Голенков Алексей Николаевич/Коммунистическая трагедия/Часть 1/Глава 11

Коммунистическая трагедия
автор Голенков Алексей Николаевич


Глава одиннадцатая

…Когда старшина санроты закончил перевязку, Ворошилов поднялся с сиденья из двух поставленных друг на друга ящиков из-под снарядов, сказал старшине "спасибо", одёрнул гимнастёрку, выпрямляясь, и все узнали знакомого по портретам и фотографиям недавнего наркома Обороны СССР, героя Гражданской войны, многолетнего строителя Красной Армии и Красного Флота, невысокого, но стройного, широкоплечего и грудастого Клима, первого Маршала Совет-ского Союза. Он выглядел моложе своих шестидесяти с половиной лет: подтянутая, без "животика", фигура, крепкая, загорелая шея и приветливое лицо, чисто выбритое, без прыщиков и морщин, тронутое бледностью, видимо, от потери крови; над верхней губой короткие, но густые, усы с проседью; виски, тронутые совершенно белым "инеем" очень шли к его лицу. Глаза, карие, живые, улыбались и ещё более молодили лицо. От него, несмотря на маршальские звёзды на отложных воротничках гимнастёрки, веяло простотой и доступностью.

Он, плоть от плоти своего народа, прошёл суровейшую жизненную школу, впрочем, как и Сталин, и Молотов, да и все руководители ЦК ВКП(б) и Советского правительства. Родился в украинском селе близ Луганска в семье рабочего-железнодорожника; до пятнадцати лет испытал все сельские работы и одновременно учился, закончив по настоянию отца полный курс сельской школы; потом поступил учеником слесаря на Юрьевский металлургический завод, откуда, проработав семь лет, перешёл на Луганский паровозостроительный; в течение всех этих лет не переставал учиться и получил среднее образование.

На Луганском паровозостроительном заводе вступил в 1903 году в партию большевиков. С 1904 – член Луганского большевистского комитета. В 1905 – председатель Луганского Совета, одного из первых в России. Руководил стачками, баррикадными боями, был в царских ссылках, тюрьмах. Избирался делегатом ряда партийных съездов ещё до 1917 года и участвовал в их работе. Ещё с 1903 года стал серьёзно изучать военное дело, обнаружив недюжинные способности. Когда ему кто-то сказал: "Клим, ты будешь при Советской власти красным офицером!", он только рассмеялся в ответ – не мог себе представить[1].

В ноябре 1917 он будет комиссаром Петроградского Военно-революционного комитета (ВРК).

В марте 1918 организует 1-й Луганский социалистический отряд и двинется во главе его на защиту города Харькова, тогдашней столицы Украины, от нашествия германо-австрийских войск. Защитит Харьков и сразу же, летом 1918, будет направлен под Царицын, где решалась судьба Советской власти. Командуя группой советских войск (потом она будет преобразована в 10-ю армию), он вместе с членом Военного Совета Южного фронта Сталиным, которого знал с 1907 года, сломив тщательно маскируемый саботаж Троцкого и Ко, наголову (дважды) разобьёт армию профессионального царского генерала Краснова – того самого, который вскоре убежит в Германию и там все годы, вплоть до 1945, будет помогать немецкой, потом гитлеровской Германии в подготовке и проведении войны против России, Советского Союза. (В 1945 Краснов будет нами захвачен в плен, в 1946 судим Военной коллегией Верховного суда СССР и в 1947 по её приговору повешен).

Ворошилов был наркомом внутренних дел Украины, затем командовал рядом военных округов, а с 1925 по 1934 являлся наркомом по военным и морским делам и одновременно председателем Революционного Военного Совета (РВС) СССР. В 1934-1940 – нарком Обороны СССР и одновременно председатель Комитета Обороны при Совете Народных Комиссаров (СНК) СССР. Роль его в создании и строительстве Красной Армии, как видим, колоссальна. (Не мог же Сталин столько лет держать его на таких постах, если б он не справлялся; хотя, конечно, имел ошибки и просчёты). Между прочим, он всё время не прекращал учиться: окончил военную академию, постоянно самообразовывался.

Вот такой человек–легенда стоял сейчас перед бойцами и командирами, окружившими его и восхищённо на него глядевшими. Сзади переминался с ноги на ногу подошедший с полкового КП командир полка, смущённо улыбаясь и не зная, что делать.

