Арин Олег Алексеевич/Россия на обочине мира/Часть I./America uber alles!/Откровения Доула

Россия на обочине мира
Часть I. США: сторонники и противники

автор Арин Олег Алексеевич


Откровения Доула

Главным противником внешнеполитической деятельности администрации Клинтона выступает сенатор от Арканзаса Боб Доул, претендент в президенты от Республиканской партии. В концентрированной форме свою точку зрения он изложил в программной статье под названием “Создавая глобальное будущее Америки” в журнале Foreign Policy (Spring 1995). Меня не удивило, что эта статья не получила освещения в российской демократической печати. Уж слишком она идет вразрез с представлениями об Америке, созданными нынешним режимом в России. Судите сами.

В отличие от демагогов-демократов Доул, будучи консерватором, прям и откровенен. Для начала он с гордостью сообщает: “Кто может сомневаться в том, что политика США сыграла центральную роль в распаде советского коммунизма? Величайший успех Америки и ее демократических союзников в Холодной войне - это нечто, чем надо гордиться, и цена этой победы не должна быть забыта” (р.30). В качестве “цены” он приводит затраты США на активность в Афганистане, Польше и “в других местах”.

В связи с этим Доул критикует “голубей” прошлого, полагая, что если бы США следовали их рекомендациям, распад советской империи был бы отсрочен на года, а то и десятилетия или вообще “никогда бы не состоялся”. По его мнению, “падение советской империи не было ни неизбежным, ни предопределенным объективными историческими силами; скорее лидерство, действия и жертвы Запада привели к победе в Холодной войне” (р.31).

Вот так-то. Оказывается, обвинения левых сил России в сопричастности США к развалу Союза откровенно подтверждают правые круги США.

Доул указывает на несколько подходов к роли США в мире, отстаиваемых той или иной частью американской элиты.

Выше упомянутых “изоляционистов” он называет школой “заката” (the “declinist” school). Ее он почти не удостаивает вниманием из-за абсолютной неприемлемости политики, которую она предлагает. Его критика обращена главным образом на “многосторонников” (”multilateralists”), то есть на официальную политику, ориентированную на сотрудничество с союзниками и международными организациями.

Среди них он различает “ресурсников” и “моралистов”. Идеи первых были сформулированы в “доктрине Тарнофа” в мае 1993 г. (Свое название доктрина получила по имени Питера Тарнофа - помощника госсекретаря по политическим вопросам). Идея доктрины проста: поскольку своих ресурсов не хватает или может не хватить для проведения глобальной политики, необходимо сотрудничать с союзниками и международными организациями, т.е. по сути использовать чужие ресурсы для реализации американских интересов. “Моралисты” опираются на “доктрину Хальперна” (по имени члена Совета национальной безопасности), появившуюся летом 1993 г. У этих резон опираться на международные организации проистекает из необходимости получения моральных и законных оснований для проведения все той же американской политики.

Доул критикует их всех, считая, что никто, кроме США самих не могут защитить их собственные интересы. США - единственная глобальная держава, и она должна быть сильной как внутри, так и за рубежом. Это тем более актуально, поскольку вместо Нового Мирового Порядка на смену пришел Новый Мировой Беспорядок. Ответственность за этот беспорядок Доул возлагает на Буша и Клинтона, которые, по его мнению, проигнорировали 10 принципов, точнее 6 принципов и 4 “идеала” обеспечения американских интересов.

Они сводятся к следующему: 1) недопущение господства одной державы в Европе; 2) установление баланса сил в Восточной Азии; 3) обеспечение безопасности и стабильности в Западном полушарии; 4) сохранение доступа к естественным ресурсам, в частности, к сердцу энергетики - Персидскому заливу; 5) усиление международной свободной торговли и расширение доступа США на глобальные рынки; 6) защита американских граждан и собственности за рубежом. Идеалы: свобода, демократия, законность и соблюдение прав человека, естественно, по американским меркам.

Принципы и идеалы “капиталистической демократии” настолько взаимосвязаны, что американская внешняя политика должна их защищать с одинаковым усердием. Вопрос - как и кем?

Ответы очень простые. Их может защитить только США как единственная глобальная держава. Европа - будь то на индивидуальной или на коллективной основе - не сможет. Что касается остальных, то “Китай, Россия, Индия, Бразилия и Япония - важные региональные державы, а первые из них могут нести даже потенциальную угрозу” (р.36). Следовательно, тоже не могут.

Доул считает, что лидерство не предполагает бесполезных международных дискуссий и колебаний. В качестве негативного примера он приводит поведение клинтоновской администрации в отношении некоторых стран: то США угрожают Китаю намерением лишить его статуса наибольшего благоприятствия в торговле из-за нарушения прав человека, то вскоре продляет этот статус; то США заявляют, что Северной Корее не разрешается развивать программу производства ядерных бомб, то через год подписывают с ней договор и т.д. и т.п.

