Энергетическая программа, которая должна была на целый исторический период создать энергетическую базу страны с гарантированным уровнем снабжения, как у самых развитых стран. К началу реформ в конце 80-х годов эта программа была выполнена наполовину.

Прекращение Энергетической программы было одним из первых актов реформы в СССР. Однако Единая энергетическая система оказалась трудно поддающейся расчленению и приватизации в ходе реформы. До сих пор реформа РАО ЕЭС наталкивается на большие политические трудности. Тем не менее электроэнергетика понесла в ходе реформы тяжелый урон.

Прежде всего, произошел резкий спад производства, который лишь в малой степени компенсирован в 2000—2001 гг.

Динамика этого процесса представлена на рис. 4-2.

Рис. 4-2. Электроэнергетика в РСФСР и РФ

Файл:4-2.gif

1 — производство электроэнергии, млрд. квт-час (левая шкала);

2 — среднегодовая численность промышленно-произ­­водственного персонала, тыс. человек (правая шкала)

В то же время, в результате социальных изменений в этой большой производственной системе и ухудшения технологической ситуации произошел значительный откат в производительности труда. Траектория непрерывного роста производительности труда в электроэнергетике была прервана исключительно быстро, скачкообразно — в первый же год реформы. К настоящему времени она упала значительно ниже уровня 1970 г. и вдвое ниже уровня 1990 г. Этот процесс показан на рис. 4-3 (считая, что численность персонала за 1970—1990 гг. в отдельные годы резко не менялась).

Рис. 4-3. Производительность труда в электроэнергетике РСФСР и РФ

Файл:4-3.gif

(выработка электроэнергии в млн. квт-час. на 1 работника промышленно-производственного персонала)

Однако главное отрицательное воздействие реформы на электроэнергетику заключается в том, что сразу же после 1990 г. резко снизился темп обновления основных фондов отрасли. Если в 1975—1985 гг. ежегодно вводились в действие основные фонды в размере 5-6 % от существующих, то с началом реформ этот показатель стал быстро снижаться и в 2001 г. опустился до уровня 0,8 %.

Рис. 4-4. Коэффициенты обновления (ввод в действие) основных фондов в электроэнергетике РСФСР и РФ (в сопоставимых ценах)

Файл:4-4.gif

Машины и оборудование стали стареть, степень износа основных фондов составила в 2000 г. 51,6 % (в 1990 г. 40,6 %). Большая и сложная технологическая система работает на износ и в недалекой перспективе станет давать все более тяжелые сбои и отказы. Предполагаемое расчленение Единой энергетической системы неминуемо еще более снизит ее надежность.

Следует также принять во внимание тот факт, что в ходе реформы произошел общий технологический регресс, в результате которого сильно возросла энергоемкость производства. Так, затраты электроэнергии на производство единицы продукции промышленности к 1996 г. увеличились по сравнению с 1990 г. на 40,8 %. В последние годы положение стало выправляться, но восстановить прежний уровень пока не удалось. В 2000 г. энергоемкость единицы продукции промышленности была на 26,7 % выше, чем в 1990 г.

Другим важным условием стабильного развития народного хозяйства и благосостояния граждан является обеспеченность минеральными энергоносителями — нефтью и газом.

Исключительно важное место занимает поэтому нефтедобывающая промышленность. За 70-е годы в РСФСР был создан мощный нефтедобывающий комплекс, так что в 80-е годы добыча поддерживалась на уровне 550—570 млн т. В годы реформы объем добычи быстро упал до 303—305 млн т, то есть в 1,8-1,9 раза.

При этом одновременно происходило падение производительности труда в отрасли. В 1988 г. на одного работника, занятого в нефтедобывающий промышленности, приходилось 4,3 тыс. тонн добытой нефти, а в 1998 г. — 1,05 тыс. т. Динамика показателей добычи и численности работников приведена на рис. 4-5.

Рис. 4-5. Нефтедобывающая промышленность в РСФСР и Р

Файл:4-5.gif

1 — объем добычи нефти, млн. т. (левая шкала); 2 — число занятых в отрасли, тыс. чел. (правая шкала)

Таким образом, несмотря на существенный технический прогресс, который имел место в отрасли за десять лет, расчленение большого государственного концерна и передача этой самой рентабельной в российской промышленности отрасли в частные руки привели к падению главного показателя эффективности производства примерно в 4 раза [1]! Лишь в 2000—2001 гг., в условиях исключительно высоких цен на нефть на мировом рынке, положение несколько улучшилось (в расчете на одного работника добыто 1,2 тыс. т нефти).

В России сокращается добыча энергоносителей и увеличивается их экспорт. Говорится и о планах постройки новых больших трубопроводов для экспорта — и на Запад, и в Азию. В 2001 г. добыто 337 млн т нефти, а экспортировано 158,6 млн т. сырой нефти и 69,2 млн т нефтепродуктов. То есть экспорт нефти в сыром виде и в виде нефтепродуктов составил 227,8 млн т, или 67,6 % ее добычи в РФ (при этом в страны СНГ ушло лишь 11 % экспортной нефти).

Для справки: в СССР в 1990 г. было добыто 571 млн т нефти, экспорт сырой нефти составил 109 млн т, а экспорт нефтепродуктов 50 млн т. Таким образом, на экспорт ушло около 27,8 % добытой нефти.

Сравним с 1985 г. Тогда в РСФСР было добыто 542 млн т нефти, а вывезено (за вычетом ввоза) 185,3 млн т сырой нефти и нефтепродуктов. Таким образом, в РСФСР для внутреннего потребления в 1985 г. осталось 356,7 млн т нефти или по 2,51 т на душу населения. В 2001 г. на душу населения в РФ осталось для собственного потребления 109,2 млн т нефти или 0,76 т на душу населения — лишь 30 % от того, чем располагал житель РСФСР в 1985 г.

Энергоносители, минеральные удобрения и металлы (их тоже можно считать материализованной энергией) являются главными статьями российского экспорта, необходимого для обслуживания внешнего долга. Поэтому возможности снижения экспорта энергоносителей не предвидится.

Таким образом, для внутреннего потребления России остается небольшое количество нефти. В 1999 г. США потребили 1 млрд тонн нефти, а РФ — около 100 млн тонн. Положение пока что кажется относительно стабильным потому, что наполовину сокращенное производство не оказывает давления на рынок. Кроме того, в советское время разведано и обустроено большое число месторождений, и пока что многие из них законсервированы, а эксплуатируются самые рентабельные. Это создает иллюзию наличия больших разведанных запасов.

Но в перспективе возможности значительного роста добычи малы, так как с конца 80-х годов глубокое разведочное бурение на нефть и газ сократилось к 1998 г. более чем в 5 раз (на нефть — в 4 раза), а эксплуатационное бурение на нефть — в 4,5 раза.

Однако проблема не только в ограниченности резервов нефтедобычи. Перевод энергетики на более дешевый уголь также наталкивается на большие трудности. Добыча угля снизилась за годы реформы резко, примерно в 2 раза к 1998 г. (см. рис. 4-6).

Рис. 4-6. Добыча угля в РСФСР и РФ, млн.т.

Файл:4-6.gif

В 1999 г. начался прирост добычи, и в 2001 г. она составила 269 млн т., что, однако, ниже уровня 1960 г. (290 млн т.).

Экспорт угля из РФ колеблется в районе 14-17 % от производства, а импорт составляет 10-12 % от потребления. При этом в отрасли происходит быстрое выбытие основных фондов (8,8 % в 1996 г. и 7,3 % в 1997 г.) при резком снижении темпов обновления — ввода в действие новых основных фондов.

Коэффициент обновления основных фондов в угольной промышленности, с 1970 по 1985 г. поддерживавшийся на уровне 11-11,5 %, упал к 1994 г. до 2 %, а затем колебался на уровне 2,3-2,4 %.

Надо отметить, что закрытие шахт и резкое сокращение добычи угля наблюдалось даже в таких регионах, где уголь является основным топливом для теплоэлектростанций и важнейшим ресурсом жизнеобеспечения населения, как, например, в Приморском крае или Амурской области.

Рис. 4-7. Добыча угля в Дальневосточном районе в РСФСР и РФ, млн.т.

Файл:4-7.gif

1 — в Приморском крае;

2 — в Амурской области

Результатом стал тяжелый топливный кризис в Приморье, ликвидированный с большим перерасходом средств.

Конструкционные материалы

Для крупных индустриальных держав производство стали традиционно рассматривается как важный показатель развития экономики. «Железо — фундамент цивилизации».

Сталь является основным конструкционным материалом для машиностроения, и по динамике ее потребления можно судить о развитии машиностроения и строительства, которые в свою очередь определяют инвестиционные возможности экономики. Динамика производства стали в РСФСР и РФ представлена на рис. 4-8.

Рис. 4-8. Производство стали в РСФСР и РФ, млн.т.

Файл:4-8.gif

За 70-е годы производство стали выросло на треть, а затем достигло максимума (94 млн т) в 1988 г. Начавшаяся в том же году перестройка экономической системы вызвала сокращение производства стали, которое приняло обвальный характер в 1991 г. К 1998 г. уровень производства снизился более чем в два раза (до 43,6 млн т). В 1999—2000 гг. наблюдалось некоторое оживление производства, хотя об устойчивой тенденции к росту говорить пока рано — в 2001 г. прироста производства стали не было.

Таким образом, производство стали в РФ за годы реформы резко сократилось и, по-видимому, стабилизируется на уровне, значительно более низком, нежели в 70-е годы. Кроме того, черная металлургия в большой мере стала работать на экспорт, так что для внутреннего потребления в народном хозяйстве России остается совсем немного стали. В 1996 и 1997 гг. ежегодный экспорт в страны вне СНГ железа и стали в слитках, полуфабрикатах и прокате составлял 20,5 млн т. — почти половину отечественного производства. В 1999—2000 гг. экспорт составлял около 23 млн тонн в год. Со странами СНГ экспорт и импорт были небольшими и примерно уравновешивались.

Столь малое количество стали, идущей на внутреннее потребление в отечественном хозяйстве, является очевидным и неоспоримым признаком того, что одним из главных результатов проводимой реформы стала деиндустриализация России.

На рис. 4-9 представлена динамика производства проката черных металлов. И здесь в результате реформы после 1989 г. объем производства упал к 1998 г. почти в два раза. Хотя положение несколько выправилось в 1999—2000 гг., стабилизация производства происходит на уровне, соответствующем началу 70-х годов.

Рис. 4-9. Производство готового проката черных металлов в РСФСР и РФ, млн. т.

Файл:4-9.gif

На такой металлургической базе существенного роста промышленности, транспорта и строительства ожидать не приходится. В 2001 г. прироста производства проката не наблюдалось.

Снижение вдвое производства рядовой стали и рядового проката уже отражает катастрофические изменения в промышленности большой страны. Однако еще более тяжелый удар нанесла реформа по производству специальных видов продукции черной металлургии — тех, которые обладают особенно высокими техническими качествами и во многом определяют технологический прогресс в отраслях-потребителях.

Науко- и техноемкие металлургические производства пострадали гораздо сильнее, чем традиционное массовое производство. Как пример на рис. 4-10 приведена динамика производства сортовой холоднотянутой стали. Это — необходимый для машиностроения высококачественный материал. Из него, например, производятся подшипники. Хотя в РСФСР к 80-м годам было создано крупномасштабное производство такой стали (в год свыше 2 млн т), потребности отечественного машиностроения еще удовлетворялись не полностью, и часть необходимой специальной стали импортировалась.

Рис. 4-10. Производство сортовой холоднотянутой стали, включая подшипниковую в РСФСР и РФ, тыс. т.

Файл:4-10.gif

В результате реформы к 1998 г. производство сортовой холоднотянутой стали сократилось в РФ в 8,4 раза.

Особо надо выделить производство чрезвычайно важного для современной промышленности материала — проката из нержавеющей стали. Это важное производство в ходе реформы парализовано почти полностью — его уровень упал с 1990 по 1998 г. примерно в 20 раз. Некоторый подъем производства в 1999—2000 гг. пока что не превратился в устойчивую тенденцию. Ход падения и стабилизации производства можно видеть в табл. 4-1.

Таблица 4-1. Производство проката из нержавеющей стали
Годы 1990 1992 1994 1996 1998 2000
Объем производства, тыс.т. 810 440 109 69,3 46,8 94,1

Резко, почти в 5 раз, снизилось с середины 80-х годов к 1998 году производство проката с упрочняющей термической обработкой (см. рис. 4-11). В 2000 г. производство слегка возросло и стабилизируется на очень низком уровне — в 2001 г. был даже спад производства на 4 %.