Ворошилов просто, без позы, обратился к комбату:

– Ну, что, капитан, можно бить немцев?

– Можно, товарищ Маршал, – также просто ответил Уржумов.

– И старший политрук так думает?

– Так точно.

– И все бойцы?

– Так точно, товарищ Маршал, – донеслось со всех сторон.

– Это хорошо… Каковы наши потери?

Доложили, что погибших нет, только несколько легко раненых. Ворошилов понимал, что это – удача. Никакой заслуги он себе не причислял. Просто он, как и вся ленинско-сталинская плеяда большевиков, ради Дела, которому они посвятили свои жизни, очень часто забывали о своей личной безопасности и о своих личных удобствах. Являясь по сути своей агитатором и пропагандистом глубоко понятой и принятой сердцем коммунистической идеи, он не упускал ни одной возможности агитации и пропаганды её личным примером. Кстати, в 30-х годах в Советском Союзе одним из самых почётных званий было звание "Ворошиловский стрелок". Почему именно Ворошиловский? Потому, что Ворошилов был наркомом Обороны? Не только поэтому. Ворошилов был лучшим стрелком Советского Союза, а, может, и всего мира. (Он естественно, не участвовал ни в союзных, ни, тем более, в международных соревнованиях по стрельбе). Производя из нагана или винтовки по мишени пять, десять и более выстрелов (из положения "стоя", "с колена", "лёжа", "на ходу"), он каждую пулю всаживал в "яблочко", только в "яблочко" – в "десятку", не ниже и не выше; так что, после пяти, десяти и более выпущенных пуль на "яблочке" мишени образовывалось… одно, только одно отверстие, одна "дырка". Мог ли сдержать себя старый маршал, отменный стрелок, при виде смотровых щелей идущих на него вражеских танков?!

(А он за это получит выговор от Сталина).

Пройдут годы… Нечестные люди раздуют (согласно коньюктуре) роль Жукова под Ленин-градом 1941 года и соответственно принизят роль Ворошилова. Всё ли здесь чисто в таком раскладе? Давайте внимательно и строго посмотрим факты; только факты; ничего, кроме фактов.

9-10 июля 1941. ГКО образует Северо-Западное направление (главком Ворошилов, член Военного Совета Жданов). Что происходит там с этого времени?

Не будем забывать, что в июле 1941 немец свеж и самоуверен, техники у него в избытке. Тем не менее, ценой огромных потерь – и в живой силе, и в технике – ему удаётся только к 31 июля окончательно выйти от Пскова к западной части Ленинградской области, на рубежи рек Нарва, Луга и Мшага – т.е. за 20 дней (11 июля – 30 июля) пройти расстояние в десять раз меньшее, чем почти за такой же срок (22 июня – 9 июля) от границы до Пскова. И сделать вынужденную остановку (для пополнения).

31 июля на Карельском перешейке начали наступление финны. Весь август советские войска оказывают им упорное сопротивление. К 1 сентября, так и не подойдя к Ленинграду, финны вынуждены остановиться… на рубеже нашей государственной границы. Первая задача – защита Ленинграда с юга от немцев и с севера от финнов – Ворошиловым выполнена. Это факт.

23 августа Ставка Верховного Главнокомандования (Сталин) разделяет Северный фронт на Карельский и Ленинградский. Командующим Ленинградским фронтом назначается опять-таки Ворошилов. И остаётся им до 12 сентября (три недели). За это время враг изматывается до того, что останавливается на рубеже Лигово – Пулково, опять же не вступив в Ленинград. Это тоже факт.

12 сентября в командование Ленинградским фронтом вместо 60-летнего Ворошилова вступает 44-летний Жуков. Видимо, следует ожидать коренного перелома? И что – происходит коренной перелом? Никак нет. Следующий факт говорит о другом.

15 сентября (на третий-четвёртый день командования Жуковым) немцы выходят к Финскому заливу в район Стрельны и отрезают советские войска, занимающие плацдарм Приморский (Ораниенбаумский). Только стремительным броском балтийских кораблей (командующий Балтийским флотом В.Ф.Трибуц) и дальнейшей их поддержкой со стороны залива (потом было несколько вы-садок с кораблей – катерами – морских пехотинцев) плацдарм удаётся удержать. Но сухопутник Жуков тут не причём: он всегда недолюбливал моряков (в частности, наркомвоенмора Н.Г.Кузнецова). С 16 по 29 сентября – две недели – советские войска здесь только обороняются. На других участках ни немцы, ни финны активных действий не ведут.