Лидерство, считает Доул, означает говорить то, что имеешь в виду сделать, и иметь в виду сделать то, что говоришь, и четко придерживаться этого. (Кстати, неплохой совет и для московских руководителей). Причем, надо прибегать к любым средствам политики, включая, если понадобится, и силе (военной) (р.36)

Нынешние международные организации - будь-то ООН, Мировая Торговая Организация и другие не защитят Америки, уверяет сенатор. Более того, часто консенсус, выработанный в этих организациях, противоречит американским интересам, принципам и идеалам. Нередко эти организации вовлекают державу в операции, которые не отвечают долгосрочным интересам США. Например, как бы ни важны были проблемы загрязнения окружающей среды или сверхнаселенности в Западной Африки и Южной Азии, они в лучшем случае оказываются на периферии американских интересов. Голод и болезни в Сомали и Руанде - трагедия. Но и они периферийны для американских интересов. Даже свободная экономика и демократия, как бы они важны ни были, не являются абсолютными целями США за рубежом.

Доул подчеркивает, что защита упомянутых “идеалов” имеет смысл только тогда, когда это задевает ключевых стратегических союзников США, например, в Западной части Тихого океана (для России - это Восточная Азия). Другими словами, когда затрагиваются стратегические интересы самих США.

Сенатор приводит красноречивый пример. Зачем тратить 2 млрд долл. на Гаити, где американские интересы маргинальны, и так мало расходовать на поддержку свободной торговли и демократии “в стратегически критической стране как Украина” (р.38). Сразу же за этой фразой следует: “Оборонные доллары тратятся на проекты по защите окружающей среды и оборонную “конверсию” в то время как военная готовность, модернизация и персонал не имеют достаточного финансирования. Внешняя помощь и оборонные доллары должны быть инструментами национальной политики, чтобы усилить американскую безопасность; они не должны транжириться на бессмысленные программы” (р.38).

Думаю, некоторые радетели стратегического партнерства с США должны призадуматься, кого все-таки Вашингтон прочит себе в стратегические партнеры: Россию или Украину?

“Дипломатия без силы пуста, а сила без дипломатии безответственна”. Примером, подтверждающим этот “афоризм” Доула, являются просчеты клинтоновской администрации в Сомали и Гаити, где были использованы “сила без дипломатии”, и в Боснии, где проявилась “дипломатия без силы”. Отметим попутно, что эту критику впоследствии Клинтон “учел”, все-таки приняв решение о посылки американских войск в Боснию, так сказать, восстановив чистоту афоризма.

Российским дипломатам, видимо, не мешало прозреть вновь относительно миролюбивой политики США. Они не собираются отказываться от использования военной силы, когда для этого будут признаны основания.

Естественно, Доул и его сотоварищи по конгрессу столь рьяно противятся даже малейшим попыткам Клинтона присократить военные расходы, и надо сказать, довольно успешно. В случае же прихода к власти Доула они неизбежно повысятся, поскольку Доул считает, что полагаться надо только на собственную военную мощь, а не на какие-то многосторонние режимы безопасности. “Эффективные баллистические ракеты лучше защитят Америку и ее союзников” (р.41). Совершенно согласен с Доулом. Приходиться только сожалеть, что Россия, подобно соблазненной девице, успела раздеться, извините, разоружиться почти догола, уповая на честное слово “друга Клинтона”.

Какие “угрозы” можно ожидать? В отличие от Клинтона, пока еще продолжающего питать добрые чувства к “другу Борису”, Доул испытывает несколько иные чувства к России. Он ставит ее на первое место среди “угроз”, поскольку она может захотеть заполнить “вакуум в Центральной Европе” или попытаться отвлечь свое население от внутренних сепаратистских проблем внешними авантюрами.

Если в отношении России строятся предположения, то остальные “угрозы”, с которыми США может встретиться в ближайшей или среднесрочной перспективе, перечисляются в виде утверждений: возобновление Иракской угрозы нефтяным скважинам Саудовской Аравии; стремление фундаменталистского Ирана к господству в Персидском заливе; угроза Южной Корее и Японии со стороны ядерно-вооруженной Северной Кореи; конфликт между Индией и Пакистаном, могущий перерасти в первую мировую ядерную войну; угроза союзникам на Ближнем Востоке и в Европе со стороны ядерно-вооруженных террористических государств типа Ливии или Ирана; экономическое соперничество между Японией и Китаем, которое может обернуться военным конфликтом.

Все это, правда, самого Доула не пугает. Он оптимист по натуре. И подтверждает его оптимизм красноречивая концовка его статьи, перевод которой я даю дословно:

“Поскольку США приближается к следующему столетью, постоянными необходимо сохранить два принципа: защита американских интересов и обеспечение американского лидерства. Конец Холодной войны предоставил нам историческую возможность. Такая возможность не должна быть упущена ради проведения утопической многосторонности или намеренного изоляционизма. Мы уже видели опасности американским интересам, престижу и влиянию из-за обоих этих подходов. Вместо этого мы должны извлечь урок из Холодной войны, чтобы сориентировать нашу будущую внешнюю политику: поставить американские интересы на первой план и лидировать. Будущее не будет ждать Америки, но оно может быть построено непревзойденной Америкой” (р.43).