Рис. 4-11. Производство проката с упрочняющей термической обработкой в РСФСР и РФ, тыс. т.

Файл:4-11.gif

Необходимым для строительства высококачественным материалом является упрочненный сортовой арматурный прокат. Его производство на новых прокатных станах быстро наращивалось в РСФСР в 80-е годы. Этот процесс был резко прерван реформой, и производство этого материала стало безостановочно снижаться вплоть до 1998 г., после которого сохраняется на очень низком уровне. Динамика роста и падения производства представлена на рис. 4-12.

Рис. 4-12. Производство упрочненной сортовой арматурной стали в РСФСР и РФ, тыс. т.

Файл:4-12.gif

В принципе сходное положение сложилось и с производством других специальных металлических материалов, в том числе и таких, производство которых как раз предполагалось расширять в ходе модернизации промышленности. Например, увеличение выпуска современных автомобильных покрышек требовало повышения уровня производства металлокорда.

Оно быстро наращивалось и было увеличено за 80-е годы в два раза. Реформа вызвала обвальное падение производства, которое стало расти, лишь начиная с 1999 г. (см. рис. 4-13).

Рис. 4-13. Производство металлокорда в РСФСР и РФ, тыс. т.

Файл:4-13.gif

В условиях кризиса хрупкое социальное равновесие в России и поддержание, хотя бы на минимальном уровне, государственных расходов, в большой степени обеспечивается экспортом нефти и газа. А значит, обеспечивается работой нефте- и газодобывающей промышленности и больших трубопроводов — производственно-транспортной системы, созданной в советское время.

Для поддержания этой системы в рабочем состоянии, не говоря уж о ее развитии, требуются регулярные поставки большого количества труб. За 80-е годы в РСФСР было создано современное трубопрокатное производство. За годы реформы выпуск продукции резко упал. На рис. 4-14 показана динамика производства стальных труб. Несмотря на оживление производства после 1998 г., его объем в 2001 г. существенно ниже уровня 1970 г.

Рис. 4-14. Производство стальных труб в РСФСР и РФ, млн. т.

Файл:4-14.gif

Важным шагом вперед было создание производства труб с улучшенными техническими характеристиками — высокопрочных, а также труб больших диаметров с полимерными покрытиями. Масштабы выпуска таких труб резко возросли во второй половине 80-х годов. Это производство было резко свернуто или почти прекращено в ходе реформы. Динамика его показана на рис. 4-15 и 4-16.

Рис. 4-15. Производство труб нефтяного сортамента высокопрочных в РСФСР и РФ, тыс. т.

Файл:4-15.gif

Рис. 4-16. Производство труб сварных, больших диаметров с полимерными покрытиями в РСФСР и РФ, тыс. т.

Файл:4-16.gif

Надо подчеркнуть, что резкое сокращение производства стали в 90-е годы вовсе не сопровождалось расширением производства альтернативных конструкционных материалов. Одним из направлений технического прогресса в машиностроении и строительстве в последние десятилетия было снижение металлоемкости конструкций за счет замены стали пластмассами и особенно стеклопластиками. Развитие промышленности этих современных материалов и изделий из них было одной из приоритетных задач в научно-технической и промышленной политике СССР. Производство синтетических смол и пластмасс в РСФСР с 1970 по 1989 г. выросло в 2,7 раза. Затем, в результате реформы, произошел обвальный спад. Динамика его представлена на рис. 4-17.

Рис. 4-17. Производство синтетических смол и пластических масс в РСФСР и РФ, тыс. т.

Файл:4-17.gif

Положение начало выправляться после 1996 г., так что до настоящего времени наблюдается быстрый рост.

В производстве стеклопластиков спад оказался гораздо более глубоким — в 1997 г. его уровень упал по сравнению с достигнутым в 80-е годы в 7 раз. Оживление, наблюдаемое начиная с 1998 г., не столь значительно, как в производстве смол и пластмасс.

Рис. 4-18. Производство стеклопластиков и изделий их них в РСФСР и РФ, тыс. т.

Файл:4-18.gif

Таким образом, в ходе реформы в России произошло не только небывалое в истории падение производства конструкционных материалов, но и значительное ухудшение структуры их набора. Производство технически более совершенных и эффективных материалов и изделий из них пострадало гораздо сильнее, чем производство традиционной и рядовой продукции. Сокращение производства сопровождается техническим регрессом.

Машиностроение

Во время перестройки один из главных тезисов в новой хозяйственной политике заключался в том, что в советской экономике были недостаточны темпы развития машиностроения. Из-за этого в хозяйстве имел место перерасход ручного труда, людям приходилось работать в относительно тяжелых условиях, а отдача была меньше, чем в странах с более развитым машиностроением. Все это было верно — за истекший до 80-х годов период советское машиностроение не успело насытить хозяйство достаточным количеством машин необходимого технического уровня и ассортимента. Вопрос в том, куда повели дело реформаторы. Улучшила ли реформа обеспечение российского хозяйства машинами или ухудшила?

В ходе реформы происходила деградация гражданского машиностроения, производство в котором сократилось к 1999 г. по сравнению с 1991 г. в шесть раз (без учета производства легковых автомобилей).

В ходе развития отечественного машиностроения происходило, прежде всего, обеспечение хозяйства страны теми ключевыми видами машин и механизмов, которые брали на себя выполнение самых массовых трудоемких работ. Даже и на этих направлениях машиностроение не могло еще удовлетворить самые острые потребности хозяйства за очень короткий, по сравнению с промышленным Западом, срок советской индустриализации. Например, максимум, которого удалось достичь в РСФСР в насыщении сельского хозяйства тракторами, составил всего 12 машин на 1000 га пашни (1988) — при среднеевропейской норме 100—120 машин на 1000 га.

Начатая в 1990 г. реформа парализовала машиностроение России и за десять лет простоя производственных мощностей привела к его глубокой деградации. Крупные машиностроительные предприятия были расчленены, так что число предприятий за годы реформы выросло в 10 раз и колеблется на уровне 54-55 тысяч. Количество рабочих, занятых в отрасли, сократилось в 2,4 раза.

Рассмотрим динамику этого процесса на ряде примеров, выбирая для них именно ключевые (системообразующие) типы машин — те, от производства которых зависят целые отрасли хозяйства.

Первым таким типом машин можно считать те, которые создают энергетическую базу любого производства — обеспечивают его теплом, электричеством, механической силой. Одним из таких ключевых устройств, которыми машиностроение регулярно снабжало народное хозяйство, являются современные паровые котлы. Динамика их производства в РСФСР и РФ представлена на рис. 4-19.

Рис. 4-19. Производство паровых котлов производительностью свыше 10 т пара/час в РСФСР и РФ, тыс. т пара/час

Файл:4-19.gif

В течение 80-х годов ежегодно в среднем в России выпускалось паровых котлов (с производительностью свыше 10 тонн пара в час) суммарной мощности 45,6 тыс. тонн пара. К 1999 г. объем производства упал до 3,2 тыс. тонн — более чем в 14 раз. В 2000 г. он слегка вырос — до 3,8 тыс. т., что в 13 раз меньше, чем в 1980 году.

Второй важнейший тип энергетических машин — турбины. Динамика их выпуска показана на рис. 4-20.

Рис. 4-20. Производство турбин в РСФСР и РФ, млн. кВт

Файл:4-20.gif

Соответственно сокращению производства турбин снизился и выпуск генераторов к турбинам. После 1970 г. их ежегодный выпуск, вплоть до реформы, обеспечивал суммарную мощность около 13 млн квт. Он начал слегка снижаться в годы перестройки, а в 2000 г. составил суммарную мощность 200 тыс. квт, то есть в 65 раз меньше, чем в 70-80-е годы. В 2001 г. он слегка вырос — до 317 тыс. квт.

Резко сократился в годы реформы выпуск машин, которые статистика объединяет в категорию «электрические машины крупные». Этот процесс представлен на рис. 4-21.

Рис. 4-21. Производство электрических машин крупных в РСФСР и РФ, тыс. шт.

Файл:4-21.gif

В 6-7 раз уменьшилась по сравнению с 70-80-ми годами суммарная мощность выпускаемых ежегодно после 1996 г. двигателей переменного тока — с 20-21 млн квт до 3 млн квт. В 2000 г. производство частично восстановилось — до 5,7 млн квт.

Дизели и дизель-генераторы предназначены для автономного энергоснабжения в сельской местности и удаленных местах (геологоразведка, бурение и т. п.). Их выпуск отечественным машиностроением достиг максимума в середине 70-х годов, а затем, по мере все более полной электрификации хозяйства с питанием от стационарной сети стал снижаться, оставаясь, однако, на уровне производства 20-25 тыс. машин в год. В результате реформы он упал примерно в 10 раз по сравнению с 80-ми годами (см. 4-22).

Рис. 4-22. Производство дизелей и дизель-генераторов в РСФСР и РФ, тыс. шт.

Файл:4-22.gif

При этом надо подчеркнуть, что именно сейчас Россия втягивается в такое состояние, когда насущно необходимыми станут именно автономные источники энергоснабжения. Это связано не только с острой потребностью в возобновлении массированных работ по разведочному бурению (хотя бы на нефть и газ), но и с деградацией и разрушением стационарных сетей электроснабжения в сельской местности.

Важной системой больших машин являются машины, выполняющие наиболее трудоемкие работы в строительстве (дорожном, жилищном, капитальном и др.) — при выемке, перемещении и планировке грунта, подъеме тяжестей и т. д. Можно сказать в целом, что в этой подотрасли реформа нанесла отечественному машиностроению тяжелейший удар. Вместо той модернизации и обновления моделей, которые планировались начиная с середины 80-х годов, произошло свертывание и производства, и конструкторских разработок.

На рис. 4-23 показана динамика производства одной из главных массовых машин — экскаваторов. Уже к 1975 г. их производство в России вышло на стабильный уровень, позволяющий поддерживать хозяйственную деятельность страны с ее небольшим ежегодным приростом (около 3,5 % ВВП). Этот уровень составлял выпуск 25-27 тыс. экскаваторов в год. Что же произошло в результате реформы? Производство экскаваторов рухнуло обвально, опустившись до 2,6 тыс. в 1999 г. (3,4 тыс. в 2000 г.). При этом существенно уменьшилась средняя емкость ковша производимых экскаваторов — с 0,7 куб. м в 1990 г. до 0,55 во второй половине 90-х годов.

Рис. 4-23. Производство экскаваторов в РСФСР и РФ, тыс. шт.

Файл:4-23.gif

Отечественное производство экскаваторов стабилизируется на уровне, абсолютно не соответствующем масштабам страны и ее потребностей, а заместить свое производство импортом нереально из-за скудных валютных возможностей РФ. За 1996 и 1997 гг. импорт экскаваторов за вычетом экспорта составил 802 машины (около 2 % от дореформенного уровня отечественного производства), за 1999 и 2000 гг. импорт экскаваторов за вычетом экспорта составил 1083 машины.

Таким образом, когда будет израсходован ресурс парка экскаваторов, поставленных хозяйству в советское время, будут поневоле резко свернуты и так уже незначительные объемы земляных работ.

Главной большой машиной на строительстве зданий и сооружений являются башенные краны. Динамика их производства в России представлена на рис. 4-24. После того, как в середине 80-х годов было освоено производство кранов нового поколения и объем выпуска был вновь доведен до 2,5 тыс. кранов в год, началась реформа и произошел катастрофический спад производства, которое в 1996—1999 гг. было практически прекращено — в 2000 г. было выпущено 36 штук.

Рис. 4-24. Производство башенных кранов грузоподъемностью 5 т и выше в РСФСР и РФ, шт.

Файл:4-24.gif

Ненамного лучше обстоит дело и с производством кранов на автомобильном ходу — незаменимой массовой машины в строительстве и на транспорте. Начиная с середины 70-х годов в России поддерживался стабильный уровень их производства около 15 тыс. машин в год. В результате реформы это производство было практически свернуто, упав в 1998 г. до 1,1 тыс. Оно стало постепенно восстанавливаться начиная с 1999 г. Динамика процесса представлена на рис. 4-25.

Рис. 4-25. Производство кранов на автомобильном ходу в РСФСР и РФ, шт.

Файл:4-25.gif

Необходимыми для строительства машинами являются бульдозеры и грейдеры. Их производство понесло примерно такой же урон в результате реформы, как и производство кранов и экскаваторов. Динамика выпуска этих машин показана на рис. 4-26 и 4-27.

Рис. 4-26. Производство бульдозеров в РСФСР и РФ, тыс. шт.

