Голенков Алексей Николаевич/Коммунистическая трагедия/Часть 2/Глава 8

Коммунистическая трагедия
автор Голенков Алексей Николаевич

Глава восьмая

В начале 1963-го на втором году обучения в аспирантуре, двадцатипятилетний Артём женился на двадцатичетырёхлетней аспирантке третьего года обучения Московского химико-технологического института (МХТИ) Римме Неёловой, с которой познакомился год тому назад на одном из институтских вечеров. (У него была первая любовь в студенческие годы в УПИ к однокурснице, вроде бы взаимная; но, когда с ним случился тот политический инцидент, и он, исключённый, ушёл в армию, любовь его закончила без него УПИ и … вышла замуж, его не дождавшись).

Римма Неёлова была старшей дочерью (у неё была сестра, четырьмя годами моложе) про-фессора химфака Московского госуниверситета (МГУ), доктора химических наук Василия Филимоновича Неёлова, 1908 года рождения.

Василий Филимонович, коренной интеллигент-петербуржец, окончил химфак Ленинградского госуниверситета (ЛГУ) в 1932 году, затем там же аспирантуру, стал кандидатом химических наук и доцентом одной из кафедр химфака. В двадцать девять лет он, высокий, крупный, почти красивый (мужской красотой), женился на своей студентке - выпускнице, маленькой, смазливенькой, по-женски привлекательной, шестью годами его моложе, Татьяне Левченко, хохлушке из семьи киевских педагогов. Правду говоря, если исходить из характеров - спокойного, мягкого, скромного до застенчивости характера Василия Филимоновича и импульсивного, властного, отбрасывающего прочь всякое подобие скромности, если этого требовала личная выгода, характера Татьяны, то никоим образом нельзя сказать, что Василий Филимонович женился на Татьяне; справедливости ради надо признать, что студентка Татьяна Левченко женила на себе доцента Василия Неёлова. В 1938 году она родила ему дочку. Римма по внешности (высокая, стройная, почти красивая) вышла в папу, а по характеру - в маму.

В 1941-м, с началом войны, по настоянию Татьяны, быстро сориентировавшейся, вся семья Неёловых эвакуировалась из Ленинграда в Ташкент, где и прожила благополучно - в мире солнца и фруктов - до конца войны. В 1942-м Татьяна родила там вторую дочь. В 1946-м Василий Неёлов защитил докторскую - защита состоялась в Москве, и они переехали в Москву. Здесь, в МГУ, он получил кафедру и должность профессора с предоставлением четырёхкомнатной квартиры почти в центре столицы.

Вот в этой большой, "сталинской", квартире Артём начал свою семейную жизнь – с женой, родителями жены и сестрой жены. Поначалу всё шло вроде неплохо. С тестем зять сошёлся сразу. А вот с тещёй… Ну, а кто, когда из зятьёв сходился с тещёй? Редко, кто. Так уж повелось в людском роду. Так думал Артём, не подавая, впрочем, никаких поводов тещё к недовольству зятем. Неприхотливый, некапризный ни в еде, ни в одежде, умеющий и сготовить, и постирать, и починить что-то по домашней мелочи, не гуляка, он год-другой не вызывал у тещи особых нареканий. Аспирантуру закончил в срок, в 1964-м, в срок же и защитился: получил степень кандидата физико-математических наук. Стал подумывать о собственной с Риммой квартире. Но получить вдвоём, без ребёнка, собственную квартиру, имея прописку на жилплощади с приличной "квадратурой", было нелегко.

Его настораживали отношения с Риммой. Сразу же после свадьбы она заявила, что ребёнка у них не будет, пока оба они не защитятся. Это огорчило Артёма, он попытался возразить, но Римма, как и её мама, умела настоять на своём. Половую жизнь они стали вести через мужские предохранители – резиновые презервативы, которые он должен был покупать в аптеках. Это было неудобно, стеснительно. Каждый раз, подходя к кассиру, он, как и все мужчины, говорил: "По четыре копейки … столько-то пакетов" (пакет, в котором находилось два презерватива, стоил четыре копейки). Т.е. само название этих изделий из-за стыдливости прилюдно не называлось. Очень часто их не бывало в продаже. Приходилось жестоко страдать от половой потребности – Римма без них вести половой акт не позволяла, женские же средства предохранения она отвергала. Качество мужских предохранителей, как оказалось, было не всегда надёжно. Именно благодаря некачественному презервативу у них и появился незапланированный сын. Во время акта презерватив разорвался. Муж не сдержал естественного извержения. Жена вскочила и, узнав в чём дело, гневно сверкнула глазами. Артём услышал такое, что ему не поверилось – подумал, что ослышался: "Гад такой! Если я забеременею, то убью тебя!" Забеременела. Но угрозы своей не исполнила. Видимо, взяли верх материнские чувства. В 1963 году у них родился сын. Назвали, по настоянию Риммы, Олегом. Олег Артёмович. Звучало.

Прошло три года, а жена всё ещё не могла защититься. Она и тёща обвиняли в этом мужа. Его прямые доводы, что Римма и в институте, и в аспирантуре училась посредственно, а в аспирантуру её приняли, во-первых, как имеющую московскую прописку, и, во-вторых, по протеже папы, вызвали такую ярость, что он оторопел и понял, что навсегда испортил с ними всякие отношения. Тесть в подобные разговоры не вмешивался, видимо, имея подобный опыт. Жена и тёща всё чаще и чаще обвиняли Артёма в неумении устроиться повыгоднее, пробить загранкомандировку, обрести "нужные" связи. Его взгляды на Великую Отечественную войну, как на величайший подвиг советского народа во главе с Советским правительством, они не разделяли. Повторяли, как попугаи, вошедшие уже тогда в моду "доказательства", типа: войну мы выиграли, завалив немцев телами своих многочисленных соотечественников, так как воевать мы не умели. О Сталине не хотели даже слышать. Сталин для них был "величайший мерзавец", "хуже Гитлера". Артёма это удивляло: кто-кто, а они-то получили при Сталине образование, в войну не голодали, под бомбёжками не были, да и не особенно перетрудились (Татьяна Васильевна ни дня не работала). Потом он неожиданно нашёл ответ в стихах известнейшего поэта: "Можно забыть, где и когда пуза растил и зобы; но землю, с которой вдвоём голодал, нельзя никогда забыть".

Вскоре Риммина сестра, аспирантка, вышла замуж, за аспиранта тоже. Привела мужа в эту же квартиру. У сестёр был одинаковый характер – мамин. Жить Артёму стало совсем невмоготу: морально, нравственно, психологически...

…В один прекрасный день Римма вдруг заявила, что она и некий профессор, её руководитель, полюбили друг друга (профессор этот был 1905 года рождения, на три года старше отца Риммы), и она с сынишкой Олегом переходит жить к профессору (профессор развёлся со своей постаревшей женой, оставив ей и детям большую квартиру, а сам получил поменьше).

Они разошлись.

Артёму, как одиночке, дали место в корпусе аспирантского общежития.