К 30 сентября немцы и финны выдыхаются и … останавливают все наступательные действия. Факт: это – результат суммарных действий и Ворошилова (до 12 сентября) и Жукова (с 12 сентября).

1 октября Гальдер докладывает Гитлеру о безрезультатности их наступления на Ленинград.

5 октября Гитлер своим приказом оставляет свою затею о взятии Ленинграда. Не вышло.

10 октября (меньше, чем через месяц после назначения) Жуков, передав командование Ленинградским фронтом 41-летнему генерал-майору Федюнинскому[2], по приказу Ставки вылетает в Москву.

Таким образом, Жуков командовал, в отличие от Ворошилова, только одним фронтом (Ленинградским)… с 12 сентября по 10 октября 1941 (меньше месяца), Ворошилов же командовал Северо-Западным направлением, двумя фронтами… с 10 июля по 23 августа 1941 (полтора месяца), а потом Ленинградским фронтом с 23 августа по 12 сентября (три недели); итого: более двух месяцев, т.е. больше, чем Жуков и Федюнинский вместе взятые (менее полутора месяца). Основная задача – не сдать Ленинград ни немцам, ни финнам – была, как видим, выполнена и Ворошиловым (главным образом), и Жуковым, и Федюнинским (чуть-чуть). Так, в чём суть сыр-бора? Очевидно, в том, что имела место обычная жизненная ситуация: молодым показалось, что старик не справляется – они справятся. Сталин уступил молодым. Получилось, как чаще всего бывает: не лучше, и не хуже. В войну, да и после неё, это элементарно забыли (кстати, Ворошилов не получил ни звезды Героя, ни ордена Победы; а Жуков – три звезды Героя и два ордена Победы). Но… в хрущёвский период "разоблачения культа личности Сталина" Хрущёву и иже с ним надо было развенчивать и Сталина, и его сторонников – сталинистов (а Ворошилов к таковым и принадлежал). А в поддержку Хрущёв брал себе молодых, с карьеристскими натурами (Жуков к таким относился, хотя был, видимо, честен в душе). И, как всегда, нашлись коньюктурщики. Вот один любопытный документ.

Письмо Жукова секретарю ЦК КПСС по идеологии П.Н.Демичеву 27 июля 1971 года:[3]

"Уважаемый Пётр Нилович!

В журнале "Знамя", номер 6 и 7 за 1971 год, я прочёл две главы из третьей книги романа Чаковского "Блокада". Не вдаваясь в литературные подробности этого произведения, как имеющий непосредственное отношение к событиям, которые в этом романе описываются, считаю необходимым сделать следующее замечание.

А.Чаковский, например, рисует картину заседания Военного Совета фронта… Только в угоду дешёвой сенсации… я могу объяснить это вымышленное, не соответствующее действительности описание отстранения от должности К.Е.Ворошилова и моё вступление в должность командующего Ленинградским фронтом. В действительности не было ничего похожего и подобного! Передача эта происходила с глазу на глаз. На заседании Военного Совета секретари райкомов не присутствовали. Маршал К.Е.Ворошилов уехал из Ленинграда через двое суток, подробно введя меня в курс дела… Всё, что пишет по этому поводу А.Чаковский является его вредной выдумкой…"[4]

Вот оно, оказывается, как было-то на самом деле!

17 декабря 1941 был создан Волховский фронт (командующий генерал армии, позже Маршал, К.А.Мерецков) и полк с батальоном Уржумова в составе дивизии, входящей в свою очередь во 2-ю ударную армию, вошёл в этот фронт.

В июне 1942 командование Ленинградским фронтом от Хозина принял генерал-лейтенант (позже Маршал) Л.А.Говоров.

Вот эти два фронта прорвали 30 января 1943 блокаду Ленинграда и соединились.

27 января 1944 блокада была окончательно снята.


Примечания

  1. 30 апреля 1945 Геббельс в своём дневнике отдаст предпочтение советским военачальникам, выходцам из рабочих и крестьян, перед немецкими военачальниками, выходцами из элитных профессиональных военных.
  2. Федюнинский И.И. командовал Ленинградским фронтом с 10 по 25 октября (две недели). С 26 октября этим фронтом стал командовать генерал-лейтенант Хозин М.С.
  3. Приводится здесь с небольшими сокращениями.
  4. Письмо до сих пор хранится в архиве.