Файл:4-26.gif

Рис. 4-27. Производство автогрейдеров в РСФСР и РФ, шт.

Файл:4-27.gif

При этом надо сказать, что импорт всех этих машин лишь в очень малой степени компенсирует спад производства. В 1996—2000 гг. было продано на экспорт 1461 из произведенных в РФ бульдозеров, а закуплено по импорту 1472. То есть превышение импорта над экспортом за пять лет составило всего 11 машин.

Вообще производство машин для строительства дорог понесло в годы реформы исключительно тяжелый урон.

Если в 1990 г. было выпущено 15,4 тыс. больших машин для дорожного строительства, то к 1996—1997 гг. их выпуск снизился до 1,2-1,3 тыс. Это производство перестало отражаться в публикуемой статистике.

Наконец, самой важной и самой массовой машиной, главным элементом всей технологической системы сельского хозяйства, базой для многих специализированных машин (экскаваторов, бульдозеров и др.) является трактор. Развитие, начиная с 30-х годов, мощного отечественного тракторостроения стало одним из важных условий выхода всего народного хозяйства СССР и РСФСР на уровень, соответствующий жизненным потребностям страны, — как в сфере производства, так и в обороноспособности.

Одним из важнейших результатов реформы 90-х годов, который будет иметь долговременный характер и окажет большое влияние на судьбы России и ее народов, является, несомненно, почти полная ликвидация отечественного тракторостроения. Смотрите рис. 4-28!

Рис. 4-28. Производство тракторов в РСФСР и РФ, тыс.шт.

Файл:4-28.gif

Свернуто производство даже тех машин, которые были любимым объектом пропаганды реформаторов, в пику «гигантомании плановой экономики» — производство минитракторов. В 1998 г. их было выпущено в 78 раз меньше, чем в 1993 г. — всего 100 штук на всю Россию (в 2000 г. 500 штук — в 16 раз меньше, чем в 1993 году).

Остановка отечественного производства тракторов лишь в малой степени компенсируется импортом из стран СНГ. Так, за 1996—1997 гг. в РФ было импортировано 18468 тракторов, экспортировано в СНГ 2956 — в РФ осталось, как превышение импорта над экспортом, 15,5 тыс. тракторов. В 2000 г. превышение импорта над экспортом еще меньше — около 13 тыс. тракторов.

Следует напомнить, что идеологи реформы в СССР и РСФСР загодя начали готовить общественное мнение к ликвидации отечественного тракторостроения. В СМИ и даже в научную литературу был запущен миф о том, что якобы колхозы и совхозы перенасыщены ненужными им тракторами, а их продолжают производить — вот он, дескать, абсурд плановой экономики. Реальность, однако, была такова: в 1988 г. на 1000 га пашни в РСФСР было 10,54 тракторов, в Польше 77, в Италии 144 и в Японии 476.

Заметим, что хотя обычно сельское хозяйство СССР сравнивали с США, в отношении тракторов большим подобием обладает Западная Европа. В СССР основное производство зерновых было сосредоточено в Европейской части, а большие равнинные пространства, подобные американским, имелись лишь в Казахстане. Тем не менее, в целом США имели в 1988 г. 34,4 трактора на 1000 га пашни — в три раза больше, чем СССР. Это огромная разница.

Перед началом сева 2001 г. Минсельхоз РФ доложил, что на 1 марта 2001 г. в сельском хозяйстве России имелось 514,4 тыс. исправных тракторов. В 1986 г. их было 1424 тыс. Сегодня оставшаяся техника работает на износ, который при столь высокой нагрузке ускорился.

Сходное положение возникло в результате реформы и в производстве зерноуборочных комбайнов. Оно было практически парализовано, оживление производства наметилось только в 2000—2001 гг. Динамика выпуска в России приведена на рис. 4-29.

Рис. 4-29. Выпуск зерноуборочных комбайнов в РСФСР и РФ, тыс. шт.

Файл:4-29.gif

Важнейшей машиной для всего народного хозяйства страны (как и для обороноспособности) является грузовой автомобиль. Особое значение он имеет в условиях России для сельского хозяйства. С конца 60-х годов производство грузовиков в РСФСР быстро росло и в середине 80-х годов вышло на уровень 700 тыс. машин в год. В ходе реформы произошло резкое падение производства — в 5 раз. В 1999—2000 гг. наблюдалось некоторое оживление производства, но в 2001 г. оно опять сократилось. Динамика его представлена на рис. 4-30.

Рис. 4-30. Производство грузовиков в РСФСР и РФ, тыс. шт.

Файл:4-30.gif

Примерно так же обстоит дело и с производством грузовых автомобилей с дизельными двигателями — их выпуск сократился примерно в 4 раза и составил в 2001 г. 43,5 тыс. штук.

Импорт грузовых автомобилей в очень малой степени компенсирует спад производства. Из стран вне СНГ импортируется 5-8 тыс. машин в год, из стран СНГ 8-12 тыс. при сравнимом по масштабам экспорте — в СНГ 8-9 тыс., в страны вне СНГ 4-5 тыс. машин в год.

В целом состояние производства сельскохозяйственной техники примерно такое же, как тракторов и комбайнов. Вот выводы доклада Министерства сельского хозяйства РФ «Научно-техническое развитие агропромышленного комплекса России» (Москва, 2000 г.) о положении в сельскохозяйственном машиностроении: «Объем товарной продукции на предприятиях отрасли сократился почти в 13 раз, в том числе по тракторостроению — в 10, по сельскохозяйственным машинам для растениеводства более чем в 14, по машинам и оборудованию для животноводства и кормопроизводства — в 38, по двигателестроению — в 8, по компонентам машин и запасным частям — в 17, а по использованию производственного потенциала — в 13-25 раз».

Надо подчеркнуть, что на фоне сокращения отечественного производства в РФ идет лоббирование иностранной техники. В 2000 г. импортные комбайны захватили 25 % российского рынка. Это несмотря на то, что, по данным «Ростсельмаша», средняя цена импортного комбайна на нашем рынке составляет 220000 долл., а российского — 50000 («Ведомости», 9 июля 2001).

Захват российского рынка зарубежными производителями техники сопровождается сильным идеологическим давлением, формированием отрицательного отношения к отечественным машинам, преувеличением их качественных недостатков при замалчивании важных для российской действительности достоинств.

Так, много говорится, например, что российские комбайны допускают повышенные, по сравнению с американскими аналогами, потери зерна при уборке. Это действительно так, но технические преимущества американских машин оплачены столь непропорционально большим завышением цены (более чем в 4 раза дороже отечественных аналогов), что массовые закупки этих машин становятся нереальными. Российское село может быть обеспечено только отечественными машинами. Их можно и нужно улучшать, но лишь на основе развития собственного машиностроения.

Что же касается потерь зерна, то следует учесть известные данные: на уборке урожая 2000 и 2001 гг. в Северо-Кавказском регионе были использованы арендованные у Турции американские комбайны (с их комбайнерами). В оплату за аренду и работу была отдана треть собранного этими комбайнами зерна. Таким образом, можно считать, что на российских полях американские комбайны допускают потери трети зерна — помимо того, что оставляют безработными российских комбайнеров. У отечественных комбайнов даже второго поколения, которые выпускались в 1972—1985 гг., потери зерна достигали 10-12 % [2].

Приведем данные еще о некоторых подотраслях машиностроения.

Уже говорилось, какое значение для смягчения нынешнего тяжелого положения России, а также для накопления средств для выхода из кризиса и будущего развития имеют добыча газа и нефти.

Однако в этих отраслях приближается критический период истощения тех месторождений, которые были разведаны и обустроены в советское время (в нефтедобывающей промышленности этот момент наступит позже, но столь же неминуемо, как и в газовой промышленности).

В обозримом будущем равноценной замены выводимым из эксплуатации или малопродуктивным скважинам не предвидится, так как с начала реформы происходило быстрое свертывание разведочного бурения на минеральные ресурсы.

Вести такую разведку мог только мощный государственный научно-производственный комплекс. Приватизация промышленных предприятий и демонтаж отраслевой научно-технической системы парализовали геологоразведку.

На рис. 4-31 представлена динамика глубокого разведочного бурения на нефть и газ, а на рис. 4-32 — на другие минеральные ископаемые. Хотя масштабы последнего на порядок меньше, чем разведочное бурение на нефть и газ, значение его столь же велико. Здесь объем бурения сократился в 30 раз.

Рис. 4-31. Глубокое разведочное бурение на нефть и газ в РСФСР и РФ, тыс. м.

Файл:4-31.gif

Рис. 4-32. Глубокое разведочное бурение на химическое сырье, минеральные и термальные воды в РСФСР и РФ, тыс. м.

Файл:4-32.gif

Многократно большие объемы бурения требуются при освоении разведанных месторождений.

До 1991 г. проведение этих работ было обеспечено тем, что Россия располагала высокоразвитым производством турбобуров.

Это производство было в полном смысле слова ликвидировано в первые же два года реформы, и к 1999 г. оно сократилось по сравнению со стабильным уровнем 80-х годов в 130 раз. Динамика этого процесса показана на рис. 4-33.

Рис. 4-33. Производство турбобуров в РСФСР и РФ, тыс. секций

Файл:4-33.gif

Скажем вкратце о транспортном машиностроении.

Одним из узких мест на транспорте всегда была нехватка товарных вагонов. После расчленения единого планового хозяйства СССР эффективность использования подвижного состава на железных дорогах значительно снизилась.

Если бы в целом не упал так резко объем производства, сегодня экономика испытывала бы исключительно резкий «голод», нехватку вагонов.

Нехватка вагонов остается скрытым ограничением возможностей развития хозяйства, поскольку их производство сильно упало и с 1998 г. остается на очень низком уровне. Если в конце 70-х годов в РСФСР за год производилось около 33 тыс. вагонов в год, то сейчас выпуск держится на уровне около 4 тыс. в год.

Лишь в 2001 г. он поднялся до 6,5 тыс. Экспорт и импорт вагонов носят нерегулярный характер и на положение дел не влияют. Так, в 2000 г. был экспортирован 2471 вагон, а закуплено за рубежом 1843. Динамика производства представлена на рис. 4-34.

Рис. 4-34. Производство грузовых магистральных вагонов, шт.

Файл:4-34.gif

Производство пассажирских вагонов в ходе реформы также испытало резкий спад (в 3,5 раза), однако после 1998 г. наблюдается его заметный рост (см. рис. 4-35).

Рис. 4-35. Производство пассажирских вагонов в РСФСР и РФ, шт.

Файл:4-35.gif

Экспорт и импорт пассажирских вагонов невелики. В 2000 году было экспортировано 110 вагонов, а импортировано — 25, то есть превышение экспорта над импортом составило 85 штук при объеме выпуска 797.

Отдельно стоит сказать о вагонах метрополитена. За годы реформы их производство упало более чем в 10 раз (см. рис. 4-36). Поскольку поступления этих машин по импорту нет, их недостаток ведет к перегрузке и быстрому износу имеющегося в метрополитенах Российской Федерации вагонного парка.

Рис. 4-36. Производство вагонов метрополитена в РСФСР и РФ, шт.

Файл:4-36.gif

В больших городах метрополитен является главным средством общественного транспорта и осуществляет массовые перевозки пассажиров, поэтому старение его материально-технической базы в скором времени создаст острые социальные проблемы.

В среднесрочной перспективе значительные трудности на железнодорожном транспорте могут возникнуть и из-за резкого сокращения производства тепловозов.

Рис. 4-37. Производство магистральных тепловозов в РСФСР и РФ, секций

Файл:4-37.gif

В 70-80-е годы ежегодный выпуск этих машин поддерживался на стабильном уровне около 70 секций. Уже в 1991 г. выпуск тепловозов упал до 39 секций, а затем стал очень нерегулярным, в среднем с производством 10-12 секций в год. В 2000 г. он поднялся до 21 секции, а в 2001 г. до 22 секций, но говорить об устойчивой тенденции к росту пока рано. Важно, что за десять лет реформ транспорт уже недополучил очень большое число тепловозов.

Важнейшей («системообразующей») для всего народного хозяйства отраслью машиностроения является станкостроение. Основу его составляет производство металлорежущих станков. Здесь в годы реформы произошел обвальный спад производства — более чем в 10 раз с конца 80-х годов. Динамика этого процесса представлена на рис. 4-38.

Рис. 4-38. Производство металлорежущих станков (включая станки для ремонтных мастерских сельского хозяйства) в РСФСР и РФ, тыс. шт.

Файл:4-38.gif

Нередко приходится слышать, что в СССР требовались крупные технологические сдвиги в металлообработке, переход от резания к более прогрессивным способам изготовления металлических изделий. А значит, не было нужды наращивать парк металлорежущих станков. Действительно, назревала технологическая модернизация металлообрабатывающего производства, но деградация станкостроения никак к модернизации привести не может. Столь крупные технологические сдвиги — длительный и сложный социальный процесс, связанный как с постепенной сменой типов оборудования, так и переучиванием работников.

Импорт металлорежущих станков из стран СНГ составил в 1997 г. 5 тыс. штук, а экспорт в страны СНГ — 2 тыс. штук. Импорт из стран вне СНГ в том же 1997 г. был равен 12,4 тыс. штук, а экспорт за рубеж СНГ — 2,6 тыс. штук. При том, что отечественное производство металлорежущих станков составляло тогда 9,4 тыс. штук, это означает, что на рынке РФ наряду с 4,8 тыс. станков отечественного производства находилось уже 17,4 тыс. импортных станков. В 2000 г. на российском рынке было 20,3 тыс. импортных станков против 3,8 тыс. станков отечественного производства.

То есть в ходе реформы отечественные производители оказались в большой степени вытеснены с рынка станков в РФ.

Особо надо сказать о производстве станков высокой и особо высокой точности, а также станков с числовым программным управлением (ЧПУ). Это — технологически наиболее передовая область станкостроения. В 80-е годы она быстро развивалась, так что к концу десятилетия в РСФСР 23 % выпускаемых металлорежущих станков были снабжены ЧПУ, а 11 % относились к категории станков высокой и особо высокой точности. Это производство понесло самый большой ущерб, как видно из рис. 4-39.

Рис. 4-39. Производство металлорежущих станков с ЧПУ в РСФСР и РФ, тыс. шт.

Файл:4-39.gif

Если в 1990 г. в РСФСР было выпущено 16,7 тыс. станков с ЧПУ, то в 1996—1999 гг. их выпуск составлял по 100 штук в год — в 167 раз меньше [3]. В 2000 г. производство таких станков выросло в два раза — на сотню штук — и составило 200 станков. В 2001 г. тенденция к росту сохранилась — было выпущено 257 станков с ЧПУ.

Следует подчеркнуть, что речь идет не просто об уменьшении числа выпускаемых станков с ЧПУ, но и о том, что более наукоемкое производство оказалось подорванным в наибольшей степени — при сокращении общего выпуска металлорежущих станков произошла не модернизация ассортимента, не снятие с производства устаревших типов, а, наоборот, технологический регресс — резко уменьшилась доля прогрессивной продукции в общем объеме производства.

Аналогично, доля станков высокой и особо высокой точности в общем объеме производства металлорежущих станков упала с 22,8 % (1989 г.) до 1,3 % в 1999 году.

Рис. 4-40. Удельный вес станков с числовым программным управлением в общем объеме производства металлорежущих станков в РСФСР и РФ,%

Файл:4-40.gif

Важным направлением модернизации металлообработки в 70-80-е годы была замена резания другими способами обработки — ковкой и прессованием.

С этой целью быстро развивалось производство в РСФСР кузнечно-прессовых машин. С середины 80-х годов выпуск этих машин стал снижаться, а в годы реформы это направление было практически свернуто, и производство машин резко упало — почти в 40 раз. Оживления его не наблюдается до настоящего времени. Динамика этого процесса показана на рис. 4-41. Надо подчеркнуть, что за время реформы был практически прекращен выпуск кузнечно-прессовых машин самого высокого технологического уровня — с числовым программным управлением. В 1990 г. в РСФСР было произведено 370 таких машин, а в 1997 г. в РФ — 3 штуки, в 1998 — 4 шт., а в 1999 г. — 1 штука. В 2000 г. производство несколько выросло — до 5 штук.

Рис. 4-41. Производство кузнечно-прессовых машин в РСФСР и РФ, тыс. шт.

Файл:4-41.gif

В результате реформы была разрушена важная наукоемкая отрасль машиностроения, предназначенная для разработки и производства автоматических и полуавтоматических линий для металлообработки и машиностроения. К 1985 г. отечественная промышленность вышла на уровень производства 754 комплекта линий, максимума их выпуск достиг в 1987 г. (802 комплекта), а с 1991 г. началось обвальное снижение выпуска. В 1996 и 1997 гг. он составил 29 и 30 комплектов.

Рассмотрим пару примеров из области машиностроения для легкой промышленности. Самое массовое производство в ней — текстильное. В нем две главные операции — прядение и ткачество.

В 70-е годы в РСФСР производилось около 3,5 тыс. прядильных машин в год. Машин улучшенного типа выпускалось в 80-е годы около 2,2 тыс. в год.

С середины 80-х годов ожидалась очередная модернизация этих машин. Однако начавшаяся реформа привела просто к свертыванию производства — выпуск прядильных машин упал к 1998 г. до 3 штук в год!

Спад производства в тысячу раз означает, по сути дела, его ликвидацию.

Заметных изменений не происходит и в самые последние годы (рис. 4-42). Машиностроительное производство, практически остановленное 15 лет назад, потребует для своего возрождения огромных средств. Но отказ от отечественного производства столь массовых машин и переход на их импорт обойдется еще дороже.

Рис. 4-42. Производство прядильных машин в РСФСР и РФ, шт.

Файл:4-42.gif

Судьба производства ткацких станков аналогична. Наивысшего уровня их выпуск достиг в середине 70-х годов, в ходе модернизации текстильной промышленности. В 80-е годы сохранялся почти стабильный уровень производства — 20-22 тыс. штук в год.

Выпуск ткацких (рис. 4-43) станков за годы реформы упал в 180 раз, и восстановления этого производства не наблюдается.

Рис. 4-43. Производство ткацких станков в РСФСР и РФ, тыс. шт.

Файл:4-43.gif

Особенно резко сократилось в ходе реформы производство наукоемких изделий и приборов. Поскольку состояние этих производств во многом предопределяет безопасность страны, ссылки на то, что отечественные изделия не выдерживают конкуренции импортных образцов, несостоятельны — поддерживать производственный потенциал таких отраслей приходится независимо от рентабельности. Так, по сравнению с 1990 г. в 2000 г. сократилось производство персональных ЭВМ в 12 раз, радиоприемных устройств в 15 раз, магнитофонов в 897 раз, телевизоров в 4 раза.

Отечественная промышленность обеспечивала массовый спрос на телевизоры вполне приемлемого качества при низкой цене и отправляла значительную часть продукции на экспорт.

Рис. 4-44. Производство телевизоров в РСФСР и РФ, тыс. шт.

Файл:4-44.gif

Решение демонтировать ее вместо того, чтобы улучшить качество (в том числе за счет кооперации с зарубежными фирмами, импорта некоторых компонентов, например, кинескопов), не может быть объяснено разумными экономическими соображениями.

С середины 90-х годов наблюдалась тенденция к сокращению как экспорта, так и импорта телевизоров. Но если экспорт по сравнению с 1997 г. в 2000 г. уменьшился в 40 раз, то импорт — в 2 раза. При этом превышение импорта над экспортом растет непрерывно — в 1997 году оно равнялось 397 тыс. телевизионных приемников, а в 2000 г. уже 609 тыс.

Химическая промышленность

Реформа в разной степени повлияла на различные подотрасли химической промышленности. В целом отрасль испытывает тяжелый кризис. Произошло дробление крупных, связанных единой технологической цепочкой химических комбинатов. С 1980 по 1990 г. число химических предприятий в РФ увеличилось с 579 до 591 — за счет строительства новых заводов. В 1997 г. в РФ действовало 7187 отдельных предприятий. В РСФСР химическая промышленность имела высокий уровень фондовооруженности, фондоотдачи и рентабельности. Еще в 1992 г. уровень рентабельности продукции в этой отрасли составлял 59,6 %, а к 1997 г. он упал до 2,8 %.

Однако для энергоемкой химической продукции был открыт зарубежный рынок (экспорт ее может рассматриваться как скрытый экспорт энергоносителей). Такими продуктами являются металлы (особенно алюминий), а в химии — удобрения. Возможности экспорта позволили избежать катастрофического спада и в производстве самых массовых продуктов тяжелой химии — серной кислоты и кальцинированной соды. Сокращение их выпуска составило два-два с половиной раза. Начиная с 1999 г. наблюдается рост производства. Динамика приведена на рис. 4-45 и 4-46.

Рис. 4-45. Производство серной кислоты в моногидрате в РСФСР и РФ, млн. т.

Файл:4-45.gif

Рис. 4-46. Производство кальцинированной соды (без поташа) в РСФСР и РФ, тыс. т.

Файл:4-46.gif

Рассмотрим положение дел, которое сложилось в ходе реформы в производстве и использовании минеральных удобрений. Динамика производства представлена на рис. 4-47.

Рис. 4-47. Производство минеральных удобрений (в пересчете на 100 % питательных веществ) в РСФСР и РФ, млн. т.

Файл:4-47.gif

Сколько же удобрений из произведенного количества остается для внутреннего потребления в РФ? В 1996 г. на экспорт вне стран СНГ было отправлено минеральных удобрений брутто-весом 11,8 млн т.

Среднее содержание питательных веществ в минеральных удобрениях в 1996 г. составляло 42 %. Таким образом, в страны вне СНГ было продано 5 млн т удобрений (в пересчете на 100 % питательных веществ) или 51 % от производства. В страны СНГ было продано всего 280 тыс. т. удобрений.

За 2001 г. в страны вне СНГ было экспортировано 21,0 млн т. удобрений со средним содержанием питательных веществ 47 %. Это эквивалентно 69 % годового производства. Таким образом, большая часть действующего химического производства работает на внешний рынок — хотя, даже работая на полную мощность в конце 80-х годов, промышленность минеральных удобрений далеко не полностью удовлетворяла еще потребности отечественного сельского хозяйства.

В производстве синтетических волокон и нитей, динамика которого показана на рис. 4-48, спад гораздо больше.

Рис. 4-48. Производство синтетических волокон и нитей в РСФСР и РФ, тыс. т.

Файл:4-48.gif

Это — пример тех секторов, продукция которых интересует иностранных покупателей в меньшей степени, чем энергоемкая и экологически неблагоприятная продукция типа минеральных удобрений.

Выше, на рис. 4-17, была приведена динамика производства синтетических смол и пластмасс. Еще хуже положение с производством магнитной ленты. Потребность в ней велика, и в 80-е годы в РСФСР было налажено крупное производство. Его можно было совершенствовать, приобрести улучшенную технологию и т. д. Вместо этого в годы реформы это производство было просто ликвидировано, и отечественный рынок целиком отдан зарубежным производителям. Динамика этого процесса представлена на рис. 4-49.

Рис. 4-49. Производство магнитной ленты в 6,25-мм исчислении в РСФСР и РФ, млн. м.

Файл:4-49.gif

Производство потребительских товаров

Хотя идеологическим обоснованием рыночной реформы в большой мере служила концепция структурной перестройки экономики со сменой приоритетов в сторону повышения доли отраслей, производящих потребительские товары, на деле именно они понесли во время реформы самый тяжелый урон. Они в меньшей степени, нежели энергоемкое и экологически более грязное производство тяжелой промышленности, могли рассчитывать на получение своей ниши на мировом рынке.

Конкурировать с массовым производством дешевого ширпотреба в Китае и странах Юго-Восточной Азии для российской легкой промышленности было нереально. Либерализация внешней торговли неизбежно вела к свертыванию отечественного производства.

Наиболее массовым производством в легкой промышленности является текстильное. Производство тканей было довольно хорошо развито уже в дореволюционной России, и целые области (например, Ивановская) специализировались в текстильной промышленности.

После 1970 г. в РСФСР наблюдался небольшой устойчивый прирост выпуска тканей при уже весьма высоком уровне производства. Реформа вызвала тяжелый кризис всей отрасли, производство к 1996 г. упало в 6 раз. Оживление началось после 1998 г., но пока трудно сказать, на каком уровне стабилизируется производство. Динамика процесса приведена на рис. 4-50.

Рис. 4-50. Производство тканей всех видов в РСФСР и РФ, млн.кв.м.

Файл:4-50.gif

Самым крупномасштабным в текстильной промышленности является производство хлопчатобумажных тканей. В конце 80-х годов оно вышло в РСФСР на уровень выпуска 5,8 млрд кв. м. ткани в год.

Рис. 4-51. Производство хлопчатобумажных тканей в РСФСР и РФ, млн. кв. м.

Файл:4-51.gif

Реформа вызвала резкое падение производства — к 1996 г. почти в 6 раз. Его заметный рост произошел в 1999—2001 г. — однако всего лишь до уровня, составляющего 40 % от уровня производства 1970 г. Это совершенно не соответствует ни масштабам потребности страны, ни масштабам созданной в РФ производственной базы.

Можно было ожидать, что ввиду трудностей с получением хлопка после развала СССР будет оказана поддержка производству льняных тканей, работающему на сырье, получаемом в нечерноземных областях Центральной России. Этого, однако, не произошло, и выпуск льняных тканей упал в ходе реформы более чем в 6 раз. В самые последние годы здесь не наблюдается даже такого прироста производства, как для хлопчатобумажных тканей.

Рис. 4-52. Производство льняных тканей в РСФСР и РФ, млн.кв.м.

Файл:4-52.gif

Примерно такой же эффект оказала реформа и на другие подотрасли текстильной промышленности, резко упало производство и шерстяных, и шелковых тканей. В отличие от хлопчатобумажных тканей, здесь и в 2001 г. не наблюдалось устойчивого роста.

Рис. 4-53. Производство тканей в РСФСР и РФ, млн. кв. м.

Файл:4-53.gif

1 — шерстяные ткани;

2 — шелковые ткани

Катастрофа произошла с производством ковров и ковровых изделий. По сравнению с концом 80-х годов здесь производство к 1997 г. упало в 17 с лишним раз. После краткого оживления в 1998—2000 г. оно в 2001 г. вновь сократилось. Взамен отечественного производства в РФ ежегодно импортируется ковровых изделий на 20-30 млн долларов. Динамика производства представлена на рис. 4-54.

Рис. 4-54. Производство ковров и ковровых изделий в РСФСР и РФ, млн. кв. м.

Файл:4-54.gif

Столь же резко свернуто отечественное производство кожаных товаров. Кожа в основном стала экспортироваться в виде кожевенного сырья, а взамен стало импортироваться значительное количество одежды из кожи. Фактически речь идет о ликвидации целых отраслей легкой промышленности, которые в 80-е годы удовлетворяли основные потребности населения.

Рис. 4-55. Производство кожтоваров в РСФСР и РФ, млн. кв. дм.

Файл:4-55.gif

1 — хромовые кожтовары;

2 — юфтевые кожтовары.

Мы не можем привести здесь динамику производства даже главных потребительских товаров — номенклатура их слишком велика. В общем, судьба всех этих производств схожа — исключением является производство дорогих товаров, предназначенных для удовлетворения платежеспособного спроса сравнительно узкого слоя «благополучного» населения.

Однако и это производство по масштабам невелико ввиду того, что в этой среде покупателей более престижным является приобретение импортных товаров. Приведем примеры производства товаров массового спроса.

Отечественная обувная промышленность парализована, и никаких признаков ее оживления нет. С 1970 по 1990 гг. в РСФСР поддерживался стабильный уровень производства 350—380 млн пар в год. Конкретно в 1990 г. выпуск составил 385 млн пар, к 1997 г. он упал до 33 млн и держится на этом уровне (2001 г. — 32,2 млн пар).

К другой части спектра потребностей относится спортивная обувь. И здесь положение не лучше — за годы реформы отечественное производство спортивной обуви сократилось в 20 раз. Какая-то часть состоятельной молодежи покупает импортные товары, какая-то донашивает советские остатки, но все большая и большая часть населения просто исключает из своих потребностей спортивные туфли и лыжные ботинки. Доступных отечественных нет, импортные не по карману. Так наш народ по образу жизни разделяется на два резко различных класса.

Совершенно исключительной по своим социальным последствиям является практическая ликвидация отечественного производства детской обуви. Этот товар массового спроса производился в конце 80-х годов в масштабе более 170 млн пар в год. К 1998 г. произошел спад до уровня 5,8 млн пар — в 30 с лишним раз. В 2001 г. выпуск детской обуви подрос несущественно — до 7,8 млн пар.

Импорт не способен компенсировать этот спад — в 1997 г. всего было импортировано 20 млн пар кожаной обуви, в 1998 г. — 6 млн, в 1999 году — 4 млн, в 2000 году — 7,2 млн пар. Из них детская обувь составляет очень небольшую часть. Динамика производства детской обуви дана на рис. 4-56.

Рис. 4-56. Производство детской обуви в РСФСР и РФ, млн.пар

Файл:4-56.gif

1 — обувь до 24 размера включительно (левая шкала);

2 — обувь спортивная (правая шкала).

Однако кроме того надо отметить и тот факт, что в России были существенно иные традиции изготовления детской обуви, чем на Западе (например, в отличие от западных производителей, отдавалось предпочтение кожаной подошве).

Производство многих важнейших товаров для детей почти полностью прекращено в результате реформы. Пример — производство детских платьев и сорочек, где произошел спад выпуска продукции в 50-60 раз, и это при наличии хорошо налаженного производства и неудовлетворенного общественного спроса (динамика производства приведена на рис. 4-57).

Рис. 4-57. Производство детских платьев и сорочек в РСФСР и РФ, млн. шт.

Файл:4-57.gif

1 — платья;

2 — Сорочки верхние.

Меньшим был спад производства детских трикотажных изделий, в 22,7 раза к 1998 г. (рис. 4-58).

Рис. 4-58. Производство детских трикотажных изделий в РСФСР и РФ, млн. шт.

Файл:4-58.gif

Обращает на себя внимание крутизна спада в 1991—1992 гг. и тот факт, что и в самые последние годы существенного роста выпуска этой продукции не происходит.

Примерно так же повлияла реформа на производство детских пальто — как меховых, так и из текстильных материалов (рис. 4-59).

Рис. 4-59. Производство детских пальто в РСФСР и РФ, тыс. шт.

Файл:4-59.gif

1 — пальто, полупальто (левая шкала);

2 — пальто из натурального меха (правая шкала).

По сравнению с концом 80-х годов выпуск пальто и полупальто сократился в 140 раз и продолжает снижаться даже в 2001 г., производство шубок и пальто из натурального меха — в 7-8 раз.

Можно утверждать, что в настоящее время основная масса детей в РФ, как особый контингент потребителей, «вытеснена с рынка».

Приведем данные о производстве других потребительских товаров и влиянии на него рыночной реформы. Вот производство стиральных машин (рис. 4-60).

Рис. 4-60. Производство стиральных машин в РСФСР и РФ, тыс. шт.

Файл:4-60.gif

В 70-е годы наблюдался спад их производства вследствие перехода к изготовлению машин нового поколения — автоматических. Затем к концу 80-х годов производство вышло на уровень 5,5 млн штук в год. В ходе реформы к 1996 г. произошло сокращение более чем в 7 раз. Вместо повышения качества под влиянием рыночной конкуренции произошла ликвидация отечественного производства. Существенного роста производства не происходит и в последнее время.

В 80-е годы в РСФСР было создано крупное производство вполне современных синтетических моющих средств. Оно еще не вполне удовлетворяло потребность, так что его продукцию приходилось дополнять импортом, однако отечественная промышленность уже в основном обеспечивала надежный минимум.

Рис. 4-61. Производство синтетических моющих средств в РСФСР и РФ, тыс. т.

Файл:4-61.gif

В первые же годы реформы произошел спад этого производства в два с лишним раза — на уровень ниже 1970 г. В последние годы производство восстанавливается, в основном, уже под торговыми марками иностранных компаний.

Очень важным в условиях России предметом является велосипед. При малой плотности шоссейных дорог для десятков миллионов человек, проживающих в сельской местности, велосипед служит важным средством передвижения. Здесь он стал необходимым техническим устройством, элементом современного образа жизни.

Для молодежи и подростков велосипед — и средство общения, и спортивный инвентарь, и первое сложное изделие, вводящее в мир техники.

В 80-е годы производство велосипедов (без детских) вышло на уровень более 3 млн штук в год и продолжало расти до 1990 г. включительно.

С началом реформы начался спад, который достиг нижней точки в 1996 г., когда выпуск велосипедов упал по сравнению с 1990 г. более чем в 10 раз.

Динамика производства велосипедов представлена на рис. 4-62.

Рис. 4-62. Производство велосипедов в РСФСР и РФ, тыс. шт.

Файл:4-62.gif

Примечание: с 1970 по 1985 г. приведены данные производства вместе велосипедов и мопедов. Это несущественно, так как мопедов в этот период изготавливалось порядка 5 % от числа велосипедов.

Еще глубже был спад в производстве детских велосипедов. Это видно на рис. 4-63

Рис. 4-63. Производство детских велосипедов в РСФСР и РФ, тыс. шт.

Файл:4-63.gif

Примерно то же самое можно сказать о мотоцикле. Отличие его от велосипеда в том, что это уже серьезное транспортное средство, требующее от человека весьма сложных знаний и умений и высокой ответственности. Будучи предметом массового использования, мотоцикл сыграл в России важную роль в формировании современного молодого человека и современного образа жизни.

Рис. 4-64. Производство мотоциклов и мотороллеров в РСФСР и РФ, тыс. шт.

Файл:4-64.gif

В РСФСР было создано производство мотоциклов с годовым выпуском более 800 тыс. машин в год. В результате реформы это производство практически ликвидировано. Импорт мотоциклов незначителен.

Как предмет широкого пользования мотоцикл исчезает из обихода, что скажется на образе жизни менее обеспеченного большинства населения.

Одной из важных потребностей человека в современном обществе, особенно подростков и молодежи, является занятие спортом. Этот вид занятий даже является обязательным в системе среднего и высшего образования. Для большинства видов спорта необходимым условием таких занятий служит обладание определенными техническими средствами — лыжами, коньками и клюшкой, ракеткой и т. д. Поэтому производство спортивных товаров давно уже стало важной отраслью промышленности.

Реформа погрузила большинство предприятий этой отрасли в глубокий кризис, в результате которого производство многих видов товаров практически прекращено. В качестве примеров на рис. 4-65 и 4-66 приведена динамика производства некоторых из таких товаров.

Рис. 4-65. Производство лыж и хоккейных клюшек в РСФСР и РФ

Файл:4-65.gif

1 — лыжи, тыс.пар;

2 — хоккейные клюшки, тыс.шт.

Рис. 4-66. Производство детских лыж (1) и ракеток (2) для настольного тенниса в РСФСР и РФ, тыс. шт.

Файл:4-66.gif

Важной отраслью является также мебельная промышленность. В РСФСР было не только налажено массовое производство доступной по цене мебели приемлемого качества, но и происходило явное улучшение продукции. Это массовое производство в результате реформы было резко сокращено или свернуто.

Для примера приведена динамика производства стульев и кресел, а также кроватей. Спад производства и тех, и других — примерно в 7 раз.

Рис. 4-67. Производство стульев и кресел в РСФСР и РФ, млн. шт.

Файл:4-67.gif

Рис. 4-68. Производство кроватей деревянных в РСФСР и РФ, тыс. шт.

Файл:4-68.gif

В число потребительских товаров следует, с некоторой натяжкой, включить и пиломатериалы. Они учитываются в статистике как строительные материалы, однако значительная их часть используется непосредственно гражданами не в производственной деятельности, а в потреблении — строительстве дач, садовых домиков и др.

Хотя РСФСР являлась крупным производителем пиломатериалов, и эту прибыльную отрасль реформа привела в глубокий упадок — производство снизилось в 5 раз. Динамика его представлена на рис. 4-69.

Рис. 4-69. Производство пиломатериалов в РСФСР и РФ, млн. м3.

Файл:4-69.gif

Наконец, упомянем такие товары массового употребления, как электрические плитки и чайники.

С их производством вполне справлялась отечественная промышленность, которая, к тому же, начала модернизироваться в процессе конверсии ВПК. Однако даже это незаметное и нужное производство, спокойно удовлетворявшее обыденные потребности всего населения, было подавлено реформой.

На рис. 4-70 и 4-71 приведена динамика производства этих товаров.

Рис. 4-70. Производство электроплиток в РСФСР и РФ, тыс. шт.

Файл:4-70.gif

Рис. 4-71. Производство электрочайников в РСФСР и РФ, тыс. шт.

Файл:4-71.gif

Строительство

Наряду с машиностроением строительство определяет возможности развития экономики. Эта сфера производства тесно связана с промышленностью, которая обеспечивает ее машинами, строительными материалами и энергией. Выше уже были приведены рис. 4-23 — 4-27, которые показывают, как в ходе реформы сократилось производство важнейших машин для строительства — экскаваторов, башенных кранов, бульдозеров, грейдеров и др.

Здесь кратко осветим положение дел в производстве строительных материалов. Одним из важнейших является цемент. Динамика его производства представлена на рис. 4-72.

Рис. 4-72. Производство цемента в РСФСР и РФ, млн. т.

Файл:4-72.gif

Производство цемента быстро увеличивалось в 70-е годы и вышло на стабильный уровень с регулярным приростом, достигнув в середине 80-х годов отметки 85 млн тонн в год. Затем, с началом реформы, производство цемента стало падать (в 3 раза), и его оживление наблюдается лишь в последние годы.

Резко, более чем в пять раз, сократилось в ходе реформы к 1998 г. производство сборных железобетонных конструкций (рис. 4-73).

Рис. 4-73. Производство сборных железобетонных конструкций и изделий в РСФСР и РФ, млн. куб. м.

Файл:4-73.gif

Заметного роста этой продукции не наблюдается и в самые последние годы.

Поразительно резко, в 6 раз всего за один год реформы (1992 г.), было обрушено производство асбоцементных труб — необходимого материала для строительства. Этот результат показан на рис. 4-74.

Рис. 4-74. Производство асбестоцементных труб и муфт в РСФСР и РФ, тыс. км условных труб

Файл:4-74.gif

В 70-е годы вышло на стабильный уровень производство оконного стекла. Страна обладала хорошо налаженным экономичным отечественным производством необходимого материала вполне хорошего качества. Реформа его почти задушила — уровень производства упал в 4 раза (см. рис. 4-75).

Рис. 4-75. Производство оконного стекла в РСФСР и РФ, млн. м 2 в натуральном исчислении

Файл:4-75.gif

Производство керамических фасадных плиток сократилось в 7 раз. В 2,5 раза сократилось производство строительного кирпича. Более чем в три раза (с 300 млн м3 в 1990 г. до 91 млн м3 в 1997 г.) снизилось производство щебня и гравия, а в целом производство нерудных строительных материалов сократилось более чем в четыре раза (с 713 млн м3 в 1990 г. до 168 млн м3 в 1997 г.).

Это состояние производства главных материалов для строительства наглядно показывает, что не только никакого «строительного бума», миф о котором создают некоторые СМИ, не могло произойти в РФ в ходе реформы, но удержать даже крайне низкий планируемый в федеральном бюджете уровень капитального строительства оказалось невозможным.

Плохо обстоят дела и со строительством даже наиболее привлекательных с точки зрения экономической отдачи объектов, отобранных на конкурсах и создаваемых при государственной финансовой поддержке. Это видно из табл. 4-2.

Положение принципиально не изменилось и в самые последние годы. В соответствии с Федеральной адресной инвестиционной программой, в 2001 г. должно было быть введено в строй 525 строек. Из них введено в эксплуатацию 72 стройки, в том числе 55 — на полную мощность и 17 — частично.

Спад в строительстве есть результат сочетания двух процессов — общего экономического кризиса, вызванного реформой и обусловившего резкое сокращение инвестиций и заказов на строительство, и деградации самой отрасли и системы ее материально-технического обеспечения.

В ходе реформы не происходило воспроизводства материально-технической базы строительства, обновления ее основных фондов. А значит, с каждым годом стоимость строительства возрастала, что еще больше снижало возможности инвестиций и создавало порочный круг.

Как был парализован процесс обновления основных фондов в строительстве, видно из рис. 4-76  [4].

Рис. 4-76. Ввод в действие основных фондов в строительстве в РСФСР и РФ, в % к 1969 г., в сопоставимых ценах.

Файл:4-76.gif

(Данные с 1990 по 1997 г. получены пересчетом из % к предыдущему году, в сопоставимых ценах)

В 1997 г. объем введенных в действие основных фондов строительства был вдвое меньше, нежели в 1971 г., — притом что за последние тридцать лет материально-техническая база отрасли многократно расширилась. Следовательно, при таком малом количестве вводимых в действие новых основных фондов темпы модернизации во много раз ниже, нежели в начале 70-х годов.

Таблица 4-2. Ввод в действие объектов по инвестиционным коммерческим высокоэффективным проектам-победителям конкурсов в 1995—1997 гг., по которым осуществляется государственная поддержка за счет средств федерального бюджета
Число объектов, предусмотренных к вводу ведено
на полную мощность частично
Всего 350 31 21
В том числе по комплексам:
Топливно-энергетический 1 - -
Машиностроительный 41 3 12
Металлургический 19 1 3
Химико-лесной 46 5 2
Строительный 46 8 1
Агропромышленный 151 12 3
Транспорт и связь 5 1 -
Социальный 15 - -
Другие 26 1 -

В результате в ходе реформы в структуре основных фондов строительства резко сократилась доля активной части — машин, оборудования и транспортных средств. В 1990 г. они составляли 60 % балансовой стоимости основных фондов, а в 1995 г. только 32 % — и удерживаются на этом уровне.

В отрасли в ходе реформы резко снизилась степень использования основных фондов, большие производственные мощности строительства стали простаивать незагруженными и деградировать.

Масштабы омертвления основных фондов видны из табл. 4-3.

Результатом реформы в строительстве, с точки зрения удовлетворения общественных потребностей, был резкий спад жилищного строительства. Этот спад, представленный на графике рис. 4-77, является одним из самых наглядных и драматических следствий рыночной реформы.

Рис. 4-77. Ввод в действие жилья в РСФСР и РФ (кв. м на 1000 человек населения)

Файл:4-77.gif

Уже в 70-е годы в РСФСР поддерживался очень высокий уровень строительства жилья, и он даже повысился в годы перестройки. За пятилетку 1986—1990 гг. было введено в действие 343,4 млн м2 жилья, а за пятилетку 1996—2000 гг. — 159,7 млн м2.

Рис. 4-78. Строительство жилья в РСФСР и РФ предприятиями и организациями всех форм собственности, тыс. квартир

Файл:4-78.gif

Таблица 4-3. Процент использования производственных мощностей по выпуску отдельных видов строительных материалов
1990 1995 1996 1997 2000
Цемент 93 45 36 36 44
Стеновые материалы 81 50 41 38 48
Конструкции и изделия сборные железобетонные 77 32 24 20 28
Панели и конструкции для крупнопанельного домостроения 74 29 17 11 -
Листы асбестоцементные (шифер) 90 34 27 27 41
Материалы мягкие кровельные 80 38 30 30 40
Плитки керамические для полов 90 50 51 54 -
Плитки керамические фасадные 91 46 28 32 -
Материалы строительные нерудные 91 52 45 43 56
Пористые заполнители 76 34 24 21 -
Пиломатериалы, млн. куб. м 69 31 28 27 -
Блоки дверные 72 26 18 14 -
Блоки оконные 65 31 23 19 -

Надо отметить, что в строительстве жилья произошла ориентация на удовлетворение потребности именно зажиточной части населения. Это выразилось в значительном увеличении среднего размера построенных квартир — с 54,4 м2 в 1985 г. до 61 м2 в 1992 г. и 76 м2 в 1997 г.

За годы реформы количество построенных за год квартир снизилось почти в 3,5 раза — жилье получили в 3,5 раза меньше семей.

Вторым существенным изменением стало резкое выделение Москвы (и, в меньшей мере, Московской области) как «островка благополучия» в жилищном строительстве на фоне общего для России кризиса, в том числе и во «второй столице», Санкт-Петербурге.

Если с 1985 по 1991 г. жилищное строительство в среднем по РСФСР велось в стабильном темпе, а в Москве даже сокращалось после «бума» 70-х и начала 80-х годов, то в ходе реформы положение резко изменилось.

Это видно на рис. 4-79 и 4-80. По сравнению с 1990 г. число построенных квартир в расчете на 1000 человек по РФ в среднем сократилось в 2,7 раза, в Приморском крае в 5,7 раз, а в Москве выросло на 18 %.

Рис. 4-79. Ввод в действие жилых домов в Москве и Московской области в сравнении с Россией в целом, в % к 1985 году

Файл:4-79.gif

1 — ввод в действие жилых домов в Российской Федерации в целом;

2 — ввод в действие жилых домов в Москве и Московской области

Рис. 4-80. Ввод в действие жилых домов в Центральном районе России, тыс. м 2 общей площади

Файл:4-80.gif

1 — ввод в действие жилых домов в Центральном районе за исключением Москвы и Московской области;

2 — ввод в действие жилых домов в Москве и Московской области

Особенно разительным становится контраст между Москвой и ее ближайшим окружением — Центральным районом России, в который входят 12 центральных областей и г. Москва.

В целом гораздо более глубоким был спад в строительстве других, нежели жилье, объектов социально-культурного назначения. Как обстоит дело со строительством детских учреждений и объектов здравоохранения, говорилось выше (см. рис. 1-5 и 1-12). Здесь приведем данные о некоторых категориях учреждений культуры.

Так, в ходе реформы резко сократилось строительство зданий для высших учебных заведений.

Особенно широкое строительство зданий для вузов велось в 70-е годы (в 1975 г. было введено в строй 518 тыс. м2), но и в 80-е годы вплоть до реформы поддерживался довольно высокий темп ввода в действие новых помещений. Это строительство несколько оживилось в самые последние годы, но ведется в небольших масштабах.

Рис. 4-81. Ввод в действие высших учебных заведений в РСФСР и РФ, тыс. м 2 общей площади учебно-лабораторных зданий

Файл:4-81.gif

Резко сократилось строительство объектов системы образования. В частности, для модернизации производства необходимо обновление подготовки кадров рабочих специальностей, а значит, строительство сети ПТУ и других учреждений начального профессионального образования. Между тем строительство таких зданий в годы реформы практически прекращено (динамика этого процесса приведена на рис. 4-82).

Рис. 4-82. Ввод в действие учреждений начального профессионального образования в РСФСР и РФ, тыс. мест

Файл:4-82.gif

Еще больше сократилось строительство зданий для средних специальных учебных заведений — в 6 раз только за три года реформы. Строительство учреждений начального профессионального образования сократилось по сравнению с серединой 80-х годов в 17 раз.

Строительство домов культуры, которые в течение многих десятилетий были уже, казалось бы, неотъемлемой частью общественного жизнеустройства в России, практически прекратилось (рис. 4-83). Старые же здания приватизируются или ветшают.

Рис. 4-83. Ввод в действие домов культуры клубного типа в РСФСР и РФ, тыс. мест

Файл:4-83.gif

Вопреки утверждениям некоторых политиков и СМИ, реформа привела не к росту, а к резкому сокращению дорожного строительства в РФ. В 1990 г. в РСФСР было введено в действие 42060,2 км дорог с твердым покрытием, а в 1997 г. лишь 5539,3 км. Положение это не меняется — в 2001 г. было построено 4292,6 км, что в десять раз меньше, чем в 1990 г.

Таблица 4-4. Ввод в действие дорог с твердым покрытием в разных регионах РФ, км
Регион 1990 1994 1995 1996 1997
Московская область 641,1 207,9 226,6 64,5 5,4
Центрально-Черноземный район 2419,4 581,8 532,9 379,4 167,8
Орловская область 539,9 80,7 55,9 1,3 3,0
Северо-Западный район 2200,1 150,5 109,0 40,7 57,9
Калининградская область 140,5 14,0 15,6 6,9 -
Республика Бурятия 279,9 17,9 27,6 8,9 3,9
Приморский край 230,7 51,7 70,8 18,2 10,9

Особый урон с потенциально тяжелыми последствиями нанесла реформа строительству и реконструкции тех объектов инфраструктуры, которые сравнительно быстро изнашиваются и требуют регулярного обновления и замены — водопроводных и канализационных сетей. Так, в целом по РФ строительство водопроводных сетей сократилось в 7 раз. В некоторых регионах этот спад еще более значителен. Это видно из таблицы 4-5.

Ввод в действие тепловых сетей в Российской Федерации сократился в ходе реформы в девять раз — с 1456 км в 1990 г. до 388 км в 1997 г. и до 163,6 км в 2001 г.

В некоторых регионах это строительство почти парализовано, несмотря на аварийное состояние сетей. Так, в Приморском крае в 1997 г. было введено всего 3,8 км, в Хабаровском крае 2,7 км, в Новосибирской области 4,4 км, в Кемеровской 3,3 км и т. д.

Таблица 4-5. Ввод в действие водопроводных сетей в РФ, км
Регион 1990 1995 1996 1997 2001
Российская Федерация в целом 7524,3 2647,3 1330,1 1513,6 1076,9
Центральный район 883,2 143,3 95,0 81,4
Центрально-Черноземный район 1229,2 223,3 136,8 97,9
Воронежская область 227,5 32,4 38,1 3,7
Тамбовская область 151,4 45,7 24,2 2,4

В 80-е годы в РСФСР поддерживался довольно высокий темп ввода канализационных сетей — более 1 тыс. км ежегодно (в 1985 г. 1338,7 км). С началом реформы эти работы стали сокращаться, и в 1994 г. было введено 516 км, а в 1997 г. 274,4 км. В 2001 г. ввод канализационных сетей в РФ составил 170,9 км.

На фоне этих областей строительства резко выделяется состояние работ по прокладке газовых сетей. Нарастив в 80-е годы большие мощности и сохраняя возможности привлечения инвестиций, строительные организации Газпрома поддерживали высокий темп роста вплоть до самого конца 90-х годов и стали сокращать объемы лишь в 2000—2001 г. Хотя за многие годы точные данные отсутствуют, все же в общем рис. 4-84 передает динамику этого строительства.

Рис. 4-84. Ввод в действие газовых сетей в РСФСР и РФ, км

Файл:4-84.gif

Перспективы восстановления производства


Длительный глубокий спад производства практически во всех отраслях промышленности РФ привел к тяжелой деградации материально-технической и кадровой базы хозяйства. Устарело, разукомплектовано или продано оборудование, расчленены технологические цепочки, ушли квалифицированные рабочие и инженеры. Производственный потенциал, накопленный к началу реформы, все эти годы сокращался, причем от простоя страдало более всего самое совершенное производство наиболее высокого технологического уровня.

Поскольку при этом производственные мощности были загружены в малой степени (см. табл. 4-6), в рамках сохранившегося потенциала возможен некоторый прирост производства, подобный тому, что наблюдался в 2000—2001 гг. Однако возможности его невелики, и оценить их заранее трудно, поскольку после многих лет простоя реальные производственные мощности могут быть намного ниже номинальных, приведенных в табл. 4-6. Основой восстановления производства и обеспечения такого его роста, чтобы оно удовлетворяло жизненно важные потребности страны, могут быть только достаточно полное обновление основных фондов.

Наличие пока что незагруженных мощностей и возможность некоторого наращивания производства скрывает важнейшее обстоятельство — с самого начала реформы резко снизились капиталовложения в промышленность (инвестиции в основной капитал).

На рис. 4-85 представлена динамика изменения этого показателя. Поскольку после 1988 г. масштаб цен быстро менялся, инвестиции приведены к сопоставимым ценам и даны в относительных величинах, причем за 100 принят их уровень в 1969 г. Из рисунка видно, что в течение 70-80-х годов в РСФСР наблюдался быстрый и непрерывный рост инвестиций.

Рис. 4-85. Инвестиции в основной капитал отраслей, производящих товары в РСФСР и РФ, в сопоставимых ценах (1969 = 100)

Файл:4-85.gif

Таблица 4-6. Использование производственных мощностей промышленных предприятий (%)
Продукция 1980 1990 1993 1997 2000
Сталь 95 94 69 68 77
Металлорежущие станки 87 81 54 16 17
Тракторы 98 81 42 8 19
Цемент 91 93 62 36 44
Обувь 89 87 48 17 29
Стиральные машины 88 87 51 12 -

Важно отметить, что даже во время наиболее крупномасштабных капиталовложений (1988 г.) их было достаточно только для того, чтобы поддерживать стабильное производство с темпом модернизации, который считался недостаточным. При том сокращении инвестиций, которое произошло после 1990 г., невозможна не только модернизация, но и просто поддержание промышленной инфраструктуры в рабочем состоянии.

Тот прирост инвестиций, который произошел в 2000—2001 гг., совершенно несопоставим с масштабами потерь, понесенных основными фондами за десятилетие. Инвестиции 2001 г. гораздо меньше того, что вкладывалось в основные фонды промышленности в 1969 г.

Соответственно сокращению инвестиций была свернута намеченная на вторую половину 80-х годов программа модернизации основных фондов промышленности. В результате до беспрецедентно низкого уровня упал показатель ввода в действие новых основных фондов и началось их быстрое старение.

Рис. 4-86. Ввод в действие основных фондов промышленности в России (в % к основным фондам).

Файл:4-86.gif

Данные ЦСУ СССР 1970—1990, Госкомстат РФ — 1991—1999

За 1991—1999 гг. производственные мощности промышленности сократились на треть. Степень износа производственного оборудования в промышленности достигла почти 70 %, а его средний возраст — 16 лет. Практически треть машин и оборудования в промышленности полностью изношены. К началу 2000 г. только 4 % производственного оборудования в промышленности имело возраст до 5 лет и около 20 % — от 6 до 10 лет, почти 40 % оборудования было старше 20 лет. Средний возраст его в 2000 году равнялся 18,7 лет.

Таким образом, сокращение производства сопровождается регрессом его материально-технической базы. Во второй половине 60-х годов произошло обновление производственной базы, так что еще в 1970 г. ежегодно вводилось новых основных фондов в размере более 10 % от существующих. Новый цикл переоснащения промышленности должен был быть проведен в 80-е годы — и не состоялся. И все-таки в 1988 г. ввод в действие новых фондов составил около 7,5 %. В результате реформы он упал до 1 % и не растет до последнего времени.

Так, коэффициент обновления основных фондов нефтедобывающей промышленности составлял в 1970—1985 гг. 11-12,5 %, в 1998 г. — 1,7 %, в 2000 г. 2,9 %; в химической и нефтехимической промышленности в 1970 г. он был 12,1 %, в 1998 г. — 0,5 % и в 2000 г. 0,8 %; в машиностроении и металлообработке в 1970 г. 12,7 %, а в 1998 г. 0,4 % и в 2000 г. 0,7 %. Сильнее всего пострадала легкая промышленность: в 1970 г. ее основные фонды были обновлены на 10,2 %, а в 1999 г. на 0,3 %.

При темпе обновления 1 % в год основные фонды промышленности, включая машины и оборудование, должны работать до их замены 100 лет. Это равносильно полной ликвидации промышленности России.

Примечание составителей. Здесь мы считаем возможным дать одно методологическое замечание, которое поможет читателю сделать из динамики последних двух десятилетий свои прогнозы на будущее.

В последнее время много говорится об экономическом росте, который имел место в 2000—2001 гг. Динамика многих показателей, приведенных в книге, как будто подтверждает такую оценку. На наш взгляд, однако, применять слово «рост» пока что неправомерно. Прежде всего, два года — слишком короткий срок для проявления тенденции к росту.

Но главное даже не в сроке, а в том факте, что отсутствует необходимая и «неумолимая» предпосылка для роста производства — предварительный, начавшийся за несколько лет до этого рост капиталовложений в хозяйство. Чтобы имел место рост производства, необходимо создание новых или модернизация (хотя бы восстановление) старых основных фондов промышленности, сельского хозяйства и транспорта.

Надо при этом подчеркнуть, что даже очень большие инвестиции не могут вызвать немедленного устойчивого роста производства — на превращение инвестиций в дееспособные производственные мощности требуется время. Пока же и роста инвестиций не произошло, так что можно говорить лишь о колебаниях уровня производства в рамках имеющихся производственных мощностей.

Поскольку неиспользуемые мощности устаревают и деградируют, сокращение капиталовложений в течение 90-х годов неминуемо означает и сокращение производственных возможностей. Этот процесс не является наглядным только потому, что даже сократившиеся мощности используются сейчас не полностью. Но невидимый «потолок» является непреодолимым ограничением для настоящего роста экономики, и этот потолок пока что снижается.

Например, в 1990 г. в РСФСР имелись производственные мощности для выпуска 264 тыс. тракторов (в том году было выпущено 214 тыс. и, по данным ЦСУ, производственные мощности были загружены на 81 %). Может ли сегодня быть восстановлен уровень производства 1990 г. без создания новых мощностей? Нет, поскольку, даже по данным Госкомстата РФ, производственные мощности позволяют выпустить только 101 тыс. тракторов в год — в 2000 г. было произведено 19,3 тыс. тракторов при уровне загрузки мощностей 19 % (эти данные представлены на рис. 4-28 и в таблице 4-6) [5].

Аналогично, в 1990 г. в РСФСР имелись мощности для производства 443 млн пар обуви (было выпущено 385 млн пар). В 2000 г. было выпущено 32 млн пар обуви, и при этом производственные мощности были загружены на 29 %. Значит, даже при полной загрузке мощностей максимальный выпуск обуви в РФ мог бы достигнуть в 2000 г. лишь уровня 110 млн пар — в 4 раза меньше, чем в 1990 г.

Эту взаимозависимость можно пояснить следующим условным рисунком (рис. 4-87). Допустим, в отрасль, производящую продукт Х, в 1970—2000 гг. делались капиталовложения в основные производственные фонды в соответствии с кривой 1, которой на рисунке соответствует левая шкала. В ходе реформы, начиная с 1990 г., инвестиции резко сократились. Эта кривая отражает реальную динамику капиталовложений в промышленность, приведенную на рис. 4-85.

Рис. 4-87. Схематическая взаимосвязь между инвестициями в основной капитал, производственными мощностями, созданными на эти инвестиции и уровнем производства в ходе реформы

Файл:4-87.gif

Для простоты примем, что капиталовложения в основные фонды для производства продукта Х заключаются в приобретении и установке станков Y. В 1970 г. было установлено 112 станков Y, в 1980 г. 250, в 1990 г. 337, в 2000 г. 80 и т. д. Все остальные материально-технические условия производства продукта Х примем постоянными. Примем также, что один станок Y производит в год 1 единицу продукта Х. Для простоты будем считать, что выбытие мощностей, исчерпавших свой ресурс, происходит путем списания станка Y, отслужившего 10 лет.

Это — приемлемое упрощение, хотя, конечно, некоторые станки выходят из строя раньше, а некоторые служат дольше установленного срока. Реальную динамику изменения всего парка станков можно описать более сложными уравнениями, но сути дела это не изменило бы. Таким образом, станочный парк Y (то есть производственные мощности для выпуска продукта Х) в каждый момент времени равны числу станков Y, имеющих возраст менее 10 лет.

Предположим также, что в 2002—2010 гг. будет сохраняться уровень инвестиций, равный уровню 2001 г. Исходя из принятых допущений, мы получаем кривую 2 -динамику величины производственных мощностей. В 1980 г. в действии было 1935 станков Y, в 1990 г. 3091, в 2000 г. 1296. Кривой 2 на графике соответствует правая шкала. Эта кумулятивная кривая ограничивает то пространство, в котором и может изменяться уровень производства. В идеальном случае, при полной загрузке производственных мощностей, кривая уровня производства сольется с кривой 2.

До начала реформы обычная степень загрузки имеющихся мощностей составляла 80-90 % мощностей. В нашем условном примере в 1985 г. на 2525 станках Y было произведено 2150 единиц продукта Х — загрузка мощностей составляла 85,1 %, в 1990 г. на 3091 станке Y произведено 2700 единиц продукта Х и т. д. В ходе реформы, в 1991—1992 гг. начался спад производства, гораздо более быстрый, чем выбытие производственных мощностей. Загрузка мощностей резко снизилась.

Динамика производства отражена кривой 3 (ей соответствует правая шкала). Она выражает типичную динамику производства многих отраслей. Видно, что хотя в три последние года на этой кривой обозначился подъем, он может продолжаться лишь до тех пор, пока не упрется в «потолок» производственных мощностей.

Кривая 3 не может пересечь кривую 2. Она может изменяться лишь внутри области, ограниченной кривой 2 (на рисунке эта область для наглядности затенена).

Таким образом, нынешние колебания уровня производства принимать за рост  экономической системы нельзя. Разумеется, оживление производства и повышение степени загрузки имеющихся мощностей являются хорошими признаками, и этому надо всемерно способствовать. Но условием будущего роста станет осязаемый и устойчивый рост капиталовложений в основные производственные фонды и подготовку трудовых ресурсов.

Центр экономической конъюнктуры при правительстве Российской Федерации рассчитывает т. н. Индексы интенсивности промышленного производства. Это сводные данные о среднесуточных объемах выпуска промышленного производства по 235 важнейшим видам продукции, включая изготовление продукции крупными, средними и малыми предприятиями, в том числе совместными. Из данных среднесуточных объемов производства исключена сезонная составляющая и несущественные колебания случайного характера.

Индексы интенсивности промышленного производства рассчитаны в % относительно января 1993 г. На рис. 4-88 показана динамика изменения этого показателя вплоть до конца 2001 г. Из этого графика видно, что оживление экономики в 2000—2001 гг. на деле означало только-только компенсацию того спада после 1994 г., который привел к дефолту августа 1998 г. Оживление производства после сентября 1998 г. произошло за счет эффекта девальвации российского рубля и благоприятной конъюнктуры для импортозамещения.

Рис. 4-88 Помесячная динамика интенсивности промышленного производства в РСФСР и РФ (с учетом сезонной корректировки) в % к январю 1993 года

Файл:4-88.gif

Эти факторы исчерпали свой эффект к сентябрю 2000 г. Затем, как сказано в докладе Центра экономической конъюнктуры при правительстве РФ, «общий спад промышленного производства был предотвращен благодаря высоким мировым ценам на топливные ресурсы и относительно высокому уровню интенсивности производства в нефтедобывающей, нефтеперерабатывающей и пищевой промышленности».

Возможности для капиталовложений в 2001 г. сократились. В том же докладе сказано: «Сальдированный финансовый результат (прибыль минус убыток) в промышленности за январь-октябрь 2001 года составил лишь 84,6 % от уровня соответствующего периода 2000 года». Следовательно, была упущена возможность сделать крупные инвестиции в отечественную промышленность во время на редкость благоприятной конъюнктуры на мировом нефтяном рынке в 2000 г.

В информационно-аналитической справке «Обозрения» о положении дел в экономике (выпускается «Центром развития», руководитель С. Алексашенко, бывший заместитель председателя Центробанка РФ) от 16 октября 2000 г. было сказано: «Благоприятная внешняя конъюнктура, казалось бы, дает России уникальный шанс — резко увеличить национальные сбережения и профинансировать технологическое обновление производства. Но этот шанс остается исключительно гипотетическим — российский капитал предпочитает искать себе применение за границами страны, интенсивность потоков капитала из России не только не снижается, но и, напротив, возрастает.

По нашей оценке, за первое полугодие валовый отток капитала из России составил 10,9 млрд долл., что почти на 70 % больше, чем годом ранее, и эквивалентно 10,4 % ВВП России… Во втором полугодии будет происходить увеличение валового оттока капитала из страны, который по итогам года может составить около 25 млрд долл…»

Таким образом, и в условиях благоприятной конъюнктуры 2000 г. экономика РФ не стала привлекательной даже для отечественных инвестиций и кредитов предприятиям, действующим в сфере производства. Банки предпочитают обращать деньги в иностранные активы. В аналитической справке Центра экономической конъюнктуры при правительстве Российской Федерации «Состояние денежно-кредитной системы и расчетов в экономике в 2000 году» (Москва. 2001) говорится (выделение авторов справки):

«Чистые иностранные активы кредитных организаций за 2000 г. увеличились (на 2,6 млрд долларов США)… Рост чистых иностранных активов кредитных организаций указывал на общую низкую оценку банковской системой перспективности вложений в российскую экономику и на высокую приоритетность активных операций с менее рискованными иностранными активами… Доля кредитов реальному сектору экономики в совокупных активах банковской системы не превысила 30 %, при этом удельный вес кредитов отечественных банков в общем объеме инвестиций в основной капитал оставался очень низким — 3 %… Высокие риски инвестирования в реальный сектор экономики, а также дефицит надежных финансовых инструментов ограничивали масштабы проводимых кредитными организациями активных операций, что определяло наличие у них значительных объемов свободных денежных средств».

При этом нежелание банков инвестировать в отечественную экономику не было преодолено даже при самом высоком уровне прибыльности отдельных отраслей. Выше говорилось, что в 2001 г. сальдированный финансовый результат (прибыль минус убыток) в промышленности составил лишь 84,6 % от уровня 2000 г. Но вот как обстояло дело в 2000 г. В цитированной выше справке говорится:

«Несмотря на увеличение сальдированного финансового результата в 2000 году (за 2000 год сальдированный финансовый результат по сопоставимому кругу предприятий и организаций составил 175,2 % от его значения за 1999 год), показатель доли убыточных предприятий и организаций в их общем числе в 2000 году существенно не улучшился и, колеблясь в течение года в диапазоне 37,2-41,9 % (в 1999 году — в диапазоне 39,3-44,4 %), оставался очень высоким. При этом сокращение доли убыточных предприятий в экспортноориентированных отраслях (в первую очередь в нефтедобывающей и газовой промышленности, черной металлургии) сопровождалось ростом доли убыточных предприятий в отраслях, ориентированных преимущественно на внутренний рынок».

Но инвестиций не получают и самые прибыльные отрасли промышленности. Возьмем одну только отрасль — энергетику. Вот выпуск «Обозрений» («Центр развития») от 13 ноября 2000 г.: «В этом году потребность в инвестициях в газовую промышленность (по экспертной оценке, около 3,5-4 млрд долл.) может опередить их фактический объем более чем в 2,5-3 раза… Недавнее приобретение ЛУКойлом 1300 АЗС в США, его же более ранние покупки НПЗ в Румынии, Болгарии и на Украине, а также относительно успешная попытка Газпрома закрепиться на венгерском рынке говорят о том, что среди российских сырьевых экспортеров преобладает стратегия вложения во внешние активы».

Выпуск «Обозрений» от 15 января 2001 г. гласит: «В ближайшие десять лет, по оценкам экспертов, выбытие мощностей в течение 2000—2010 гг. возрастет примерно до 10 млн кВт в год, а существующие темпы ввода новых мощностей уже не будут покрывать их выбытия. В среднем за предшествующие 10 лет вводились мощности около 1,24 млн кВт в год, в 1999 г. объем ввода новых мощностей составил, по словам зампреда правления РАО „ЕЭС России“ Я. Уринсона, лишь 0,84 млн кВт, в 2000 г. был введен 1 млн кВт… По оценкам экспертов, потребность в инвестициях в электроэнергетику в 2001-05 гг. будет составлять от 3,8 до 4,4 млрд долл. в год, а в 2006-10 гг. возрастет до 8,4-9 млрд долл. в год, тогда как объем инвестиций в основной капитал снизился с 4,9 млрд долл. в 1997 г. до 1,1 млрд долл. в 1999 г., а в 2000 г. может составить лишь 1,3-1,5 млрд долл.».

Таким образом, к концу 2001 г. промышленность вышла на уровень 1994 г. — и при этом подъем закончился, а после октября 2000 г. даже произошло снижение показателя. Подъем производства в самые последние годы лишь вернул промышленность к «дну» того спада, который произошел в первые три года реформы. Надо помнить при этом, что уровень промышленного производства в 1993 г. составил всего лишь 64,9 % от уровня 1990 г.

Примерно такова же динамика вычисляемого Центром экономической конъюнктуры при правительстве РФ индикатора «качества» структуры промышленного производства. Этот показатель дает представление о соотношении в общем объеме промышленного производства продукции отраслей добычи сырья и отраслей высокой степени переработки. В ходе реформы экономика РФ получила гипертрофированную экспортно-сырьевую ориентацию, и индикатор «качества» резко упал, достигнув своего минимума в августе 1998 г. После этого положение выправилось до уровня 1995 г., а в ноябре-декабре 2001 г. опять слегка сдвинулось к сырьевой ориентации.

Развитие промышленности, особенно ее наукоемких отраслей, зависит не только от инвестиций и обновления основных фондов (прежде всего, машин и оборудования), но и от состояния отечественного научно-технического потенциала.

Речь идет о потенциале как целостной системе, включающей в себя проведение научно-исследовательских и опытно-конструкторских разработок (НИОКР), опытное производство, внедрение новых продуктов и технологических процессов в массовое производство, подготовку соответствующих новым технологиям кадров и т. д. Вся эта деятельность составляет особый «срез» общества, в котором взаимодействует политика, экономика, культура. Что произошло с научно-технической сферой России в результате реформы?

Даже если не рассматривать такие важные для этой сферы, но неуловимые признаки ее состояния, как престиж научно-технической деятельности, настроение работников, их творческое вдохновение, а ограничиться только грубыми количественными показателями, то и в этом случае надо признать, что последствия реформы для нее являются катастрофическими.

Доктрина реформы, исходящая из идеи «разгосударствления» и передачи главных сфер деятельности под стихийный контроль рынка, в отношении науки и техники оказалась несостоятельной. Ни отечественный, ни иностранный капитал в России не смогли заменить государство как главный источник средств и главного «заказчика» НИОКР. Огромная по масштабам и сложнейшая по структуре научно-техническая система России, созданная за 300 лет державным государством, была оставлена почти без средств и без социальной поддержки.

К 1999 г. по сравнению с 1991 г. численность работников в этой сфере уменьшилась более чем вдвое. Ассигнования на гражданскую науку из средств федерального бюджета за это же время снизились в 4,6 раза. С учетом того, что безотлагательно требуется финансировать поддержание научной инфраструктуры (здания, энергия, коммунальные услуги), затраты на собственно продуктивную исследовательскую работу сократились примерно в 10 раз.

Еще больше снизились расходы на обновление наиболее динамичной части основных средств — приборов и оборудования. Если в середине 80-х годов на покупку оборудования расходовалось 11-12 % ассигнований на науку, то в 1996 г. — 2,7 %. Коэффициент обновления основных фондов в отрасли «Наука и научное обслуживание» в 1998 г. составил лишь�,� по сравнению с�,� в 1991 г. План государственных инвестиций на строительство объектов науки не был выполнен ни разу. В проекте бюджета 2000 г. на эти цели выделено в 2 раза меньше средств, чем в 1999 г., и в 4 раза меньше, чем в 1997 г.

СССР был второй научной державой мира, а сейчас в РФ расходы на НИОКР не только в 26 раз меньше, чем в США, но уступают расходам таких стран, как Италия (в 1,6 раза) и Канада (в 1,35 раза). Ни разу не была выполнена 4%-ная «норма» выделения средств из государственного бюджета, заданная Федеральным законом «О науке и государственной научно-технической политике». В 2000 г., согласно оценкам, объем бюджетных расходов на науку составил 0,28 % валового внутреннего продукта и 1,8 % расходной части бюджета. В 2001 г. доля затрат на исследования и разработки составила 1,16 % валового внутреннего продукта, а бюджетные ассигнования на гражданскую науку — 1,67 % расходной части федерального бюджета.

Начиная с 1989 г., за рубеж на постоянное место жительства выехали около 10 % научных работников. Особенно велика потеря физиков-теоретиков (согласно оценкам, около 40 %). Уезжающие математики составляют 25 % к их ежегодному выпуску лучшими вузами страны.

В начале 1999 г. в РФ насчитывалось 4019 научных организаций. Их средние размеры уменьшились вдвое — вследствие разукрупнения организаций. При этом число научно-исследовательских организаций выросло, но зато резко (в 2.4 раза) сократилось количество конструкторских бюро. Число проектных и проектно-изыскательских организаций, выполняющих исследования и разработки, уменьшилось за годы реформы в 5.5 раза. В ходе приватизации отраслевых НИИ, КБ и НПО многие из них утратили свою опытную базу. Таким образом, в ходе реформы ликвидировались те звенья научно-технической системы, которые ответственны за процесс инноваций на стыке исследования — производство. С исчезновением организаций, занятых внедрением результата разработок в производство, завершился демонтаж существовавшей ранее инновационной системы страны (и в прошлом недостаточно сильной).

Реформа подорвала силу российской науки как одного из важнейших факторов развития страны. Это стало одной из причин нарастающего спада технологического уровня промышленности и снижения доли наукоемкой и технологически прогрессивной продукции. Конкурентоспособность и экономические показатели промышленного производства в этих условиях неминуемо снижаются, и перспективы неблагоприятны, так как быстро восстановить уровень научной деятельности в стране трудно даже при очень щедром финансировании.

Примечания

  1. В 2001 г. добычу нефти в РФ вели 12 нефтяных компаний, 110 самостоятельных акционерных обществ и 10 организаций газовой промышленности и геологической разведки недр.
  2. Васильев Д. И. Контроль качества обмолота и технологических режимов зерноуборочных комбайнов. — «Контроль и управление технологическим процессом комбайновой уборки зерновых культур». Новосибирск, 1988, вып. 4. При этом причиной потерь было не только качество техники. Потери, по словам автора, возникали в результате «плохой подготовки комбайна, нарушения режимов работы и небрежного отношения к своим обязанностям комбайнера». Это — факторы социокультурные, а не технические.
  3. Между приводимыми в статистических справочниках абсолютными и относительными показателями выпуска станков с ЧПУ для 1996—1999 гг. есть небольшие расхождения, но их величина незначительна.
  4. В связи с тем, что с начала 90-х годов масштаб цен резко менялся, данные с 1990 по 1997 г. получены путем пересчета в сопоставимых ценах показателя, данного в статистических справочниках как % к уровню предыдущего года.
  5. Скорее всего, оценка Госкомстатом имеющихся в наличии мощностей, сделанная в стоимостном выражении, слишком оптимистична — даже для «оживления» основных производственных фондов, которые простаивали в течение более 10 лет, требуются большие усилия и капиталовложения.